Долг воина - Джульет Маккенна

Я торопливо огляделся, не слышит ли нас кто, но мы были надежно изолированы среди кружащихся пар.

— Я забыла, каким чутким может быть невинный, — весело продолжала Каролейя, — Но думаю, я убедила его, что на одной страсти любовь не построишь. После первого восторга она неизбежно гаснет, как бы жарко ни горело ее пламя. Надеюсь, он поймет, что лучше всего умерять тот очаровательный пыл дружбой.

Снисходительное удовлетворение Каролейи вызвало во мне обиду за Темара. Затем я спросил себя, не поможет ли такая новообретенная мудрость разрубить клубок чувств, привязывающих его к Гуиналь.

— И ты взяла его в свою кровать, чтобы сказать это?

— И показать, что утехи плоти — это само по себе удовольствие, — непринужденно ответила красавица. — Не говори мне, что ты дожил до своих лет, не зная этого. В противном случае Ливак не легла бы с тобой в постель.

Я принял вызов в тех барвинковых глазах.

— А что бы ты сделала, если бы я согласился на твое предложение этих утех?

— Обменялась бы впечатлениями с Ливак. — Улыбка Каролейи мгновенно стала безжалостной. — Чтобы она точно знала, что ты за тип.

Я медленно вдохнул.

— Хэлис просто обещала свернуть мне шею, если я поступлю нечестно.

— Это похоже на Хэлис, — легко согласилась Каролейя. — Мы обе, как умеем, заботимся о наших друзьях. Подожди, пока ты не встретишься с Сорградом и Греном.

— Буду ждать с нетерпением, — так же легкомысленно ответил я. — Если мы доживем до конца праздника.

Мы закончили танец в молчании и расстались по обоюдному согласию. Я проследил, как Каролейя ловко проникла в смеющуюся группу дам Ден Бреваля, сопровождаемых мужчинами из младшей линии Ден Хориента. Затем пошел танцевать с Аллин.

Императорский дворец Тадриола Предусмотрительного, праздник Летнего Солнцестояния, день пятый, после полудня

— Ты хорошо провела праздник?

Теперь, когда танец требовал, чтобы они просто шли вперед рука об руку, Темар смог отвлечь свое внимание от танцевальных па, чтобы начать разговор с Джелайей Ден Мьюриванс. По крайней мере свои первоначальные ошибки он совершил с дружелюбной Орилан и различными барышнями Д'Олбриотов.

— Такого незабываемого праздника у меня еще не было.

Темару показалось, что Джелайя хочет еще что-то сказать, но они достигли конца фигуры и должны были отвернуться друг от друга. Он вежливо улыбался незнакомой барышне, пока кружил ее, осторожно держа за тонкую талию. Когда он снова оказался возле Джелайи и они стояли, ожидая своей очереди, чтобы пройти между остальными парами, барышня Ден Мьюриванс небрежно подняла веер.

— Ты добился каких-нибудь успехов в изучении языка перьев? — спросила она лукаво.

Темар покачал головой.

— Я был очень занят в эти пять дней.

Он пристально смотрел на Джелайю, но девушка старательно отводила взгляд.

— Многие сгорали от желания увидеть, какие цвета я буду носить на балу. Хотя никто не знает цветов Д'Алсеннена, не так ли?

Юноша изучил ее развернутый веер. Глянцевые малиновые перья, наслоенные поверх более темных бордовых и смягченные пухом, были зажаты в золотой ручке, усеянной рубинами. Яркие алые усики с хохолками на концах дрожали с обеих сторон, и Темару стало любопытно, от какой они птицы. Он даже хотел спросить, но Джелайя выжидательно смотрела на него, иногда поглядывая на другие пары из их круга.

— Ты носишь цвета Ден Мьюривансов, так? Вместо белых перьев, что были у тебя раньше.

Барышня решительно вскинула подбородок.

