Чародейка - Кейт Остин

заставил восхититься своей силой воли и выносливостью. Его скулы побелели от усилия, и всё же он сумел подняться. Наш темп снизился вдвое, если не втрое, однако мы продолжали сокращать дистанцию, и это главное! А когда удалось добраться до хижины, Шейн буквально свалился на диван, подтвердив мои догадки. Преодолел он это расстояние только благодаря своей железной воле.

Грудь его тяжело вздымалась. Глаза были закрыты, но под веками двигались глазные яблоки, как у беспокойно спящего. Я присела рядом и осмотрела повреждённую руку. Почерневшие края раны и расползающиеся по коже витиеватые линии свидетельствовали о тёмной магии, проникшей в организм. Нечто подобное я встречала на страницах учебника по нежителогии. Наверняка скитальцы научились извлекать яд существ, а может, и вовсе делать оружие из их клыков и когтей.

Не теряя времени, я вынула нож из кармана и разрезала и без того натерпевшуюся футболку мальфара, обнажая грудь и живот мужчины. Нервно сглотнула. Без одежды его торс выглядел ещё идеальнее, словно вылепленный умелой рукой скульптора. Вот только в области ключицы, а также слева, чуть ниже рёбер, тянулись багровые борозды с обсидиановыми узорами по бокам.

— Если ты хотела раздеть меня, могла бы просто попросить, — прохрипел Шейн, слабо улыбаясь и наблюдая за мной сквозь приоткрытые веки.

— Гаспар дурно на тебя влияет, — хмыкнула я, а затем всхлипнула, но Анварен уже этого не увидел, провалившись в тревожный сон.

Я стёрла слёзы, проступившие на глазах, и резко подскочила на ноги, словно внутри лопнула тугая пружина. Одним движением сложила лезвие ножа в рукоять и убрала подарок Виктора в задний карман джинсов. Ещё раз глянула на белое, почти мраморное, лицо мужчины и с тяжёлым сердцем вышла из хижины.

Быстрым шагом, почти сразу перешедшим на бег, устремилась к хлипкому помосту, припоминая, что неподалёку от него видела каменный колодец. Скважина в самом деле отыскалась на подходе к высохшему озеру. Я отодвинула деревянную крышку, перегнулась через каменную кладку, заглядывая внутрь, и с облегчением выдохнула. Дно колодца блестело, словно зеркало. Я торопливо скинула ведро вниз, с волнующим ожиданием слушая, как заскрипел ворот и захрустела разматывающаяся цепь. Раздался далёкий гулкий удар и всплеск воды. Я тут же схватилась за железную рукоять и принялась крутить ворот, доставая потяжелевшее ведро на поверхность.

Сердце радостно подпрыгнуло в груди, когда в покачивающейся бадье показалась чистая, прозрачная вода. Зараза, распространившаяся по озеру, не коснулась скважины. Воодушевлённая маленькой победой, я помчалась обратно в дом. Толкнула дверь и застыла на пороге, с опаской поглядывая на диван. Дождалась, когда грудь Шейна поднимется при вдохе, и, немного успокоившись, прошла к камину. Поставила ведёрце с водой на пол и приступила к ревизии трав и другого имеющегося инвентаря. В конце концов мама когда-то здесь врачевала, должно же что-то полезное сохраниться.

Первым делом я прошлась по сушёным пучкам разнолистной травы и цветов, свисающих с потолка вдоль стен. Отобрала в свою коллекцию чертополох и лаванду, зачастую используемые в зельях, снижающих воздействие яда нечисти. Затем наткнулась на деревянный шкаф, умело притаившийся в неприглядном углу хижины, и, с жадностью фанатика, набросилась на его содержимое. Заглянула во все мешочки, подняла каждую крышку керамического бочонка. Большинство трав и порошков было сложно опознать без подписей, но я всё равно ушла с находками. Прихватила листья зверобоя и высушенные цветки календулы, для дезинфекции, и ещё несколько растений местной флоры, широко применяемые в борьбе с магическим недугом.

Там же, на нижней полке, обнаружилось несколько чугунных котелков разного размера и ларец с откидной, но довольно тяжёлой крышкой. Прятал он в себе аккуратные белые моточки, должно быть, выполняющие роль бинтов в этом мире.

Пока всё шло неплохо. Не считая того, что за время, потраченное на заготовки для отваров и разжигание огня в камине, у Шейна поднялась температура. Его заметно трясло и знобило. Закончив все приготовления, я пошла к нему, однако уже на подходе остановилась. Переступила с ноги на ногу в нерешительности, а затем в один шаг сократила оставшееся расстояние.

— Пожалуйста, не припоминай потом мне это, — проговорила, цепляясь каменными пальцами за резинку на штанах мужчины, и потянула вниз. Ликвидировав промокшую одежду, а точнее, развесив на стул у камина, я накрыла Шейна сухим и тёплым пледом по пояс. Опустилась на диван возле него и, промокнув тканевый лоскут в чистой воде, принялась протирать кожу вокруг ран от налипшего песка и засохшей крови. — Знаешь, я думала, если мне и придётся когда-либо тебя раздевать, то точно не при таких обстоятельствах, — буркнула, желая отвлечь нас от скверных мыслей.

Вопреки моим надеждам Шейн не ответил. Его сознание блуждало где-то далеко.

«Родной, ты только держись», — мысленно попросила, крепко сжав его пальцы на несколько секунд, а затем нехотя разжала и встала. Внутренние часы подсказывали, что лекарственное снадобье вот-вот будет готово.

Так и оказалось.

Я налила золотистого цвета микстуру в керамическую пиалу и, пока та остывала, взялась за подготовку примочек для ран. Сложила кусочки ткани в несколько слоёв и опустила в котелок со вторым отваром, давая хорошенько им пропитаться. Со стороны дивана донеслось болезненное «ммм», и я ускорилась. Подхватила пиалу, подула на жидкость и осторожно, чтобы не пролить, двинулась к мужчине. Хотелось верить, что травы облегчат его состояние и поспособствуют очищению организма от яда. Или, хотя бы, задержат его распространение.

— Шейн, ты должен это выпить, — позвала мужчину, усаживаясь у изголовья дивана. Длинные ресницы задрожали, и он приоткрыл глаза. Я помогла ему сделать первый глоток, придерживая голову и страхуя чашку в дрожащей руке.

— Горькое, — неожиданно сообщил пациент, капризно сморщив нос. — Не буду.

Я чуть не подавилась от негодования. Нормально вообще? Я тут стараюсь, жизнь ему спасаю, а он в привередливого ребёнка вздумал поиграть! Нет, я, конечно, слышала, что мужчины при температуре те ещё занозы, но чтобы вот настолько.

— Шейн Анварен, — проговорила тоном самого строгого в мире воспитателя. — Ты выпьешь этот отвар. Весь, — грозно пообещала.

А кто я такая, чтобы не выполнять свои же обещания?

В общем, из этой схватки я вышла победителем. Даже вдвойне. Шейн продолжал пребывать в сознании, возможно, опасаясь, что в него зальют ещё какую-нибудь маловкусную жижу. Теперь он с интересом следил, как мои пальцы осторожно прикладывают к его порезам компрессы, смоченные в лекарственном растворе.

Закончив малоприятную процедуру, я выдохнула и столкнулась взглядом с Шейном. Он смотрел с лаской в глазах и нежной улыбкой на губах. Смутившись, хотела встать, чтобы убрать непригодившиеся повязки, но мальфар придержал за руку.

— Не уходи, — попросил он. —