"Фантастика 2023-129". Компиляция. Книши 1-20 (СИ) - Агишев Руслан

На четвертый или, кажется, даже пятый день после того страшного случая с медведем, когда ему стало значительно лучше и он уже не вскакивал по ночам с диким воплем от приснившегося кошмара, прошлое вновь напомнило о себе. Случилось это довольно незатейливо, скажем даже, буднично.

В то утро его кудрявый хвостик, звавшийся Милой или просто Крохой, сидела вместе с ним за обеденным столом и лениво гоняла ложкой манную кашу в своей тарелке. Морщась, она время от времени поднимала ложку над тарелкой и внимательно смотрела, как каша падает обратно. В очередной раз, когда Кроха только занесла ложку, это заметила ее мама, тут же укоризненно покачавшая головой.

— Алесей, — позвала парня девочка, со вздохом кладя ложку обратно. — А тебе твоя мама тозе говолит, сто касу нузно кусать?

Только что поднесший ко рту ложку, Алексей замер. Детский вопрос заставил его болезненно поморщиться, подняв в его памяти целую волну воспоминаний. Многое, казалось, он уже давно похоронил где-то глубоко-глубоко в себе. Или может просто убедил себя в этом, чтобы снова не испытывать боль от потери своих близких… Нет, ничего парень не забыл. Совсем ничего. Помни и тот мир — провожавшую его в первый полет маму, лицо постаревшего отца на экране пилотского планшета, расцветающие яркими взрывами штурмовики его товарищей; помнил и этот мир — пронзительно глубокие глаза Анны, ее милый бархатистый голос.

— Говорила… Тоже говорила, — с трудом выдавил Алексей из себя нужные слова. — Кашу нужно есть, чтобы вырасти большой и сильной. Слушайся… маму.

Непослушная память снова и снова подсовывала ему образы давно уже сгинувших родных, друзей. На глазах медленно наворачивались слезу, что тут же заметила девочка.

— Ты плачес? — с детской непосредственностью спросила она, слезая с своего стула и подходя к нему ближе. — Опять больно?

С трудом сдерживаясь, чтобы не разрыдаться, он кивнул. Мол, больно. Все еще никак не выздоровею.

— Мама, Мама! Алесею опять больно! — тут же во весь голос закричала Мила, цепляясь в руку подростка.

Следом с другого конца кухни подбежала Захарьина, сразу же принявшая его осматривать. Алексей, конечно, отмахивался, ворча, что все уже прошло. Куда там. Женский вихрь заботы и внимания с головой захлестнул его. С одной стороны, у него проверяли повязку на плече, с другой стороны, ласково гладили по голове.

Когда же вся эта суета спала и все успокоились, Алексей отчетливо осознал, что прошлое — ни то, ни это — никогда его отпустит. Где бы он не спрятался, оно все равно будет его преследовать и всякий раз, в самый неожиданный момент, напоминать о себе. Оно стало его неотъемлемой частью, а от себя, как известно, никуда не скрыться.

— Не спрятаться… Даже здесь, в глухом лесу, не спрятаться, — бормотал он, сидя вечером в своей комнате и бездумно пялясь в окно. — Придется выходить… Пора все расставить по своим местам… Да, пора. Хватит, прятаться, как крыса. Один раз я уже умирал. Это совсем не больно.

Мрачно усмехнувшись, парень встал с места и оказался перед большим зеркалом. Оттуда на него смотрел угрюмый подросток с всклоченными черными волосами, закрывавшими часть лица. Тяжелый взгляд его глаз пригвождал к земле, заставляя отворачиваться и пятиться назад.

Он устал прятаться, устал бегать. Сейчас Алексей хотел лишь того, чтобы его все оставили в покое. Но для этого придется закончить со всем, что тянулось за ним.

— А может примириться? — вдруг спросил он у своего отражения. — Забыть все, что было до этого? Объясниться. Должны же они понять, что я им не угроза. Пусть только оставят меня в покое. Я хочу просто жить сам по себе, не влезая ни в чьи планы, — яростно шептал Алексей, вглядываясь в свое отражение. Казалось, парень хотел убедить самого себя в правильности своего решения. — Может так сделать? Я прощу все, что они сделали. К черту все, что было! Все забуду! — он решительно тряхнул гривой волос. — Я первым подам им руку… Пусть, наконец, все это закончиться.

