Сражения выигранные и проигранные. Новый взгляд на крупные военные кампании Второй мировой войны - Хэнсон Болдуин

Был канун Рождества, и Акерсу, продрогшему от холода после долгой поездки на командный пункт 7–го корпуса возле Марше, налили горячего рома. Он описал «полную картину» Стремительному Джо Коллинсу. Перед его приездом и после отъезда велись долгие телефонные беседы по прямой телефонной связи. В одной из них 7–му корпусу отдали приказ: «Теперь возьмите… булочку с гвоздем».

Коллинс взял; Монти, очевидно, желал отхода к линии Анденн – Хоттон. 1–я армия прошла через нее и отдала всех солдат 7–го корпуса, часть которых до этого держали в резерве для наступательных целей 1–й армии, в пользование Коллинса.

Это было важным решением: отвести правый фланг корпуса на предложенную линию означало раскрыть весь западный берег Мосса и его переправы от Живе до Намюра и Анденна.

Но Коллинс не зря носил свое прозвище: он оставался стремительным и агрессивным.

Коллинс связался по телефону с генерал – майором Эрнестом Хэрмоном, командующим 2–й бронетанковой дивизией, находившейся на открытом правом фланге корпуса, и сказал Хэрмону, чтобы тот отдал приказ тактической роте Б: «Действовать».

«Эрни…» – сказал он.

В результате началась атака, а не отступление, атака с целью остаться с англичанами в Динане и «выбить» танки из 2–й танковой дивизии.

Старый «громогласный» Хэрмон восторженно рычал на другом конце провода: «Ублюдки попали в мешок!»

И это было так. Такое решение в канун Рождества означало кульминацию в оборонительной фазе сражения за Выступ; на следующее утро в день Рождества Эрни Хэрмон при поддержке истребителей – бомбардировщиков 9–х военно – воздушных сил разбил 2–ю танковую дивизию в Селле. У многих немецких самоходных орудий не оказалось топлива, их экипажи были изможденными от тяжелого перехода; боеприпасов не хватало, и к заходу солнца в Рождество высокая волна бесплодных усилий немцев отхлынула, оставив в Селле сгоревшие танки и распростертые тела как памятники тщетности усилий. Правый фланг 7–го корпуса и 1–й армии был укреплен; пробка вбита в бутылку, немцы остановлены около Мосса.

Рождество стало светлым, погода улучшалась. По всей длине и ширине Выступа противник подвергался ужасным ударам с воздуха.

На следующий день 26 декабря осада с Бастони была снята, 7–я немецкая армия признала, что наступление провалилось, и фон Рундштедт доложил Гитлеру: великая игра проиграна.

28 декабря Гитлер в обращении к своим генералам признал провал. Но он схватился за соломинку надежд – за его планы наступления восемью дивизиями в северном Эльзасе (которое должно было начаться 1 января, чтобы захватить ненадолго несколько ничего не решающих миль и умереть в агонии). У Гитлера и его Третьего рейха не осталось ничего, кроме «фанатизма».

«Никогда в моей жизни, – сказал фюрер, – я не знал значения слова «капитуляция» [31].

Это был вагнеровский финал.

Финал

Немцы не сдавались. Игра была проиграна, но еще предстояло уничтожить Выступ. В первый день нового года, когда немецкое наступление достигло своей верхней точки и отхлынуло в крови и разрушениях, люфтваффе нанесло яростный удар по аэродромам союзных сил в Нидерландах и Бельгии, в результате которого союзники потеряли 156 самолетов [32].

3 января Гитлер официально «отказался от целей наступления в Арденнах», а 8 января разрешил отойти 6–й танковой армии СС, чтобы создать резерв [33].

Нацисты отходили, оказывая яростное сопротивление. Им помогали снег и холод. Многие погибли, а многие сдались в плен. Когда небо прояснилось, союзники нанесли удар с воздуха и усеяли дороги обломками. Но только 23 января 1945 года Сен – Вит был вновь взят. 1–я и 3–я армии США, пробираясь с севера на юг, уничтожили последние остатки Выступа.

Но весь Западный фронт был искорежен. Немецкое наступление, несмотря на его провал, предотвратило одновременные атаки на нацистскую цитадель с востока и с запада; когда русские совершили бросок от Вислы 12 января, американцы еще продолжали болезненно отрезать Выступ. Наступление в Арденнах полностью изменило планы союзников, вполне вероятно, продлило войну на несколько недель [34] и оказало влияние на послевоенную политику. Концентрация немецкой силы на Западе и задержка западных союзников способствовали продвижению русских, дали основания для разговоров о том, что русские армии спасли Запад. Эта задержка будто бы помогла Советам захватить Берлин.

В ретроспективе сражение за Выступ для Соединенных Штатов и их западных союзников стало и поражением, и победой. Шатающийся противник внезапно собрался с силами и нанес удар по моральному духу союзников и их военным планам. История не может умалить значение этого удара.

Некоторые американские солдаты бежали в панике, а потери американцев были значительными: две дивизии разбиты, другие сильно потрепаны. Потери 3–й армии только за последние две недели декабря в сражении составили 20 000 человек, еще 13 778 вышли из строя по разным причинам (включая тысячи случаев обморожения). Потери 1–й армии в сражении составили 22 000, тысячи вышли из строя по болезни. Одна 106–я пехотная дивизия США фактически была уничтожена, две дивизии понесли тяжелые потери, а одна бронетанковая рота почти полностью погибла. Окончательное число потерь в сражении за Выступ составило 76 000 американцев (8 607 погибли, 47 139 ранены, 21 144 пропали без вести или взяты в плен). Противник захватил 1 284 пулемета, 542 миномета, 1 344 автомашины и 237 танков, а несколько складов уничтожили союзники, чтобы они не попали к противнику. (За последние две недели декабря 1–я и 3–я армии США потеряли в общей сложности 471 средний танк.)

Но за это противник дорого заплатил. К середине января 1945 года потери немцев в кампании в Бельгии составили от 100 000 до 120 000 человек. Они лишились техники, которую нечем было заменить, и даже не достигли своей минимальной цели – Льежа и линии Мосса. Их яростная оборона на своих границах и отчаянная игра в Арденнах ослабили последующую оборону на линии Рейна.

«Немецкое наступление в Арденнах, – как отмечается в «Командных решениях», – оказало на 12–ю армейскую группу США первое и единственное серьезное воздействие после ее переброски из Нормандии к Рейну.

Для немцев Арденны официально закончились только 28 января, когда армии фельдмаршала Моделя были отброшены назад к своим первоначальным позициям. Немцы могли сказать, что они нанесли тяжелые потери. Наступление дало временную отсрочку, хотя Гитлер и считал это «огромным облегчением положения». Союзники были вынуждены прекратить атаки на дамбы Рура и Саар и отложить свое окончательное наступление на Рейн на два месяца. Но даже Гитлер должен был признать, что «решительный успех, которого можно было бы ожидать», не был достигнут. За эти скромные, по сравнению с амбициозными целями, достижения Гитлер заплатил дорогой ценой… Потери немцев составили около 100 000 человек (около трети наступательной силы), по крайней мере 800 танков (из более 2 000 задействованных) и около 1 000 самолетов (около половины всех собранных истребителей).