— Они означают, что в настоящий момент я не интересуюсь никаким другим Домом… и никто не интересуется мной.

Юноша не сразу уловил ее мысль.

— Мессир Д'Олбриот будет разочарован.

— Только он? — с негодованием спросила Джелайя.

Темар взял ее за руку, чтобы провести по коридору из других пар.

— Я даже не знал, что меня рассматривают как подходящего кандидата на твою руку. Почему меня теперь так быстро отвергли? — Завершая последние шаги танца, Темар вместе с Джелайей повернулись и отвесили поклон остальным парам.

Девушка обмахнулась веером, слабый румянец проступал под ее косметикой.

— Есть слишком много осложнений.

Темар смотрел на нее в молчаливом ожидании.

— Я знаю Тормейл, знаю, как танцевать эти танцы и как играть в эти игры, — заявила она с внезапной прямотой, выдергивая свою руку. — Ты этого не знаешь, но ты уже нажил себе опасных врагов. Я выйду замуж, чтобы быть полезной моему сьеру, и я буду делать то, что потребует от меня мой новый Дом, но я не готова играть с такими высокими ставками, как Тор Безимар. Я не знаю, во что еще ты впутался, и меня это беспокоит. Тебя ударили ножом, но к следующему утру колдовство исцелило тебя. Ты общаешься с магами, которые выдергивают падающего человека из воздуха.

— Разве это моя вина? — возразил Темар, уязвленный. — У меня не было выбора.

Джелайя выдавила улыбку.

— Зато он есть у меня, эсквайр. Я выбираю невмешательство. Мне очень жаль.

Юноша низко поклонился и наблюдал, как Джелайя спешит вернуться в безопасный круг своей семьи. Потом он огляделся по сторонам, вежливо улыбаясь любопытным лицам, и неторопливо пошел к Аллин, которая мелкими глоточками пила вино, вся разрумянившаяся от удовольствия.

— Ты окажешь мне честь потанцевать со мной следующий танец?

— О, позволь мне отдышаться. — Толстушка некрасиво раздула щеки.

— Ты наслаждаешься? — с интересом спросил Темар.

— Ага, — кивнула Аллин, и ее глаза сверкнули. — Я твердо решила наслаждаться. А если не получится, пусть Полдрион выпустит своих демонов на этих высокомерных женщин, особенно вон на ту очаровательную барышню Ден Реннион. Она заявила, что я очень старомодно танцую.

— Ну, в этом я мог бы с тобой потягаться.

Неожиданная суматоха в зале не дала юноше договорить. Все повернули головы к двери тронного зала, и в огромном бальном помещении стало так же тихо, как в пустой усыпальнице.

Голос управляющего Жанна слегка дрогнул, разбивая эту настороженную тишину.

— Тадриол, прозванный Предусмотрительным милостью равных ему, и император волей Собрания принцев.

Темару было плохо видно, но он не собирался привлекать к себе внимание, переходя на другое место. От противоположной стороны зала покатилась волна движения. Знать освобождала середину, выстраиваясь вдоль стен. В центр этой пустоты вышел император Тадриол. На нем были простые бриджи и сюртук с широкими фалдами, сшитые из бронзового шелка с черным вытканным узором. Широкая цепь из завязанных узлом золотых звеньев лежала на его плечах, а на цепи висел могучий золотой бык с опущенной головой и грозно выставленными рогами. Узкая полоска из квадратных рубинов в золотой оправе скрепляла простую оборку на воротнике его рубахи. Такие же камни сияли на обшлагах, под которыми виднелись браслеты из толстой золотой цепи, украшающие запястья вместо кружев. Перстни и кольца на каждом из его пальцев были все разные. Они не сочетались по стилю и цвету драгоценных камней и могли быть только фамильными сокровищами. Император медленно обошел зал, нигде не останавливаясь, только его легкая улыбка чуть расширялась, когда он слегка кланялся каждому сьеру.

(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});