Смахнув длинную челку с глаз, подросток повернулся к столу.

— Да, да, сделаю так… Только сначала поговорю с мамой. Мне нужно ей так много всего сказать, — Алексей взял коммуникатор и привычным движением вызвал из памяти знакомый номер дома.

Сам вызов он направил через несколько общедоступных серверов, чтобы звонок не смогли отследить слишком быстро. Манипуляция не сложная, если хотя бы немного ориентируешься в сети. В этой помойки можно было найти инструкции на все случаи жизни, а не только, как провести телефонный звонок через общедоступный анонимайзер.

Едва пошел гудок, Алексей непроизвольно улыбнулся. Что может быть роднее, чем мамин голос? Получается, что в обоих мирах у него у него не осталось более близкого человека, чем она.

— Дом Вяземских-Юрьевых, — неожиданного для парня в трубке зазвучал глубокий бархатный голос, по тону более приличествующий концертному конферансье. — Дворецкий Порфирий Аполинарьевич у аппарата.

— Э-э-э. Добрый вечер. Я, наверное, ошибся, — растерянно проговорил парень, не понимая, как мог набрать незнакомый номер. — Понимаете, я звонил в дом госпожи Бельской по номеру 83 17…, - продиктовал он цифры номера. — Извините…

И хотел было уже закончить разговор, чтобы сделать новую попытку, как в коммуникаторе вновь послышался голос дворецкого.

— Вы, милостивый государь, не ошиблись и набрали именно тот номер, который только что продиктовали, — полный собственного достоинства голос звучал так, что парню невольно представлялся статный, чуть полноватый мужчина с окладистой бородой, затянутый в ливрею дворецкого. — Указанный номер закреплен за домом Вяземских-Юрьевых, у который я имею честь служить.

Что это еще за черт? Какой еще дом Вяземских-Юрьевых? Алексей медленно опустился на стул, стоявший возле зеркала. Он поднес коммуникатор к лицу и впился глазами в набранный номер. Не было никаких сомнения, что номер принадлежал им. Он много раз звонил по нему домой.

— Ничего не понимаю…, - пробормотал парень в трубку. — Извините… Порфирий Аполинарьевич… э-э-э-э… Я из службы доставки. Хотел было уточнить время доставки заказа. Только у меня здесь записана фамилия Бельской. А вы говорите про Вяземских-Юрьевых…, - на ходу выдумал Алексей историю. — У меня доставка горит…

В трубке коммуникатор на несколько мгновений повисло молчание. Чувствовалось, что дворецкий не знал, как ему отвечать. Наконец, послышалось негромкое покашливание.

— Кхе-кхе… Могу ошибиться, милостивый государь, но названная вами фамилия принадлежит предыдущему владельцу дома, — Алексею показалось, что дворецкому было неловко. — Прошу меня извинить, если не смог вам помочь. Вы можете свериться в справочной службе. Думаю, вам смогут там помочь.

Экран коммуникатора уже давно потух, а Алексей все продолжал молча сидеть и бездумно глядеть в одну точку. Он никак не мог понять, что же случилось. Почему в его доме живут какие-то чужие люди? Где его мама?

— Вяземские-Юрьевы… Хм… Вяземские-Юрьевы. Это же его внук. Получается, этот урод, все же отобрал у нас дом?! — наконец, доходит до парня. — Б…ь! Год же прошел! За это время, вообще, могло случиться все, что угодно.

Они — Вяземский и император — просто стерли его, как карандашный рисунок. Сначала его, Алексея, спрятали в подземный исследовательский центр и подвергли экспериментальным опытам. Затем выселили его маму из собственного дома. Кто знает, что с ней случилось. Могли ведь и от нее избавиться.

— …Что для них человека убрать? Плюнуть и растереть, — шептал Алексей в унисон своим мыслям. — Господи, какой же я дурак… Примириться решил… Ха-ха-ха…

Он обхватил голову руками и глухо застонал. Ставшие ватными ноги подогнулись, парень сполз со стула на пол.

— Ха-ха-ха. Дебил, недоумок… Меня посадили под землю, накачивали химией, резали, как кролика, а я так ничего и не понял… Ха-ха-ха-ха… Руку помощи протянуть… Ха-ха-ха-ха, — истеричный смех, больше напоминавший рыдание, сотрясал его плечи. — Они же людоеды. Б…ь, настоящие людоеды! Ха-ха-ха-ха!