Писатели — искатели приключений - Николай Бичехвост

Преодолевая штормы, добирается до Сандвичевых островов, Таити. Описание этого странствия — прекраснейшее из его произведений. Тогда как раз отправлялись искатели в Австралию, где тоже открыли золото. Но Герштеккера уже не прельщает поиск весьма призрачного золота.

Он загорелся мечтой пересечь Австралию по воде и суше. Из золотоносных и злачных мест Герштеккер вынес одно богатство, которого хватило ему на всю оставшуюся жизнь — свои бесценные наблюдения очевидца и дневниковые записи.

Австралийский континент он познает, передвигаясь по рекам на утлом, сколоченном самодельном челноке. Продолжает свой нелегкий путь по диким пустыням, идя по лезвию бритвы, ибо рискует не раз погибнуть от жажды, рук кочующих дикарей или беглых каторжников.

Преодолевая разные злоключения, он достигает своей цели. С восторгом встречают его в Сиднее, газеты переполнены самыми невероятными рассказами о нем.

Из Австралии Герштеккер отплыл на Яву и был в восторге от ее красоты. Он возвратился домой в июне 1852 года, крепким и здоровым. Радостно встречали его друзья.

Вечный странник и оптимист снова засел за письменный стол, и за несколько месяцев написал свои «Путешествия» в пяти томах, в тоже время издал три тома на английском языке, на котором объяснялся с поразительной легкостью.

Выпустил роман «Таити», плод его последних странствий, где увлекательно описывает борьбу цивилизации с дикарями, христианства с язычеством и рвение английских и французских миссионеров.

Поражаешься, какой нечеловеческой работоспособностью обладал писатель! Эти и другие книги его сыграли огромную роль в расширении кругозора его читателей. Да и сам он видел мир, наполненный нераскрытыми еще тайнами.

Писатель, по его собственным словам, боялся «заржаветь», сидя на одном месте.

«Каждая нация рождает смелых людей, — писал К. Дойл. — В каждой нации есть энергичные люди».

Вот и Герштеккер отдохнув, отправляется в 1860 году опять в большое путешествие в Южную Америку, посещает Бразилию. Спустя два года энтузиаст уже в пустынях и дебрях Египта и Абиссинии, где вместе с герцогом Кобургским пытается проникнуть к неведомым истокам Нила.

В 1867 году пускается он в Новый Свет, и в Нью-Йорке его встречают с большим почетом и овациями. Изъездив Южную Америку, Мексику, Венесуэлу… он отправился в незабвенную Германию, теперь уже с туго набитым кошельком.

— Немного отдохну и отправлюсь в такое далекое путешествие, с которого скоро меня не ждите, — говорил, улыбаясь, Герштеккер своим друзьям. И действительно, он отправился в такой дальний путь, откуда больше уже не возвращаются.

Он ушел в мир иной в марте 1872 года в Брауншвейге, куда переселился из Готы за несколько лет перед своей смертью.

Десятки романов и рассказов этого мирового писателя таятся сегодня, не переведенными и не переизданными, в запасниках крупнейших библиотек нашей страны. Увидели свет в России в те далекие дореволюционные времена его именные произведения, как «Луговые разбойники», «Под экватором», «Два каторжника», «В преддверии свободы», «Сыщик», «Голубые и желтые», «Разбитая шхуна пирата», «Мексика и император Максимилиан» и другие.

Без глубокого волнения, пожалуй, нельзя читать ни одного его сочинения. И еще, он много писал для детей, юмористическую и познавательную литературу. Достаточно сказать, что его сочинение «Вселенная», специально написанное для юношества, переиздавалось у нас до революции 1917 года пять раз.

В легко и занимательно написанных романах Фридриха Герштеккера мы попадаем в мир живых и увлекательных путешествий среди дикой, манящей природы, где действуют незаурядные, видные герои. Писателю были знакомы все человеческие чувства.

Велика была его радость от познания мира и велик его успех.

В книгах его запечатлены яркие, своеобразные картины жизни, быта и традиций навсегда ушедшего прошлого на этом белом, прекрасном свете.

И думаю я, что мы, мужчины — с мальчишеской искрой в глазах, не позволим приключенческим книгам Фридриха Герштеккера исчезнуть с книжных полок и затеряться в неизвестности вечности…

Охотник за приключениями — Карл Фалькенгорст

Дикий вой волков жутко пронесся в морозной пустоши.

Резко оборвал в домах колонистов возню малышей и чтение взрослыми книг. Все притихли на миг. Поселение гернгутеров Сарепта в степном Поволжье занесло под самые крыши снегами-метелями. Лишь высилась кирха, с которой едва-едва угадывались огоньки уездного Царицына.

Заброшенные на чужбину колонисты бережно хранили вывезенные из «фатерланда» романы о странствиях таких же переселенцев в лесах Канады, прериях Америки, степях Австралии.

Книги эти так скрашивали их лишения и тяжкий труд, особенно «неоперившейся» молодежи. Оторванные от родных мест юноши, стиснутые к тому же в России не всегда понятным им укладом жизни русских, калмыков, казаков, татар и суровым бытом и религией гернгутеров, находили отдушину и черпали силы в чтении бойких романов о подвигах неустрашимых немцев по белу свету.

Как ярко светило на Волге и манило по тропе приключений этих мальчишек созвездие родных романтиков Ф. Герштеккера, К. Мая, К. Фалькенгорста! Томики сочинений этих искателей приключений они буквально не выпускали из рук, равно как и книги корифеев этого захватывающего жанра капитана М. Рида, Ж. Верна, Ф. Мариэтта.

Итак, под вой волков и пурги, при огоньке свечи, прильнув к отцу и раскрыв рты, ребятня, поколение новой эры, заслушивалась похождениями в дебрях Черного материка бесстрашного героя Африканского Кожаного чулка.

А на красочной обложке томика в кожаном переплете вилась готическая надпись Карл Фалькенгорст.

Впоследствии я выяснил, что на самом деле это был псевдоним автора.

Но это озарение пришло лишь через годы поисков о жизни Карла Фалькенгорста.

Еще студентом престижного Саратовского юридического института я весьма увлекся романами старинных писателей-«приключенцев». Их собрания сочинений в дореволюционное время заполняли умы молодежи… и книжные лавки. Но в мое, советское, время над их потрепанными и редкими книгами дрожали даже маститые, саратовские седобородые профессора-библиофилы.

К тому же наши стихийные сборища книголюбов-фанатиков, студентов, толчки по обмену редкостных книг, ретиво разгоняли сотрудники милиции.

В те годы в стране шла нешуточная борьба с инакомыслием, вплоть до привлечения к уголовной ответственности. А попасть под горячую руку — мигом вылетишь из правового института.