Человечество: История. Религия. Культура Древний Рим - Константин Владиславович Рыжов

автора закона о разделе земли, бывший членом комиссии, которой поручено было это дело, охотно выставил свою кандидатуру в народные трибуны. Блестяще избранный, Гракх тотчас же стал в оппозицию к сенату [123 г.]. Поскольку фонд собственно римских государственных земель подходил к концу, а число неимущих оставалось значительным, Гракх провел закон о выведении римских колоний в провинции, прежде всего в Карфаген. Вслед затем побуждаемый Гракхом, народ отнял у сената часть функций по заведованию финансами и расширил полномочия комиций. Народные трибуны получили право законодательной инициативы и возможность избираться на второй срок. Наконец он провел постановление о ежемесячном распределении продовольственных денег из общественных сумм каждому плебею; ничего подобного до тех пор не было. Одним этим актом, в проведении которого он имел помощником Фульвия Флакка, Гай быстро добился расположения народа к себе и благодаря этому немедленно был избран трибуном и на следующий год [122 г.].

Подобно тому как раньше он подкупал народ, так теперь Гракх склонил на свою сторону и так называемых всадников, занимавших по своему значению среднее положение между сенатом и плебеями. Воспользовался он при этом другим политическим маневром. Он передал суды, потерявшие свой престиж из-за допускавшегося в них взяточничества, от сенаторов всадникам. Говорят, пишет Аппиан, что Гай немедленно после того, как закон был принят, выразился так: «Я одним ударом уничтожил сенат». Эти слова Гракха оправдались еще ярче позднее, когда реформа, проведенная им, стала осуществляться на практике. Ибо предоставление всадникам судейских полномочий над римлянами, всеми италийцами и самими сенаторами, полномочие карать их любыми мерами воздействия, денежными штрафами, лишением гражданских прав, изгнанием – все это вознесло всадников, как магистратов над сенатом, а членов последнего сравняло со всадниками или даже поставило их в подчиненное положение.

Одной из важнейших реформ, которую собирался провести Гракх, был закон о наделении латинов правами полных римских граждан. Взбешенный этим, сенат заставил консулов обнародовать закон, что при предстоящем голосовании законопроекта Гая никто из не имеющих права голоса не может проживать в городе и приближаться к нему ближе сорока стадий. Другого трибуна, Ливия Друза, сенат убедил препятствовать проведению законопроектов Гракха, не объясняя народу причин, по которым он делает это. Такое право не объяснять причин дано было трибуну, выступавшему противником своего товарища по должности. Сенат дал полномочия Друзу, с целью задобрить народ, вывести двенадцать колоний. Это очень обрадовало народ, и он отнесся пренебрежительно к законопроекту Гракха.

Поражение подорвало популярность Гракха. В 121 г. до Р.Х. он даже не был переизбран на должность народного трибуна. Не добившись расположения к себе народа, Гракх отправился в Африку вместе с Фульвием Флакком, который после окончания своего консульства был избран для отправления туда. Послать же колонию в Африку было постановлено ввиду плодородия ее почвы. Основателями колонии были избраны Гай и Флакк с той целью, чтобы во время их отсутствия сенат хотя бы на короткое время мог заглушить нерасположение, питаемое к сенату народом. Гай и Флакк выбрали то место для основания колонии, где некогда стоял Карфаген, нисколько не считаясь с тем, что Сципион, когда разрушал его, произнес заклятие, по которому карфагенская территория должна была на веки вечные представлять собою пастбище для скота. Гай и Флакк записали в число колонистов 6 тысяч человек, хотя в законе говорилось о меньшей цифре. Все это тоже делалось с целью расположить к себе народ. По возвращении в Рим они стали созывать со всей Италии 6 тысяч человек. В то время, когда Гай и Флакк проектировали основание города в Африке, пришло известие, что волки вытащили и разбросали пограничные столбы, поставленные Гракхом и Фульвием, и что авгуры истолковали это как дурное предзнаменование для будущей колонии. Сенат созвал народное собрание, в котором закон о ней должен был быть аннулирован.

Все обостряющиеся противоречия дошли до открытого военного столкновения. Гракх и Фульвий стали утверждать, что сенат введен в обман рассказом о волках. Самые смелые из плебеев встали на их сторону и с кинжалами явились на Капитолий, где должно было заседать народное собрание по вопросу о колонии. Тут Гракха увидел некий Антилл, плебей, совершавший жертвоприношение в портике, схватил его за руки и стал просить его пощадить родину; слышал ли о чем-либо Антилл, или подозревал что-нибудь, или что другое побудило его обратиться к Гракху, пишет Аппиан, неизвестно. Гракх пришел в смущение, как если бы он уличен был в чем-нибудь. Кто-то из присутствовавших при этом, хотя и не было дано никакого ни сигнала, ни приказания, решив угодить чем-нибудь Гракху, извлек кинжал и поразил им Антилла. Поднялся крик. Все бросились из храма в страхе перед такою бедою. Гракх, отправившись на форум, хотел там объяснить все случившееся. Но никто даже не остановился перед ним; все отступились от него как от человека, оскверненного убийством. Гракх и Флакк не знали, что делать. Они упустили удобный случай приступить к тому, о чем они решили говорить в собрании, и побежали к себе домой. Их сторонники собрались у них, а остальная толпа уже среди ночи, как если бы угрожала какая-нибудь беда, захватила Форум.

Сенат пригласил Гракха и Флакка покинуть их дома и явиться в сенат для оправдания. Но они, вооруженные, бежали на Авентинский холм, в надежде, что, если они его займут, сенат скорее вступит с ними в переговоры. Во время бегства они сзывали рабов, обещая им свободу, но никто их не слушал. Гракх и Флакк со своими приверженцами заняли храм Дианы и укрепились в нем. Консул Луций Опимий отправил против них вооруженный отряд. Тогда Гракх бежал по свайному мосту на другую сторону Тибра, в рощу, в сопровождении одного только раба. Он подставил рабу свое горло, когда он ожидал, что будет схвачен. Флакк бежал в мастерскую одного своего знакомого: преследовавшие, не зная дома, где Флакк скрылся, грозили сжечь дома по всей улице. Знакомый Флакка, принявший его к себе, не хотел донести на него, так как Флакк искал у него защиты, и приказал сделать это другому лицу. Флакк был тогда схвачен и убит. Головы Гракха и Флакка были принесены Опимию, и последний дал принесшим столько золота, сколько весили головы.

Так кончились смуты, связанные с выступлением второго Гракха. Его закон немного спустя был утвержден; владельцам спорных участков разрешено было продавать их, что со времени первого Гракха было запрещено. И немедленно богатые стали скупать участки у бедных, а иной раз под этим предлогом и насильно отнимали их. Положение бедных еще более ухудшилось, до тех пор пока плебейский