Избранные труды. Том III - Олимпиад Соломонович Иоффе

в 10-дневный срок со дня посылки ему извещения никаких возражений. При наличии же возражений вопрос о взыскании штрафа решается управляющим или заместителем управляющего учреждения банка.

Так обстоит дело с правами и обязанностями банка и обслуживаемой им клиентуры, а также с правилами, определяющими их взаимную имущественную ответственность. Какова, однако, юридическая природа договора банковского счета?

По этому поводу в литературе высказаны различные точки зрения. Сторонники одной из них считают, что в правоотношениях по банковскому счету объединяются два самостоятельных договора: договор займа-хранения, которым охватывается хранение денег на счете с начислением процентов, а также договор поручения, в силу которого банк производит кассовое и расчетное обслуживание клиентов[328]. Перечисленные элементы действительно встречаются в процессе исполнения обязательств по договору расчетного или текущего счета. Однако договор банковского счета сохраняет силу и при их отсутствии. В частности, он считается заключенным независимо от внесения вклада и не утрачивает своего действия в те промежутки времени, когда на счете вообще нет денег. Следовательно, этот договор не сводится к совокупности других «договорных элементов», а представляет собой нечто качественно новое по сравнению с ними.

Сторонники второй точки зрения исходят из правильного положения о том, что банковский счет – особый, самостоятельный договор. Но их разделяют весьма существенные разногласия.

По мнению Е. А. Флейшиц, расчетный (или текущий) счет порождает единое правоотношение, которое, однако, в свою очередь распадается на две группы: первая – «это отношения, образующие “хранение” в Госбанке эксплуатационных средств социалистических хозяйственных организаций, бессрочный вклад хозоргана в Госбанк, с которым связано и начисление Госбанком процентов на хранящиеся у него суммы. Другая группа – это расчетные отношения: “поручение” держателя расчетного счета об инкассировании для него денежных сумм с зачислением их на расчетный счет или о перечислении денежных сумм с расчетного счета кредиторам держателя счета»[329]. Но такое решение в сущности не отличается от признания банковского счета конгломератом других договоров. Различие состоит только в том, что в данном случае этот конгломерат объявляется единым договором, распадающимся, однако, на отдельные группы правоотношений, и автор отмечает специфику элементов займа и поручения в рассматриваемом договоре по сравнению с тем, как они представлены в ГК[330].

По мнению 3. И. Шкундина, банковский счет является самостоятельным договором, а отдельные операции по внесению вкладов, производству расчетов и т. п. представляют собой конкретные способы его исполнения[331]. Приведенную концепцию и следует признать единственно правильной.

…Гражданскому законодательству известен ряд договоров, которые исполняются путем совершения новых сделок. Например, если имущество сдано для реализации в комиссионный магазин, то сделка по его продаже третьему лицу явится одновременно и способом исполнения договора комиссии. Но это отнюдь не превращает куплю-продажу в элемент самой комиссионной сделки, сохраняющей свою самостоятельность несмотря на то, что она обязывает совершить куплю-продажу.

Договор банковского счета также исполняется посредством совершения ряда сделок следующих основных видов: а) сдача денег клиентом в банк (договоры займа и хранения); б) выдача клиенту денег наличными по его требованию (исполнение банком как заемщиком и хранителем своей обязанности перед клиентом как заимодавцем и поклажедателем); в) перечисление денег со счета клиента на счет другой указанной им организации (исполнение договора поручения, заключенного с клиентом не в момент открытия банковского счета, а в тот момент, когда он сдал соответствующие платежные документы банку); г) перечисление денег на счет клиента по поручению какой-либо другой организации (исполнение договора поручения, заключенного банком с этой организацией, и обязанности банка по договору банковского счета зачислять поступающие для клиента денежные суммы на его счет).

Таким образом, во исполнение договора банковского счета совершаются и исполняются договоры займа, хранения и поручения. При этом речь идет именно о договорах, а не об односторонних сделках, как полагают некоторые авторы[332]. Прежде чем исполнить требование клиента о зачислении денег на счет, переводе на другой счет и т. п., банк проверяет его законность. Следовательно, предъявленное требование может быть удовлетворено лишь с согласия банка, хотя, давая свое согласие или отказывая в нем, банк в такой же мере подчиняется закону, как ему обязан подчиняться и обращающийся с определенным требованием владелец счета. А там, где имеется соглашение двух субъектов, порождающее гражданско-правовые последствия, налицо и гражданско-правовой договор.

