Фантастика 2025-138 - Владимир Владимиров

в его черном чреве, а через некоторое время вновь появлялись и летели на землю с огромной высоты. Словно жонглер перемещал свои кольца, шары, кубики, поражая зрителей виртуозностью своего мастерства.

Янаур хотел бы не видеть подобного представления, но глаза неотрывно следили за разыгравшимся чудовищем, разрушающим пригород Антаклии. Никто так и не понял с чего вдруг все началось. Ночь была волшебной. Слегка прохладной и свежей. Дождь перестал еще с вечера, а утро началось с ласковых лучей Таллы. Так всегда было в долине до того, как начался этот бесконечный сезон непогод. Ветер подул неожиданно. Холодный и злой он собрал все облака до этого беззаботно плывущие по спокойному серому небу в одну большую темную тучу и подвесил ее над одним из самых больших селений недалеко от столицы, погасив Таллу. А потом это черное небо упало на землю.

Янауру еще ни разу не приходилось сталкиваться с подобным проявлением природы. Смерчи в их климате были редкостью, а тем более такого масштаба. Однако этот пугал не столько своей силой и беспощадностью, сколько своей неправильностью. Гигантский вихрь кружил по одной территории, выбрав себе в жертву селение недалеко от южного въезда в Антаклию, растирая там все в пыль, но не двигаясь с места, словно кто-то или что-то держало его или что еще хуже – управляло. Если такое вообще было возможно.

Стук копыт заставил его отвести глаза от гигантского хобота, пожирающего окрестности Антаклии.

- Ее светлейшее высочество и ее свита были перевезены в катакомбы главного святилища. Несколько сотен горожан удалось спрятать там же.

Доложил прискакавший из центра города Джош Кирсторэ, один из его «теней». Он, как и все остальные, одаренные силой шакти, кто в эти утренние сэты был недалеко от столицы, прибыл, чтобы встать в оцепление у южных врат Антаклии.

- Остальные?

- Сам понимаешь, всех не удастся разместить. Старое водохранилище, храмы – более-менее надежны, несколько подземных убежищ. Однако не все хотят куда-то бежать. Считают, что стены их жилищ способны огородить от ветра, - развел руками докладчик.

Янаур выругался.

- Этот ветер щепки на щепке не оставит.

- Тебе бы тоже присоединиться к княгине, - слегка поколебавшись, произнес Джош.

Лэрд бросил на него осуждающий взгляд. Помимо всего прочего эсса Кирсторэ был его другом и одним из людей, составляющих его самый узкий круг общения.

- Антаклия – еще не все княжество, а ты нужен Мюрджену.

Усилился гул. В воздухе поднялась пыль. Опавшие листья, мелкие ветки, мусор начали медленно кружить над землей.

- Начинается, - Джош облизал губы, - он больше не стоит на месте.

- Вижу, - напряженно ответил Янаур, начиная готовить защитное плетение, - дай знак людям.

Черная воронка приближалась к городу. Больше не было сомнений в том, что она движется на Антаклию, засасывая в свое ненасытное нутро окрестные поля и озера. Заложило уши. Пыль поднялась такая, что глаза почти невозможно было открыть. Воздух почернел и сгустился.

Янаур всем своим существом чувствовал сильнейшую энергетику, бившуюся вокруг него. Он хотел крикнуть Джошу, что сейчас пора. Надо выставить заслонку, чтобы мощь ветра «напоролась» на силу, выставленных плетений и растеряла свой напор. Или если повезет вихрь поменял бы траекторию движения. Однако голос утонул в напористом гуле ревущего смерча.

Взлетели в небо металлические врата и воронка ворвалась в город. Плетения защитников метнулись ей навстречу, тормозя, вырывая куски из черных боков. Краем глаза князь заметил, как сбоку кто-то упал и его потащило по земле, а потом он начал подниматься, выше и выше исчезая в черном мареве. Еще один попытался было спасти товарища, но и его засосало в воздушную трубу.

- Всем стоять! – заорал он, не стразу осознав, что его крик слышен в лучшем случае двоим, может, троим с каждой стороны. – Не отпускать защиту.

Каменная стена взорвалась камнями. Янаур едва увернулся от одного из снарядов, когда острая деревянная щепка распорола щеку. Рядом взвыл Джош. И еще кто-то. Уже трудно было распознавать голоса.

Гигантский вихрь начал свое победоносное шествие по обреченному городу. Князь, стиснув зубы, дотянулся до хьярта. Его глаза были широко открыты. Он должен был видеть. До самого конца. И все же он моргнул. Когда вдруг черный хобот вздрогнул и завертелся как волчок на одном месте. Словно оступился. Янаур несколько раз смежил и разомкнул веки, отгоняя желанное наваждение. Однако, когда его взгляд вновь вернулся к черной воронке он ясно увидел серебряную цепь, прочертившую заднюю ее стенку. И через несколько мгновений еще одну, как и первая заканчивавшаяся огромным крюком, входящем в землю.

- Ты это видишь? – скорее прочитал князь по губам друга, чем услышал его голос. Кивнул. Чувствуя где-то в груди нарастающее облегчение.

Поднялся вой. Вихрь извивался по земле всем своим черно-бурым телом и утробно выл. Джош дал команду людям отступить и готовить плетения. От воронки отделилась серебряная точка и начала приближаться к вновь выстроившимся защитникам. Вскоре стал хорошо различим большой черный ярх, весь покрытый мерцающими искрами и его наездник.

Серебряный спрыгнул на землю в нескольких шагах от Эардоре.

- А! Это ты? – произнес он то ли удивленно, то ли осуждающе.

Князь стиснул зубы, но промолчал. Не самое лучшее время, чтобы вступать в конфликт.

- Город пуст?

- Нет, - мрачно ответил Янаур, - не успели.

- Плохо, - девэра отвернулся и дал знал своему ярху. Тот неуверенно потоптался на месте, но ослушаться хозяина не посмел. Взмахнул крыльями и стал медленно взлетать в сторону от вихря.

- Это остановит его? – Эардоре кивнул в сторону цепей.

Димостэнис покачал головой. И словно в подтверждение его правоты искрящиеся звенья начали лопаться и одна из привязей порвалась. Освобожденной энергией разметало правый фланг, выстроившихся защитников. Ее создатель стиснул зубы, сдерживая стон.

- Я почти три сэта держал ее над Берсом. Его градоначальник – проворный и отважный человек. Он помог мне спасти сотни своих горожан и соседей из маленького селения рядом.

У князя против воли округлились глаза. Джош и все, кто мог это слышать направили на него ошарашенные взгляды.

- Правда самого Берса больше нет. Я пожертвовал им ради Антаклии. Думал – успеете. Я больше не могу держать его извне.

В его голосе послышались нотки отчаяния. Впрочем, в таком гуле вряд ли хорошо можно что-либо расслышать. Серебряный повернулся в сторону вихря уже вновь вытянувшегося