Сборник "Поступь империи" - Иван Кузмичев

-Что ж спасибо еще раз, приказ батюшка закон…

Василий, попрощавшись еще раз, сразу же отправился к стойлу, где стоял привязанный жеребец, возле которого мельтешил юный конюх, сноровисто проверяющий подпругу и само седло. Постояв пару секунд, я развернулся и пошел к заждавшимся друзьям, мысленно прикидывая, чем заняться в первую очередь. Почему-то у меня сложилось такое впечатление, что проблем в губернии стало больше, чем до моего отъезда. Да и чего говорить, своя рубашка всегда ближе к телу, нежели служебная.

Тарелки давно уже опустели, и сейчас четверо друзей слушали рассказ Алехандро, дошедшего до того момента как мы начали отплывать из Валенсии.

-Не плохо вы там повеселились, ваше высочество!– присвистнул Артур, с интересом поглядывая на графа.

-Не сказать, чтобы очень мы там веселились, но разговор сейчас будет не о том. Лучше расскажите мне о своих делах, а после я и доклады ваши за месяцы работ прочитаю, всяко лучше, чем в праздности время проводить,– как бы, между прочим, говорю собравшимся.

-И когда нужны будут вашему высочеству доклады?– спокойно спросил барон Либерас.

-Завтра до обеда я хочу ознакомиться со сметой и докладами каждого из вас, друзья. Все же время прошло, а бюджет наш не бездонный, да и предупреждал я вас, что по приезду проверю вас. Дружба дружбой, а спрос в случае нужды будет строгий,– нахмурившись, сказал я им.

-Конечно, мы все это прекрасно понимаем,– кивнул Михаил, боярский сын.

-Я могу прямо сейчас отчитаться за свою вотчину,– насупился Кузьма, видимо моя подозрительность задела его. Но ничего, я уже не тот мальчик, каким был два с половиной года назад, и многие глупости из головы постепенно выветриваются.

К примеру, о том, что у руля власти есть бескорыстные люди, увы, но это не так, кушать всем хочется, да и мошна у каждого своя, до коммунизма в этом времени далековато, как впрочем, и в моем прошлом времени.

-Сейчас не к спеху, но завтра я обязательно выслушаю тебя Кузя. Теперь же рассказывайте, какие тут у вас без моего ведома истории приключались. Может странности, какие глаз зацепил?– постепенно напряженность в зале спала, неторопливая беседа, как обычно переросла в возбужденное обсуждение, в которой активно участвовал и Алехандро, несколько по-другому глядящий на обыденные для нас вещи и события.

В целом дела в губернии в мое отсутствие, оказывается, шли в гору, пускай с некоторыми сложностями, но все-таки не стояли на месте, как я в тайне про себя боялся. Треть дороги от цементного завода, рядом с которым вырос его кирпичный придаток, уже покрывали толстенькие толи блоки, толи плиты. Сама дорога оказалась поднята чуть ли не на сажень над той, которая была ранее, правда пока это создавало большие проблемы на окончании дорожного полотна, из-за большой разницы между старой и новой дорогой. Однако движение по проложенным бетонным плитам оказалось много лучше чем по той грязи, которая чуть ли не по полгода стояла на проезженной колее.

Определенно плюсов было много больше, чем минусов, да и те в скором времени должны убраться, всего пару лет и дорога на Рязань и в Петровку будет готова, а при желании можно уложиться раньше, используя всю мою власти, главное не переборщить.

Основанный банк как я и думал, занимался не совсем тем, что нужно, вместо действительно выгодного вложения капитала купцы решили по-тихому «снять сливки», но это у них не получилось, витязи, приставленные в качестве наблюдателей и младших сотрудников столь необычной структуры не дали. Что ж придется тогда самому принимать меры, вводить устав банка, иначе это копание ни к чему дельному не приведет. Вот только странно, почему Николай всего этого не сделал? Ведь он ответвленный за этот сектор. Да, вопросов, несомненно, больше чем ответов на них, и не сказать, что я этому рад.

В Петровке растут мастерские как грибы, вот только все равно этого мало, очень мало. Да конечно же молоты Дмитрия значительно облегчают работу, как впрочем и все те новые станки Андрея Нартова, которые он успел сделать, благодаря близости к литейной и кузнице. Один только способ отливки пушек с готовым калибром без внутренней фурмы чего стоит. Ведь насколько я знаю, Дмитрий до этого момента высверливал нужный калибр. Благо, что все «колпаки» были 12-ти фунтовые, иначе проблем с их созданием было бы много больше. Конечно, отливают их на Истьинском заводе, подручные главного мастера, следуя тем статьям, которые были им, составлены чуть ли не полтора года назад, теперь же процесс ускорился, чуть ли не втрое, да и доработанные станки Нартова для сверления орудий и дул фузей много пользы принесли. И как я надеюсь это далеко не все, что придумает гений молодого мастера-токаря.

