Ад во мне - Вад Макей

Я не заметил, как в помещении наступила абсолютная тишина, и успел запустить в сторону вошедшего, большой свадебный торт. Тот молниеносно взмахнул рукой, торт завис перед его лицом и медленно поплыл обратно на столик, с которого я его сорвал несколько секунд назад.

— О, дьявол! — пробормотал я в полной тишине.

— К вашим услугам, молодой э-э — черт?

— Откуда вы знаете?

— Я знаю обо всем, что происходит на территории моей власти. Все мысли, желания, тайны. Я Владыка этого мира. Мир и я — одно целое. Представиться не желаешь?

— Вася.

— Просто Вася? Или после того, что ты учинил на собственной свадьбе, все-таки высший черт Соль из доминиона Власти?

В полной тишине раздался удивленный вздох сотен демонических глоток, следом послышались испуганные и завистливые шепотки:

— Доминион Власти?

— Да, Князь именно так сказал…

— Но это невозможно…

— У нас тысячи лет не было никого принадлежащего к этому доминиону…

— Это значит…

— Это значит, что и здесь герцогиня оказалась самая умная, — снисходительно сообщил незнакомец, легким мановением руки восстанавливая тишину.

Я сдулся, клыки втянулись, когти исчезли, змей, по-моему, вообще превратился в червяка и заполз в ухо.

— Князь!

Народ дружно упал на колени и склонил головы. Я один стоял посреди коленопреклоненных демонов и лупал глазами на того в кого никогда не верил. Вот, как бы это смешно не звучало, но в Бога я верил, где-то очень-очень глубоко в душе, а в дьявола, даже очень глубоко в душе — нет! Тем временем Князь легким взмахом руки привел помещение в прежний вид, достал из воздуха трон уселся на него и уставился мне в глаза. Я в ответ рассматривал владыку преисподней. Холенный пожилой мужик в деловом темно-синем костюме и, даже на вид жутко дорогих, кожаных туфлях. Никакого хвоста, никаких рогов, ни трезубца в руках, ни договора подписанного кровью. Короче, не настоящий он какой-то!

— Не веришь? — Князь улыбнулся, обнажая безукоризненно-белые зубы. — Так лучше?

Я на секунду отвел взгляд, и когда его вернул, то по спине потекла тонкая струйка пота. Меня охватил ужас при виде того, что воцарилось на троне. Мрак, впитавший в себя безумие адской бездны и крики горящих душ грешников. Тьма, клубящаяся змеями, пропитанная отчаянием и скверной, бурлящая в поисках выхода. Я едва устоял на ногах. Если это ад, то как же должен быть прекрасен рай и я в него хочу прямо сейчас!

— Полная противоположность, любовь и прощение, — с легкой усмешкой сообщил мне Князь, вновь приняв облик мужчины.

У меня загорелись глаза, и засвербело под хвостом.

— А можно…?

— Ты нахал! Но это не в моей компетенции. Если тебя пригласят, я возражать не буду.

— Точно? Никаких запретов, никаких террористических и шпионских заданий?

— Кто я такой, чтобы приказывать тебе?

— Сейчас, ты вроде, как мой босс. И опять же, борьба Добра со Злом, Тьмы со Светом. Демоны мучают и соблазняют, ангелы — поддерживают и спасают. — У меня, дитя своего времени, воспитанного бабушкой, в верованиях которой тесно переплелись христианские заповеди и языческие приметы и праздники, было весьма смутное представление о борьбе за души смертных. — Поэтому заранее хочу знать об ограничениях, да и хорошо бы увериться, не ждет ли меня святая инквизиция на другой стороне.

Князь откинулся на спинку трона, с задумчивым интересом рассматривая мое лицо.

— Твои знания о рае и аде несколько… сказочные, — улыбнулся он словно добрый дядюшка: — тем интереснее. Есть у меня такое чувство, что тебя пригласят. И очень скоро. — Князь рассмеялся и в зале сразу же на несколько градусов потеплело. — Хотелось бы мне присутствовать при вашем разговоре, — добавил он едва слышно и повернулся к застывшей семье Вала. — Герцогиня, я прибыл по твоему приглашению на свадьбу малышки Афродиты.

Теща засияла, тесть вытянулся в струнку, Вал махнул мне рукой, а все гости с тихим вздохом повернулись к двери. Князь встал, отправив трон в небытие, щелкнул пальцами, заиграла музыка, двери распахнулись и…

Зудеть-колотить!

Прощайте милые подружки! На кой мне приворотное зелье? Зачем еще кто-то? Князь вел ко мне самую красивую девушку во вселенных!

Афродита была в огненно-красном платье с широкой юбкой, затянутом золотым поясом на тонкой талии. Её шикарные курчавые волосы уложили в гладкую прическу, о чем я тут же пожалел. На голове сияла бриллиантовая диадема, уступая блеском чуть испуганному взгляду синих глаз. Рядом с высоким плечистым Князем она казалась хрупкой и беззащитной.

«Убью любого, кто посмеет ее обидеть», — громко прошипел Белочка, озвучивая мои мысли.

Похоже, этот маньяк добавил в наше сообщение немного ультразвука, потому что я спинным мозгом почувствовал, как по залу прокатилась волна страха. За спиной бесшумно материализовался Вал, товарищ слегка похлопал меня по плечу, давая понять, что он рядом.

Тем временем, Князь подвел ко мне мою невесту. МОЮ НЕВЕСТУ! Это словосочетание больше не пугало меня. Я заметил, что тонкие, изящные пальчики Афродиты слегка подрагивают на предплечье Князя. Она подняла на меня глаза, и я утонул в бездонной синеве. Как я раньше не замечал, до чего она прекрасна?! Такая юная, свежая, желанная, хотелось сгрести ее в охапку и спрятать в своих объятиях. Неужели эта хрупкая, застенчивая девушка сегодня утром устроила мне экстремальную побудку? Я вспомнил утро и улыбнулся.

— Скажи что-нибудь, не стой истуканом, — зашипел где-то в ухе змей.

— Ты, ты… восхитительна! — странно, что это с моим голосом? Но прозвучал он как-то хрипло и глухо. Белочка тут же решил исполнить роль суфлера: «Придурок! Скажи ей, что ты ее любишь и жить без нее не можешь. Скажи, что она самая-самая, и у вас будет куча детей. Пообещай мыть посуду и не разбрасывать носки…» — но я, проигнорировав назойливый голос, протянул Афродите руку.

— Не так быстро, Соль, — с улыбкой произнес Князь. — Мы еще не слышали твоих клятв.

Я немного растерялся. Каких клятв? Я лишь однажды давал клятву, когда сдуру вступил в современные пионеры. Да и пионерская организация после этого просуществовала лишь полгода, после того как депутата возглавляющего партию при которой обитали юные пионеры, пристрелили конкуренты. А, может, она подойдет, если немножко перефразировать?

— Я, Василий Петрович Шуйский, известный под именем Соль, вступая в брак, перед лицом своих товарищей торжественно клянусь горячо любить свою супругу, жить, учиться и бороться, как завещал великий Ленин, как учит Коммунистическая партия! Тьфу! Не то! Защищать жену, холить и лелеять, всегда выполнять данные ей обязательства и не нарушать законов семьи и брака!