Но, поскольку договор банковского счета (в отличие, например, от вклада граждан) носит консенсуальный характер, ни одна из перечисленных сделок не входит непосредственно в его состав, а каждая служит лишь способом его исполнения. Именно поэтому нельзя сводить договор банковского счета к сочетанию или конгломерату элементов хранения, займа и поручения. Перед нами самостоятельный договор, исполняемый посредством совершения новых сделок.

Договорная концепция не является единственной в теоретической оценке правовой природы банковского счета. По мнению Н. С. Малеина, например, обязательство сторон основывается здесь не на договоре, а непосредственно на законе (нормативном акте), который не оставляет банку и его клиентуре какой-либо свободы как в установлении обязательства, так и в определении его содержания[333]. Но, как правильно отметила Е. С. Компанеец, если бы обязательность заключения и предопределенность содержания устраняли договорную природу обязательства, установленного благодаря встречным волеизъявлениям его участников, договорный характер утратили бы многие плановые договоры, особенно те из них, которые (как, например, железнодорожная перевозка) подвергаются типизированному нормированию[334].

Нельзя, однако, признать безупречным и тот вариант договорной концепции, который развивает сама Е. С. Компанеец[335].

Так, обязанность хранить деньги на банковском счете она объявляет не договорной, а всецело основанной на законе. Очевидно, однако, что эту обязанность невозможно выполнить без заключения договора банковского счета, а после того, как договор заключен, «законная» становиться также договорной обязанностью владельца счета. Затем расчетные сделки, по мнению Е. С. Компанеец, хотя и являются договорами, представляют собой не просто способ исполнения, а неотрывный элемент самого договора банковского счета.

Трудно, однако, понять, как один договор (например, расчетная операция), совершаемый во исполнение другого (договора банковского счета), одновременно выступает в виде элемента последнего. К тому же, как полагает автор, расчетная сделка – не просто договор, а чаще всего трехсторонняя сделка, в которой участвуют банк, кредитор и плательщик. Суждение это неправильно, ибо кредитор и плательщик связаны обязательством платежа в силу заключенного ими договора поставки или иного хозяйственного договора и для выполнения названного обязательства им не нужно заключать друг с другом специальный договор о платеже. Достаточно договорных отношений каждого из них с одним только банком. Если же принять конструкцию трехсторонней сделки, то включение ее в число элементов договора банковского счета оказывается и вовсе недоказуемым уже просто потому, что последний есть, несомненно, двусторонняя сделка.

Нужно поэтому признать, что банковский счет – договор, что он включает в себя обязанность хранения денежных средств в банке и что наряду с другими способами он исполняется также путем совершения новых, и притом самостоятельных, сделок.

Контокоррент. Уже отмечалось, что расчетные счета как обязательный способ хранения денежных средств хозяйственных организаций введены постановлением СТО от 23 июля 1931 г. Однако еще за год до этого 23 июля 1930 г., ЦИК и СНК СССР издали постановление о договоре контокоррента[336]. По этому договору стороны обязывались заносить свои взаимные требования на единый счет, именовавшийся контокоррентным, и к определенному сроку производить подсчет (заключение счета) в целях выявления суммы задолженности одного из контрагентов, которая и подлежала уплате в пользу другого. На основе контокоррентного счета и строились в 1930 году, а также в первой половине 1931 года отношения между банком и… организациями. При этом на единый контокоррентный счет заносились как собственные денежные средства хозоргана, так и суммы банковского кредита.

Вскоре, однако, обнаружились недостатки подобной системы. Контокоррент приводил к обезличению собственных и заемных средств, хозорганов, а потому не отражал действительных достижений и недостатков в работе каждого из них. В связи с этим постановление СТО от 23 июля 1931 г. для отношений между банком и… хозяйственными организациями взамен контокоррентных ввело расчетные счета, на которых числятся только собственные денежные средства их владельцев. При предоставлении же банковской краткосрочной ссуды она зачисляется либо на специальный ссудный счет и, следовательно, вовсе не поступает на расчетный счет заемщика, либо на его расчетный счет, но с обязательным фиксированием полученных денег как заемной суммы на простом ссудном счете.

В результате договор контокоррента утратил свое былое значение. Однако в известной мере он все же применяется.

Во-первых, контокоррент используют в отношениях