Антология мировой фантастики. Том 7. Космическая одиссея - Альфред Ван Вогт

— Опиши свою работу, — велел Главный Наблюдатель появившемуся на экране человеку. Тот послушно кивнул.

— Я — Наблюдатель за питанием, и одна из главных моих обязанностей связана с мясным хранилищем. — Он отступил в сторону и указал на стоявший за его спиной огромный чан. — Здесь, во внутренней ванне, вырастает определенное количество частей животных, годных в пищу. Эти животные помещены сюда Великим Создателем. Нутриеты подаются постоянно, рост ткани не прекращается, и куски удаляются для потребления.

— Значит, эти куски животных бесконечны, — сказал Чимал, когда экран потемнел. — Хотя часть их удаляется, они никогда не умирают. Интересно, что же это было за животное?

— Я никогда не думал о временных аспектах мясного хранилища, Благодаря тебе я теперь займусь изучением этого вопроса. Он кажется мне очень важным. Я знаю только, что животное называли коровой.

Чимал нерешительно проглотил кусочек, потом еще и еще. Ничего вкуснее ему раньше пробовать не приходилось.

— Единственное, чего здесь не хватает, это красного стручкового перца.

— Завтра будет, — сказал Главный Наблюдатель, делая пометку.

— Вы даете это мясо хищникам? — с внезапным пониманием сказал Чимал.

— Да. Наименее удачные куски. Долина не дает им достаточно пищи для поддержакия жизни, и мы должны подкармливать их.

— Зачем тогда они вообще нужны?

— Потому что так записано и так пожелал Создатель.

Чимал уже не в первый раз получал подобный ответ. На пути в этот отсек он продолжал задавать вопросы, и от него ничего не скрывали. Но во многих случаях Наблюдатели оказывались столь же несведущими в вопросах, касающихся их судеб, как и ацтеки. Вслух он своих подозрений не высказывал. Нужно было так много узнать!

— Значит, вы заботитесь о хищниках, — сказал он, и в нем ожило страшное воспоминание, — но зачем гремучие змеи и скорпионы? Когда Коатлики вошла в пещеру, множество их вышло наружу. Зачем?

— Мы — Наблюдатели и должны неукоснительно исполнять свой долг. Если у отца слишком много детей, то это не значит, что он плохой отец, если не может обеспечить пищей всех своих детей. То же самое и с долиной. Если бы людей было бы слишком много, для них не хватило бы еды. Поэтому змеям и насекомым, чье количество рассчитывается по специальным таблицам, разрешен вход в долину. С их помощью число людей обоего пола регулируется.

— Но это ужасно! Ты хочешь сказать, что эти ядовитые твари предназначены специально для того, чтобы убивать людей?

— Иногда очень трудно принять правильное решение. Вот почему мы обучаем тому, чтобы быть сильными и непреклонными. Только тогда мы сможем исполнить волю Великого Создателя.

На это он не получил никакого ответа. Чимал ел и пил то, что стояло перед ним, и пытался переварить услышанное. Он указал ножом на ряды книг:

— Я попытался читать ваши книги, но они очень трудные, и многие слова мне не знакомы. Если где-нибудь более простые книги?

— Есть, мне следовало подумать об этом раньше, Но я старик, и память моя уже не та, что была раньше.

— Могу я спросить… сколько тебе лет?

— Я перешагнул грань сто девяностого года. Если на то будет воля Великого Создаталя, я надеюсь увидеть и свой двухсотый год.

— Твои люди живут гораздо дольше моих. Почему?

— Мы в течение всей жизни должны сделать гораздо больше, чем простые земледельцы; кроме того, годы даруются нам как вознаграждение за службу. Есть машины и напитки, которые нам помогают, и экзоскелеты защищают и поддерживают нас. Мы рождаемся, чтобы служить, и чем длиннее наша жизнь, тем больше мы успеваем сделать.

И снова Чимал обдумал услышанное, но не высказал своих мыслей.

— Книги, о которых ты говорил?

— Да, конечно. После сегодняшней службы я отведу тебя туда. Там разрешаетса бывать только Изучающим, тем, кто носит красное.

— Поэтому и меня одели в красное?

— Да. Такой шаг казался более мудрым. Это хорошая одежда, она подходит для Первого Прибывшего, и все люди станут тебя уважать.

— Пока ты будешь занят на службе, я хотел бы увидеть место, с которого Наблюдатели могут смотреть на долину.

— Мы отправимся теперь же, если ты готов. Я сам отведу тебя туда.

Теперь, когда он шел по туннелям, то испытывал совсем иные чувства, ничего не боясь. Теперь, когда он носил красную одежду, а рядом с ним шел Главный Наблюдатель, все двери открывались перед ними, а люди приветствовали его, когда они проходили мимо них. У входа в исследовательский центр их ждала Наблюдательница Оружия.

— Я хочу попросить прощения, — сказала она, опустив глаза. — Я не знала, кто ты.

— Никто из нас не знал, Наблюдательница, — проговорил Главный Наблюдатель и, протянув руку, коснулся ее деуса. — Но это не означает, что мы должны избежать наказания, ибо грех, совершенный невольно, все равно остается грехом. Ты будешь носить подавляющий в течение тридцати дней, и носить с радостью.

— Да, буду, — ответила она с лихорадочной готовностью, стиснув пальцы и широко распахнув глаза. — Через боль приходит ощущение.

— Да благословит тебя Великий Создатель, — сказал старик. И они пошли дальше.

— Ты покажешь мне, как работаешь? — спросил Чимал.

— Благодарю тебя за то, что ты просишь меня об этом, — ответила девушка.

Она привела его в большую круглую сводчатую комнату. На стенах ее были экраны, расположенные на уровне глаз. Наблюдатели сидели перед экранами, слушали с помощью наушников и иногда говорили что-то в микрофоны, висевшие возле их губ.

В центре комнаты возвышалась другая наблюдательная станция.

— Там сидит Старший Наблюдатель, — сказала Оружейница, указывая пальцем. — Он руководит нашей работой и ведет нас. Если ты согласен здесь сесть, я покажу тебе, что делать.

Чимал сел на пустой стул, и она указала на приборы:

— С помощью этих кнопок ты можешь выбирать участок, который пожелаешь. Их 134, и каждый имеет свой код, и Наблюдатель должен знать каждый код, чтобы получить немедленный ответ. Они изучают их годами, потому что знание должно быть безукоризненным. Хочешь взглянуть?

— Да. А есть здесь участок у пруда, под водопадом?

— Есть. Номер 67. — Она прошлась пальцами по кнопкам, и возник пруд, как будто рассматриваемый из-за водопада. — А чтобы слышать, мы делаем вот так. — Она включила еще одно устройство, и в его наушниках раздались чистые всплески воды и пение птицы, сидящей на дереве. Изображение было ярким и цветным. Можно было подумать, что смотришь на долину через окно в скале.

— Ваш прибор помещен на скале или внутри нее? — спросил он.