Фантастика 2025-24 - Владимир Мухин

от рук дознавателей с которыми стал бы сражаться, а от самого факта что он вновь один. Мне было печально в этом признаваться, но я со временем начал видеть в старике друга, а не того, кто вынужден следовать за мной.

Смотря на его счастливую улыбку, когда он играл с детьми Акиры я и сам невольно улыбался. А то с каким удовольствием он награждал Акиру звонкими подзатыльниками и вовсе невозможно описать. Самое интересное, было не то что Акира позволяла Креолу это делать, а то что это было своеобразная тренировка, он окутывал свою руку силовым полем подобным тому которым защищаются высокоданнновые психокинетики. И Акира раз за разом пыталась противостоять этому удару, не нападая на старика.

− Уже довольно поздно, Акира побудь с господином Дэйчиро, пока он не закончит свою тренировку. − Проговорил Креол и неспешно поднялся со своего места, он оставил меня на едине с племянницей по моей просьбе. − А я пойду ложится спать, старые кости не прощают недостаток сна.

− Да мастер, я останусь, вы только уточните могу ли я остаться с ним на всю ночь? — Со своей обычной плотоядной улыбочкой проговорила головная боль Креола, и властительница сердец половины моего полка несущих на груди знак демона.

− Акира, Юна постоянно просыпается среди ночи и зовёт маму. — Тихо проговорил Креол что как и я не верил Акире, которая использовала свою излишнюю сексуальность зачастую как способ защиты. — И ты это знаешь, и если сможешь, то проведи ночь с Дэйчиро.

Креол молча развернулся и в сгущающейся темноте неспешна направился к палатке клана Сиукого в которой ожидали дети сказку на ночь что называли Креола дедушкой.

− Акира− Обратился я к девушке, когда Креол покинул нас. — Я прошу тебя не учувствовать в предстоящем сражении, забирай детей и уходи к сухогрузу где создают изменённых, я вручу тебе письмо Яфе Шосе. Она поможет тебе и детям.

− Господин, нет, я никогда не буду называть тебя господином. − Серьёзно проговорила девушка, внезапно подвинувшись ко мне поближе. — Дэйчиро, неужели ты такой бетонноголовый ты хотя бы понимаешь кто сидит с тобой рядом?

Я смотрел на грустно улыбающеюся девушку и силой манипулятора ловил обрывки её мыслей. И мне было неуютно от её мыслей, а ведь они были идентичны тем что крутились в моей голове много лет назад. Одиночество, тоска, ненужность и страх за своих детей. Все тоже самое испытывал в диких землях я, когда заботился о своей маленькой дочурке, когда стал предателем, преступником и в одночасье последним из Шосе.

− Мне нет места в империи если ты умрёшь, моих детей в лучшем случае перевоспитают, привив им пренебрежение, а возможно и ненависть, к своему клану. — Акира попыталась заглянуть мене в глаза. — Я знаю, что я могу умереть, но если я пройду эту войну плечом к плечу вместе с тобой, то мне достанется часть славы императора.

− Я не император. − Твердо произнес я.

− Если Креол рассказал мне правду, и ты пойдешь в бой одним из первых. — Акира прикусила свою губу словно произнесла лишнее, и отвернулась от меня. — Правду о тебе говорят солдаты, ты не думаешь возвысится, я покину тебя, сейчас тебе не нужен телохранитель.

Знал об этом и я, весь мой личный полк окружил нас, они словно подражали мне, ведь каждый из них сидел в позе для медитаций и смотрел на своё оружие. Они готовились, как и я к бою, в котором выжить будет очень сложно.

− Акира подумай о детях. − Я попытался надавить на её материнские чувства, но мне ответили холодным полным решительности голосом.

− Я думаю о них всегда, и лучше я умру сражаясь, очистив имя Сиукого, и тогда есть вероятность что их будут воспитывать как своих одна из Шосе, но как членов чужого клана. — Она на мгновение замолчала, а после вновь заговорила и в её голосе слышались нотки сожалению. — Лучше бы ты залез ко мне под кимоно, чем решил поговорить со мной на эту уже решенную тему.

Акира встала с земли и уважительно мне поклонилась, и также неспешно, как и Креол пошла в сторону нашего лагеря. Оставив меня в одиночестве с так и не решенной проблемой. Я не желал, чтобы будущее клана моего друга умерло вместе с его племянницей и её детьми.

− Может она и права. − Грустно улыбнулся я. — Может и стоило по крайне мере попробовать.

Глава 28

− Вперед, Шосе, помни у вас будет пятнадцать минут. — Раздался спокойный голос командующего в динамках моего шлема. — Удачи.

− За мной− Хрипло проговорил я в свой микрофон по радиосвязи и сорвался со своего места в стремительный забег.

За моей спиной взревели двигатели, и я слышал, как гусеницы тяжелых танков вгрызаются в землю силясь быстрее ускорится, чтобы поспеть за командиром смертников. Темная непроглядная тьма ночи словно заботливая мать укутывала нас от взора врага. Десять километров разделяющие наши армии я должен был преодолеть за пятнадцать минут, как, впрочем, и танкам надо успеть за это время выйти на свои позиции.

Моя броня, усиленная десятками плит, была слишком тяжела даже для меня несмотря на то что я вышел на свой максимум как физик. Возросшая в объеме мышечная масса нещадно рвала мою кожу, и попытка ускорится только всё усугубляло, но мне было плевать на боль и кровь которой я уже начал покрываться.

− Пять километров, готовсь! — Прокричал я в микрофон одновременно с тем как по нам открыла огонь вражеская армия. Я преодолел середину, и уже начались минные поля, которые находились под контролем врага.

Снаряды летели в меня один за другим, и я еле успевал их отклонять как плетями, так и чистой психокинетикой. Под ногами взрывались противопехотные мины, которые не могли пробить мою броню. А противотанковые мины я выкорчёвывал из земли плетями, не замедляя свой бег они ещё пригодятся мне в дальнейшем бою.

Я чувствовал силой манипулятора, как сотни вражеских манипуляторов наносят свои удары, которые вызывали отчаяние и страх. Пустотники же били по площадям, а психокинетики выжидали удобного момента, а огонь что был создан огневиками уже огромными шарами освещая всё вокруг в ночной темноте спускался на нас небес.

А я все продолжал свой стремительный бег, слыша, как за мной несется бронетехника, ревя своими моторами. Огромные танки неслись за мной, не сделав ни одного выстрела, они ожидали моего приказа