Другие правила - Валерия Аристова

Марианна смотрела на нее в упор совсем без улыбки. Лицо ее было похоже на маску, а губы дрогнули:

— Ваше предложение совершенно непристойно, мадам, — сказала она достаточно громко, так, что дон Хуан мог слышать ее, но она совсем забыла о том, что он сидит рядом с нею, — как вы можете говорить такое!

— Но ведь вы же спали с ним, и вам он понравился, — Валери говорила тихо и продолжала улыбаться, — я была уверена, что вы влюблены в него. В него все влюбляются. Я хотела вам...

— Прекратите немедленно! — Марианна попыталась встать, но Валери схватила ее за руку и заставила сесть на место, — пустите же меня, мадам!

— Вы останетесь сидеть здесь до конца акта, — Валери не отпускала ее руку, — и выйдете только когда закончат, — вряд ли мы с вами хотим, чтобы наш договор стал известен окружающим!

— Никакого договора нет! — Мадам де Сели дернула руку так, что порвала браслет из крупного жемчуга и жемчужины раскатились по всей ложе. Валери отпустила ее с тихим смешком.

Дон Хуан, наблюдавший за женщинами, одна из которых была его женой, а вторая — любовницей, решил, что пришло время вмешаться.

— Валери, прошу вас, прекратите. Оставьте мадам де Сели, — сказал он, но встретив глаза Валери испугался по-настоящему.

— У вас отличный вкус, дон Хуан, — похвалила Валери, — я довольна вашим выбором. Мадам де Сели очень красивая женщина.

Готовый услышать все, что угодно, кроме этого, дон Хуан вспыхнул и откинулся в кресле.

— Валери, я прошу тебя, не здесь. Продолжим этот разговор дома.

— Конечно же нет, — она снова улыбалась, — просто потому, что я не вижу, о чем нам говорить. Очередная красотка... ну так вы всегда отличались хорошим вкусом. Мне даже нечего больше вам сказать, — она повернулась к Марианне, — мадам де Сели, приходите к нам завтра на обед. Я очень прошу вас. Будем только мы с доном Хуаном и вы.

Марианна и дон Хуан нервно переглянулись.

— Спасибо за приглашение, мадам, — Марианна встала, но завтра я уже приглашена. Прошу меня простить.

Валери тоже встала, и, когда Марианна де Сели пошла к выходу, последовала за ней.

— Мадам, я все же хочу продолжить наш разговор, — сказала она, выходя в коридор. Она взяла Марианну под руку и дамы медленно пошли по коридору. Со стороны казалось, что они просто беседуют о музыке.

— Я даже слышать не хочу ни о чем подобном, — прошипела мадам де Сели, — что скажет мой муж? Что скажет свет? Вы не в своем уме, мадам де Медин!

Валери остановилась и пожала плечами:

— Ну как пожелаете. Я думала, вам приглянулся дон Хуан. Да и вы идеально подходите ему.

Марианна отвернулась, отстранилась от Валери и быстро пошла по коридору. Валери смотрела ей в след, не зная, что ей теперь делать — смеяться или плакать. Возвращаться в ложу к дону Хуану и слушать его оправдания ей не хотелось, а ехать сейчас домой было бы подобно капитуляции.

Тут акт закончился, из лож стали выходить дамы и господа, и на помощь ей пришел Анри де Шабриан, а потом подошел виконт де Сен-Жюль, потом другие молодые люди. Валери оказалась в окружении, она шутила, смеялась, слушала их комплименты. А под конец антракта приняла руку Шабриана и с триумфом покинула Оперу, оставив неверного мужа в наказание одного в ложе.

Глава 32

Свечи они притушили и сидели друг напротив друга. Две сестры, Вали и Сафи. Темный и светлый ангел, как называла их Майрут. Они играли в какую-то игру, в куколки, которых сами сделали днем из цветов шиповника. Куколки немного подвяли, но принцессы из них получались все равно красивые. В розовом платье — принцесса Сафи, и в белом — принцесса Вали.

— Вставайте, девчонки, сегодня у меня для вас интересный урок, — Майрут вошла в комнату и нарушила очарование момента. Следом за Майрут вошел Филипп, взял девочек за руки и повел за собой.

— Куда мы идем? — Вали подняла глаза на Филиппа. Он был уже взрослым, ему было почти двадцать лет. И очень красивым, считала Валери.

— Сейчас узнаем.

Майрут спешила. Они вышли из ворот замка, прошли через перелесок и шли полями, дорогой, которая вела в деревню. Было темно, но дорогу освещал им серп луны. Валери смотрела на него, и прищуривая глаза пыталась увидеть, сидит ли на нем маленький гномик, который ловит на лунную удочку незадачливые звезды.

Дорога привела их в дом на отшибе деревни. Вали хорошо знала, чей это дом. Там жил старик, бывший муж Майрут, с которым та рассталась много лет назад, а так же его новая жена, добрая и шебутная старушка, любительница разных небылиц и хорошего крепкого пива, и их вдовая дочь Аги.

Майрут постучала. Дверь тут же подалась, и Вали увидела Аги, всю заплаканную, с лицом, перекошенным страхом и болью.

Увидев маленькую кавалькаду и Майрут во главе нее Аги пошире растворила дверь и посторонилась.

— Как вы вовремя, Майрут, — всхлипнула она, — но вы почувствовали, я знаю.

Майрут кивнула, молча прошла в дом, где при свете всего одной свечи молилась старушка, а старик лежал на кровати, и руки его были сложены, как у покойника.

— Подожди, Марта, — Майрут подошла к старику и положила руку ему на лоб, — он еще жив. Не читай заупокойную по живому, плохой знак.

Старушка смотрела на нее во все глаза. А Майрут приказала девочкам сесть напротив кровати на сундук, перестроить зрение, как она учила, и смотреть, что произойдет.

Было очень страшно, и девочки сидели, тесно прижавшись друг к другу. Всхлипывания и причитания Аги и ужас на лице старушки были лучшим аккомпанементом тому, что происходило в комнате.

Валери видела, как от тела старика отделяется нечто светлое, повторяющее его контуры. Оно еще не отделилось до конца, и, когда белесые ноги болтались в воздухе, голова держалась. В том месте, где лежала ладонь Майрут.

— Сейчас я отпущу его и вы посмотрите, как дух уходит из тела, — Майрут обращалась только к девочками и Филиппу, но Аги зарыдала пуще прежнего, — прекрати! — прикрикнула на нее Майрут, — мы только посмотрим, а