Фантастика 2025-24 - Владимир Мухин

− Слишком громко думают некоторые и у них слишком слабая защиты на разуме. — Тэймэй не стала ругаться как ожидала Эми, а откровенно веселилась в своих мыслях над ней.

− Дэйчиро всегда говорил, что от тебя нельзя ничего скрыть или как-либо защитится и потому он просто не думает, чтобы не подумать о чем-то лишнем в твоём присутствии. — Улыбнулась Тэймэй, по доброму своей дочери. — Я даже знаю кто слишком много думает.

На мгновение в императорской ложе повисла тишина, а в зале начали выключать свет подготавливаясь к началу показа.

− Эми, у меня сложные отношения с Дэйчиро, но другого мужа или любовника мне не нужно. — Тихо проговорила Тэймэй, смотря на белое полотно, на котором вот-вот будет идти фильм. − Есть проблемы, я этого не отрицаю, но пусть это будет маленьким исключением и останется только моей тайной. Согласна?

− У меня нет иного выбора? — Улыбнулась Эми понимая, что она услышала достаточно, хотя и хотелось узнать эту маленькую тайну императрицы.

− Да нету. А теперь давай насладимся просмотром фильма. — Улыбнулась императрица и Эми увидела, как заледенели её черты лица словно сейчас будет что-то ужасающиеся.

С первых кадров принцесса поняла, что не сможет насладится фильмом. По полю усеянный трупами брёл огромный воин в покорёженном бронекостюме без шлема с закрытыми глазами из которых катились кровавые слезы. Его обожжённая и абсолютно лысая голова, была закопчена, и Эмилия с трудом и ужасом узнала в этом воине своего отца.

Что брел по полю и иногда останавливался и мечом что держал в руке добивал офицеров империи Куртон. Но вот он склонился не для того чтоб забрать жизнь он взвалил на свои плечи пустого, и сделав ещё шаг он взвалил на свои плечи владеющего в котором Эми узнала Креола.

− Что вы скажете про победу, которую одержали наша армия? — Кадр сменился и теперь на экране показывали забинтованного отца Эми в белом кимоно сидящим в позе для медитации. Его глаза были повязаны бинтом, и по кровавым пятнам было понятно, что они до сих пор кровоточат.

− Победа? Мы всего лишь выиграли небольшое сражения, о какой победе ты говоришь? — Эми не узнавала голос отца, но это точно был Дэйчиро Шосе, а на его коленях покоился меч, который она ему передала. — Но не переживай победа будет, позже, я это тебе обещаю. Надеюсь, что цена победы, будет не так дорога, чтобы вся империя пожалела о заплаченном за победу.

− Я буду молится чтобы цена была минимальна. − Проговорил за кадром голос диктора.

− А ко мне боги не прислушиваются. − Усмехнулся отец, и тяжело закашлял, выплёвывая на землю сгустки крови. — И я буду сражаться, не надеясь на милость богов.

Фильм шёл дальше, показывая все ужасы прошедшего сражения, диктор рассказывал о потерях и о том сколько было уничтожено сил врага. Кадры с беспилотников показывали, как проходило сражение, и Эми постоянно видела в гуще сражения того воина что сражался до самого конца. Она видела, как пытаются его сжечь как он отлетает, кувыркаясь по земле от попавшего в него снаряда психокинетика. Но встав он вновь идет в атаку, а вокруг умирают от яда тысячи людей.

− Мама это нельзя показывать по телеканалам. — С ужасом проговорила Эми смотря как ползет по земле смертельно раненый солдат империи Куртон, и как он погибает под гусеницами танка на броне которого стояла Этсуко Райдзин.

− На телеканалах и не покажут, только закрытые показы в кинотеатрах — Спокойно проговорила императрица. — Пусть мои подданные увидят правду. Почём нынче победа, в небольшом сражении.

Глава 29

Я сидел у векового дерева в полном одиночестве, отдыхая и даже не думая о том, чтобы начать медитировать. Не было желания, хотелось расслабится и просто смотреть на закат, и постараться забыть очередное сражение, прошедшее на границе федерации Гатсен. Хотя какая она теперь федерация? Государство пало, правительство сбежало, а народы не сопротивлялись особо так как, тактика выжженной земли, так и не была применена.

Спокойствие что царило вокруг в этой небольшой рощи, приносило спокойствие и в мою израненную, уставшую от крови душу. Маленькие насекомые перелетали с травинки на травинку, где-то в глубине рощицы весело журчал ручей. Ни что не напоминало, что в десятке километров было сражение многотысячных армий, гарь горелого мяса и дым горевшей техники остались там. И эта поляна осталось в первозданном виде, словно и нет никакой войны, а я словно уставший мирный путник, просто решил отдохнуть после дальней дороги.

Когда всё стало окрашиваться в алые цвета от света заката я с трудом, постоянно качаясь и боясь упасть, встал на ноги, и дрожащей рукой обнажил свой меч правой рукой. Ножны упали на землю так как левая рука не смогла удержать их.

− Слишком много переломов и трещин− С грустью в голосе констатировал очевидное я.

Стоя в белом кимоно, что сшили мне мои супруги с ярко красным подкладом, я смотрел на закат готовясь к своему удару. Миг, тихий гул в воздухе, и для стороннего наблюдателя я все так и стоял, не изменив ни позу, ни потревожив ни одну складку на кимоно и только слегка вибрирующий меч в моей руке с покрасневшим лезвием выдавал меня. Удар был очень быстрым, сильным, и смертоносным. Как показал прошлый бой, защиты от него нет, и Креол в чем-то и прав, сказав, что слившиеся со стихией теперь будут бежать, увидев меня на поле боя. Мои плети уже в третий раз ремонтируются и меняются повреждённые нити. А вот меч, подаренный мамой, всё также служил мне и на его лезвии не было новых зазубрин либо трещин.

Креол говорил, что не дело оставлять меч безымянным, но я не знал, как его назвать. Все что мне приходило в голову так это оскорбления, а не имена, ущербный, бракованный, это не имена, а разящий или смертельный, не подходили мечу.

− Акира я же просил оставить меня одного! — Недовольно проговорил я, возвращаясь к дереву и опираясь на него аккуратно сел, приняв расслабленную позу смотря как подходит ко мне немного смущённая своим обнаружением, искусительница

− Я не хотела тебя тревожить. — Смущённо проговорила Акира и села по другую сторону дерева также, как и я прислонилась спиной. — Просто хотела своими глазами увидеть, что с тобой всё в порядке.

− Убедилась? — Хмуро спросил я, смотря как мой меч входит в ножны управляемый психокинетикой и