'Современная зарубежная фантастика-2'. Компиляция. Книги 1-24 - Дженн Лайонс

насквозь, могли прикоснуться к самому сокровенному, потянуть за эти ниточки и соединить их со всем двором. Точно так же работала сила, которая позволяла им удерживать других в земном облике. Лун почувствовал, словно Малахита только что вынула сердце у него из груди.

Будто не зная, что она только что с ним сделала, Малахита продолжила:

– И он не просто так вернулся к нам именно сейчас.

Лун с трудом отвел взгляд и уставился в пол, сопротивляясь этой тяге.

Утес спросил вместо него:

– Это почему?

Малахита отошла в сторону.

– Когда мы вернулись в эту колонию, наши наставники цикл за циклом пытались понять, что же с нами произошло, почему Скверны попытались создать полукровок. Они прочли все наши летописи и отправились к другим дворам, чтобы прошерстить их библиотеки, но никому при этом не рассказывали о том, что мы пережили. За время поисков они не нашли ни одного свидетельства, где бы говорилось, что Скверны пытались сотворить нечто подобное прежде. Они проводили сеансы гаданий, стремясь найти ответ, но так ничего и не выяснили. – Малахита подняла голову. – Однако весь последний цикл наставники предсказывали, что сюда направляется еще одна стая Сквернов и что у них найдутся ответы на наши вопросы.

– Сюда? – Лун пришел в ужас. – В Пределы? – «Нет, только не это. Только не снова».

Утес недоверчиво зашипел.

– Скверны не появлялись здесь уже двести циклов. Они помнят, что случилось в прошлый раз.

– Тогда Пределы были перенаселены, – заметила Малахита. – Быть может, они снова хотят испытать нас.

Лоза прокашлялась и нерешительно сказала:

– Я чувствую ту стаю, как она приближается. Они летят с юго-запада.

– Ты слышишь Сквернов? – спросил у нее Лун. Ему стало любопытно, какие еще способности она получила. Например, дакти-наставники, с которыми довелось столкнуться Туману Индиго, умели заглядывать далеко в будущее, намного дальше, чем обычные наставники.

– Нет. – Лоза содрогнулась. – Но я знаю, где они. Всегда знала. – Судя по выражению ее лица, эта способность была не даром, а проклятием. – Остальные… другие полукровки… не чувствуют их так, как я.

Утес сложил руки на груди. У него все еще был такой вид, словно он говорил с умалишенными, но они его явно заинтересовали.

– И что вы собираетесь с этим делать?

Селадонна ответила:

– В дне полета воина от колонии есть земной город. Мы думаем, что сначала Скверны нападут на него. – Она повернулась к Луну. – Когда ты прилетел, я была там. Пыталась убедить жителей, что им грозит опасность.

Лун уставился на нее.

– Что значит «пыталась»? Ты сказала им, что сюда летят Скверны?

Селадонна зашипела.

– Конечно, сказала. Но они никогда ничего не слышали о Сквернах. И не поверили мне.

– Не поверили. И ты просто улетела, оставила на произвол судьбы целый город, полный земных обитателей, которые вот-вот станут добычей Сквернов и даже не понимают… – Лун шагнул вперед, и у него тут же закружилась голова. Он пошатнулся, и Утес удержал его на ногах, поймав за руку.

Малахита сказала:

– Достаточно.

* * *

Луна вместе с Утесом снова отвели в пустые комнаты консортов, в его опочивальню.

Солнце уже село; за окном, которое выглядывало в колодец, было темно, и свет в комнате источали лишь зачарованные камни в настенной резьбе. Арборы принесли им еду, а затем разбежались, потому что Утес был страшен, особенно когда злился, да и Лун пугал их не меньше. Праотец запретил Луну говорить, пока тот не поест, и он заставил себя проглотить несколько тарелок сырого мяса, хотя почти не чувствовал его вкуса. Скверны-полукровки, воспитанные среди раксура, зловещие предсказания – осмыслить все это за один вечер было трудно. А еще Скверны прямо в тот миг направлялись к земному городу, который был совершенно к ним не готов. Лун словно наяву увидел перед собой Сарасейл; как дакти гонялись по улицам за беззащитными земными обитателями; как кетели пробивали бреши в стенах домов, чтобы вытащить укрывшихся в них жителей. Пламя, растерзанные тела. Нападения Сквернов на города были страшнее, чем налеты на лагеря или маленькие поселения. Собственные дома становились для земных обитателей смертельной ловушкой, а оборонительные сооружения, защищавшие от хищников и других земных племен, не могли спасти их от крылатых Сквернов.

– Вот, смотри, я все съел, – наконец сказал Лун, отодвигая последнюю пустую тарелку. Мясо свинцовой тяжестью легло ему в желудок. – Ты доволен?

– Разве похоже, что я доволен? – Утес расхаживал из стороны в сторону у очага. – Стоит мне на миг отвернуться, как двор начинает трещать по швам. Я столько сил вложил, чтобы вернуть нас в родную колонию, и посмотри, что вы натворили. Ничтожные, неблагодарные дети. Зачем я вообще заводил потомство…

Он повторял одно и то же с того момента, как они ушли из королевского чертога, оставив там Малахиту и остальных. Лун оказался прав: Утес действительно смотрел на требования Опаловой Ночи совсем иначе, чем все остальные. Праотец, похоже, считал, что в Тумане Индиго могли просто отказаться и согласились лишь для того, чтобы досадить лично ему. В самом начале Лун сказал Утесу, что и сам просил остальных послать Опаловую Ночь лесом, но ему сказали, что это невозможно. А теперь Лун и вовсе махнул рукой на то, чтобы переспорить Утеса разумными аргументами. Он лишь заметил:

– Я вообще тебе не родственник.

– Да, и я должен был догадаться, что вся твоя семейка окажется чокнутой. – Утес остановился и уставился на Луна тяжелым взглядом. – Другие королевы к тебе прикасались?

– Можно сказать и так. – Увидев выражение лица праотца, он пояснил: – Буря ударила меня по лицу. Но я швырнул в нее чайником и пошутил о ее мертвой сестре, так что я сам напросился.

– Это ничего. – Утес продолжил мерить шагами опочивальню. – Только Нефрите не говори. Нам и так хватает забот.

– Она правда летит сюда?

– Конечно же она летит… – Утес снова остановился и нахмурился. – Ты думал, что она не прилетит.

Лун отвел глаза к очагу. К его горлу подкатил ком.

– По пути сюда одного из воинов ранил зверь, и нам пришлось задержаться на три дня. Нефрита сказала, что вылетит на следующий день после нас, но, когда мы прилетели, ее здесь не оказалось… – Лун никак не мог поверить, что все происходит наяву. Он пытался заставить себя смириться с тем, что его снова вышвырнули за порог, что он больше никогда не увидит никого из Тумана Индиго – а затем в колонию ворвался Утес, и мир перевернулся. Почти точно так же, как он перевернулся, когда праотец нашел его в лагере корданцев в восточных