Земля вечерних звёзд - Людмила Минич

— Что же тогда? — оборвал его думы Архал, долго ожидавший ответа и не дождавшийся. — Ты же не станешь всем в Чатубе рассказывать о клятве, данной богам?

— Не стану, — пробормотал Тай. — Придется… рассказывать всем остальным, что Правитель послал меня договориться с квирайя. И весь этот год… я провел у них в плену, пока не удалось бежать, — сгорая от стыда, довершил он.

— И мой сын говорит о том, что эта тайна ничем не повредит чести Кальги?! Как я покажусь при дворе? Как я посмотрю в глаза Уршану? Мой сын просидел больше года в плену у диких квирайя! Вы только послушайте! Может, мне еще рассказать, как я тебя выкупил? Позор!

Он вскочил и принялся мерить шагами пространство перед скамьей.

— Надо полагать, все твои люди до сих пор там?

— Нет, — Тай усердно смотрел в сторону. — Отряда больше нет.

— Аркай, Санжат? Сартадай? — ронял Архал.

— Все погибли… Никого не осталось.

— Да ты понимаешь, что хохотать Уршан будет не только надо мной? Над тобой будут потешаться все! Даже сопливые юнцы, что еще не в силах поднять меч! И девицы из знатных семей будут хихикать вместе с ними, и их отцы и матери! Какой удар по Кальги! Нет, Правитель не зря все это задумал. Он не желает возвышения Кальги! — Он заходил перед Таем еще быстрее.

— Отец!

— Отец?! — загрохотал вдруг Архал, остановившись перед Таем. — Ты смеешь называть меня отцом? Ты! Ты станешь началом нашего падения, и ты смеешь называть меня отцом!! Тот, кому несколько пустых слов дороже всего, что создали его предки!

Тай тоже поднялся. Он не так слаб, чтобы не сладить с бурей. И не так юн, чтобы его отчитывали, как ребенка. Архал то добродушно упрекал Тая в непокорности и ненависти к отцу, вспоминая деда Ниршана не к месту, вызывая у сына безотчетное раздражение… то приходил в неистовый гнев, столь редкий для него, оттого что Уршан Кайя, быть может, разок язвительно хихикнет в лицо. Только что был невыразимо рад возвращению сына — и тут же кричал, что сын, позорящий Кальги, не смеет называть его отцом. Отец изменился, как и все в Чатубе. Как сам Тай. Но ведь Архал Кальги не побывал «на краю».

— Мне удалось вернуться чудом, — спокойно сказал Тай. — Я мог бы умереть, но не умер. И потому я не буду спрашивать тебя, смеешь ли ты называть меня сыном после своих речей.

Гнев отца внезапно прошел. Он глубоко вздохнул, смиряя себя.

— Ты изменился, Тай. Я вижу, сын, нам о многом еще придется сказать друг другу. Но это придется отложить, у меня не много времени. Сегодня Малый Королевский Совет. — Он указал на пергамент, что бросил перед приходом Тая. — Хотя кажется мне, — он усмехнулся, — что у Хаадида Сэмержи сегодня будет день куда более неприятный, чем он ожидает!

Архал удивительно быстро утратил свой гнев и обрел обычную язвительную холодность.

— Ты как будто знаешь больше, чем он, — примирительно уронил Тай.

— Да, больше. Я ведь говорил тебе: в этом величайшая сила, — еще раз не упустил он назидательно втолковать упрямому сыну. — Мне доставляют вести из Дэльгара почти в то же время, что и нарочные Правителя! Иногда и скорее.

— Из Дэльгара? — быстро переспросил Тай.

— Самок вновь отбит дэльгарцами. Недавно. То есть получается, дней десять назад. В который раз! — Он явно веселился. — Они выкурили нас, как степных пестряков из своих норок, подожгли город! Нет, каково! Пожертвовали, наверное, половиной Самока, чтобы только изгнать нас! Правитель будет в ярости! И линзорцы тут как тут. Эти глупцы в Совете во главе с Хаадидом надеялись, что они будут мяться у границ, томиться у наших крепостей в Виктии и в Дэльгаре всю зиму, а линсы уже вошли прямиком в спорные земли, не обращая на осажденных адья никакого внимания. Если так дальше пойдет, оттуда в Дэльгар переберутся скоро. Не надо много ума, чтобы сообразить, куда они направляются. Если закрепятся возле Самока и Тридэста, что мы еще не утратили, но уже чувствую, скоро потеряем — прямой им путь в земли истинных адья! Тут далее Сайин ничего не сделает!

Тай остолбенел. Линзор уже почти у ворот Адья, а отец радуется чему-то, как дитя.

— Чему же ты рад? — горько спросил он. — Неудаче Сайина? Думаешь, Правитель Хаадид поставит во главе другого? Тебя, например? Или меня? — усмехнулся еще язвительнее, под стать отцу.

— Нет, конечно, — Архал пожал плечами, вновь обретенный сын сегодня безмерно его раздражал. В нем появилось что-то незнакомое, и оно мешало старшему Кальги, как сор в глазу. — Но у Кайя не хватит времени на игрища с торговцами из Морского Союза. Они слишком долго пренебрегали южанами, а теперь дом не построить за два дня. А где еще взять столько золота? У Кальги же все нити в руках. Хоть посланник и встал на выигравшую сторону, — он скрипнул зубами. — А я столько сделал для того, чтобы он оказался здесь ко времени! Не для Кайя старался, для себя! Все устроил, обо всем позаботился! Теперь же для меня только одно ценно — время, — непонятно прищурился Архал.

— Посланник Морского Союза? — невинно спросил Тай.

— Да, он. Эти торговцы всегда встают на сильную сторону. Так они ведут дела. Ни чести, ни совести. Еще недавно сговаривались с нами, теперь то и дело пируют с Кайя. Но Хаадид еще пожалеет, что не посмел возвысить Кальги! Вернул Кайя из опалы! Вытащил из грязи!

— Погоди, отец, — голова Тая распухла от непонимания. — Так что, Кайя снова в чести? В Альдьяше и в Мальше мне рассказывали обратное!

— Новости из Чатубы разлетаются не сразу, — досадливо поморщился Архал. — Кальги сильно поднялись за последние полгода, это правда. И кто бы мог подумать, что Хаадид вновь обратит благосклонность на Кайя! Но я знаю, что за змея нашептала на ухо Правителю. Старый Таржид! Когда я доберусь до него, он отправится в забвение вместе с Кайя!

— И как же ты доберешься? — насмешливо спросил Тай. О чем только думает отец, когда в Дэльгаре такое творится?

Архал внимательно взглянул на Тая. Нет, не время еще. Да и что-то не то с наследником Кальги. Неужели все из-за Гайят, этой Великой Правительницы, еще недавно игравшей в куклы? Он ведь и раньше из-за нее с ума сходил, разве не так? А чем его завлек Хаадид, как не Гайят? Ведь сын Архала Кальги еще не знает, что Первая Госпожа в немилости. В опасности.

— Если боги Адья позволят, то найду средство, — мрачно прервал он свои излияния. — Это дело будущего. В Чатубе многое изменилось, пока тебя не было.

Он кратко поведал сыну о том, как началась война с Линзором, как Кальги поднялись и как пали Кайя. Как пропал Ранжин и попала в немилость Первая Госпожа Гайят.

— Вот так, сын, — закончил он. — Теперь все обхаживают Адижу, Вторую Госпожу. А Таржид, что всегда свой нос к ветру поворачивает, первый среди них. Куда только девалось его любимое, что повторял без устали, «тень Великой Гайят»!