-А что известно по мануфактурам на Урале?– как бы между прочим спрашиваю друзей.– Как Николай справляется с этим делом? Все же заводы уже должны уже стоять, по крайней мере большая часть работ должна быть сделана, да и по другому вопросу о найденных залежах не мешало бы мне рассказать.

-Как отписывали братья Мироновы, дела у них идут как и планировали в срок, к весне уже могут доставить в Рязань первые образцы выплавленного чугуна, говорят что места там богатые на руду, да и по пути разведали пару мест с каменным углем. Но отписывают они, что людей для охраны маловато, места там дикие, зверья полно, да и местные частенько балуют, на лагерь даже пару раз нападали, но взять его не смогли, только пятерых охранников положили,– ответил Михаил.

Про серебро, найденное Мироновыми Михаил благоразумно умолчал, не та обстановка, да и вопрос этот не решается за пару минут, слишком много сложностей возникает при его решении. С одной стороны огромный барыш заиметь можно, если в тихую обработать месторождение, но при этом в случае обнаружения получить на свою голову кучу проблем, и опала меньшая из них. Петр ревностно относится к казне и лишаться дополнительного дохода ему не с руки. Вот так-то и получается, что остается второй вариант, как получение одной пятой от добычи плюс возможность заиметь часть льгот под другое строительство, к примеру беспошлинно торговать внутри страны и с соседями той продукцией которую производят подвластные мне предприятия.

Правда в общем случае получается, что из всех мастерских и заводов, исключая работающие на армию и являющиеся по своей сути секретными, на внутренний и внешний рынок пока работают только Истьинский завод, выпускающий косы, лопаты, топоры и пилы, цементный завод, большую часть продукции использующий в собственных нуждах, но все же летом выведший на рынок Рязани новый строительный раствор, сразу же прочно обосновавшийся в рядах особо полезных строительных материалов. Кирпичный завод пока приносил одни убытки, оно и понятно строительство его только-только закончено и никакой продукции на рынок он произвести просто не успел.

И все же точных цифр передо мной не было, благо что за эти два завода отвечает Кузьма, успевающий быть в корпусе, Рязани и заводах чуть ли не одновременно. В общем убытки от налаживающегося производства на лицо, а прибыли в ближайшие полгода ждать не придется это точно, одна надежда на финансирование ПБР, да на государевы дотации, все же поставки фузей на сколько мне известно идут полным ходом и четыре батальона Семеновского полка уже полностью перевооружены новыми образцами фузей, впрочем и в Преображенском полку дела обстояли не особо хуже, последняя партия должна была окончательно исправить сию несправедливость. Остается надеяться на благоразумие Петра о сохранении тайны оружия и его хранении и должной эксплуатации, а то ведь привыкли чистить оружие красным кирпичом, и не переубедишь, что это не хорошо, скорее очень даже наоборот!

Артур же рассказывая об успехах мастерской Андрея Нартова коротко изложил проект молодого гения, разработанный им совместно с Дмитрием Колпаковым, по созданию плавильной мастерской на территории Петровки, со всеми нужными для нее приспособлениями и устройствами по подъему вновь отлитых орудий и снарядов. По словам Артура получалось, что эта мастерская должна быть размером с хороший завод, однако не дожидаясь моих возражений, барон сразу же встал в защиту этой идеи, основываясь на том, что на Истьинском заводе хотя и работает литейная, но ее качество таково, что только каждый четвертый орудийный ствол проходит должную проверку и уходит с обозов в расположение корпуса.

Про снаряды же и вовсе говорить не следует, ибо порох изготавливаемый в Москве лежит на складах в корпусе, дожидаясь новой поставки с завода, а ведь как было бы проще, если бы все это выплавлялось в одном месте действительно знающими людьми. Мои возражения по поводу того, что сталь, создаваемая на заводе требует высоких температур для повторной переплавки сразу же отмелись в сторону, ибо как сказал Артур этот вопрос решаем и два мастера уже давно придумали как его решить, вот только об этом они расскажут мне при личной встречи.