Ведомые Духом - Катти Шегге

Морское плавание давалось Лиссе нелегко. Несколько раз она порывалась к борту корабля, чтобы извергнуть все, что было с аппетитом съедено на обед. После короткого беспокойного сна она вышла из темной комнаты, чтобы пройтись по палубе, несмотря на то, что пол под ногами постоянно пошатывался, и от этого у тайи опять все переворачивалось изнутри.

Солнце уже село за горизонт, и небо озарилось первыми звездами. Судно гарунов освещалось масляными лампами, но располагались они очень редко. Незнакомцу трудно было не наступить или не напороться на что-то в спустившихся сумерках. Лиссу интересовало, куда подевался Дуглас, но обратиться за помощью было не к кому. Несколько матросов управлялись с парусами на средней палубе. Но она не решилась спускаться по лестнице и беспокоить их расспросами.

Возле камбуза совсем юный гарун вытирал пол. Он не ответил на приветствие, и девушка решила, что он просто не понял её слов. Она остановилась возле борта, любуясь закатным морем и небом. Ветер приносил прохладу и соленой свежести. В Тайраге воздух был совсем другим — сладким и пряным. Лисса смотрела на серебристые волны при свете луны. Она никогда прежде не видела море, его величия, мощи. Море носило на себе корабли, топило города и поселения и вместе с тем приносило людям влагу, изобилие, богатый урожай. Хотя в Тайраге также отмечали празднества, посвященные Великому Морю, Лисса никогда не понимала, почему для минорцев, алмаагцев и других жителей Мории почиталось искупаться хотя бы раз в году в маломорийских водах, для чего многие из них съезжались на побережье в дни Приношения Даров. Тиор в молодости бывал в Малой Мории и описывал детям высокие фонтаны, прозрачные источники и прекрасные статуи трех сыновей Орфилона — Мория, Далия и Арея, которые украшали три главных города страны. И только сейчас Лисса восхитилась могучей стихии — Морем, которое должно было приютить их на несколько дней плавания, в чьих руках она, да и другие люди, были бессильны.

Морской воздух опьянил девушку и закружил ей голову. Палуба совсем опустела, лишь вдалеке раздавались приглушенные крики. Лисса немного продрогла и поспешила обратно в каюту, что оказалось не так просто в незнакомой темноте. Она почувствовала, как кто-то ухватил её за руку. Девушка вскрикнула и отпрянула назад. Она не ожидала кого-то увидеть, подумав, что ей просто померещилось чье-то присутствие. Но в тени груды бочек, мимо которых она проходила, в лунном свете тайя разглядела высокую фигуру. Человек был худощавого телосложения, он кутался в черный плащ, сливаясь с покровом ночи. Его черная рука ещё раз потянулась к Лиссе, но девушка в испуге попятилась в сторону. Отступая от незнакомца, нога опустилась на тяжелый ящик позади, и с громким криком Лисса повалилась на спину. Темная фигура тут же исчезла во мгле.

Все тело изнемогало от боли. Она со стонами поднялась на ноги и на ощупь решила пробираться к каюте, но глаза ослепил внезапный свет фонаря. Из-за угла к ней спешили двое, Дуглас и кок Пакр. Увидев расцарапанное лицо сестры, рудокоп с недоумением ухватил девушку за руки. Она в волнении рассказала о странной фигуре в черном плаще. Выслушав сбивавшиеся объяснения девушки, гарун, усмехнувшись, заметил:

— Темными ночами опасно ходить не только в лесу, но и по палубе корабля. Даже я в этой тьме могу напороться на разный мусор, валяющийся под ногами. Но диких зверей и незнакомцев на корабле нет. Молодым девушкам может всякое померещиться — даже призраки умерших, коли мы уже вышли в открытое море.

Тайя вздрогнула. Прах умершего в Мории обязательно развеивался над морем или водным источником. Море считалось приютом для всех усопших. После отдыха и блужданий в спокойных глубинах души снова возрождались и возвращались в земные просторы. Но зачем умершему так странно облачаться?! Лисса оглядела Пакра. Кок был одет, как и все гаруны, которых она видела на корабле — коричневая рубаха и штаны по колени. Гаруны вообще не носили плащи. В их южной стране не было холодов. Но летом накидка использовалась не иначе как для маскировки. Тем не менее, Лисса решила, что незнакомец совсем не походил на гаруна. Она высказала свои опасения брату, когда кок довел пассажиров до каюты и оставил наедине.

— Дуг, может мне это и померещилось, но человек был высоким и худым. А гаруны все горбятся, они коренасты и совсем не скроют этого даже за темным плащом. Может это действительно призрак? — она поморщилась и скривилась от боли. Падение принесло много ушибов, царапин и заноз на руках.

— Зачем тебе вообще пришло в голову устраивать ночные гуляния в первый же день, когда вокруг все неизвестное?! Мы не знаем ни этот корабль, ни гарунов. Поэтому все плавание ты просидишь здесь и выходить будешь только со мной. Моряки на корабле ведут себя еще хуже чем в порту, и если девушка будет часто попадаться им на глаза, то… — Дуглас многозначительно посмотрел на сестру, и, дождавшись её согласного кивка, стал готовиться ко сну. Он собирался устроиться на сундуке.

Лисса чувствовала недовольство брата. Но ведь это он оставил её одну! Она собиралась высказать свои обвинения, но для начала задала наиболее интересующий вопрос.

— А ты где был все это время? Уж точно не сидел в каюте!

— Я поговорил с капитаном. И он нанял меня на работу, — Дуг выждал паузу. — Возвращать деньги я буду гребцом. С завтрашнего утра.

— Как?! В Миноре мы бы заплатили сполна. Дуг, ты бы устроился в кузницу, и за время стоянки «Великолепного» в порту, мы бы все вернули, — она не верила своим словам, но ведь можно было попытаться убедить капитана. — Неужели он не может уступить нам немного? Дочери Тайры негоже отказывать!

— То, что ты тайя, только поднимает цену. Все понимают, что ты скрываешься. Мы просто беглецы, и уже без медяка в кармане. Я должен отдать все деньги, которые у нас есть, а также твои кольца и свой браслет, — Дуглас попробовал снять меду, но ему, как и прежде, не удалось, она будто приросла к руке.

Лисса не находила слов, чтобы как-то подбодрить брата. А ведь она была виновницей всех передряг. Без неё Дуглас мог спокойно уйти и плыть на любом корабле или добираться верхом в любые края. Тайя сняла оба кольца и протянула их брату.

— В Горесте ты сможешь продать все это намного дороже. Поговори ещё раз с Минатом. В конце концов, он не сможет заставить работать тебя на веслах. В Мории только гаруны гребут у себя на кораблях!

— Не волнуйся, что-нибудь придумаем, — парень потушил лампу. — Сейчас дует попутный ветер, «Великолепный» идет на всех парусах. Скоро мы будем на месте. И пару дней подработать на гарунов — не так уж страшно.