Фантастика 2025-47 - Дмитрий Ясный

— Предатели есть везде, Мак-Бри, — сказал ему генерал Уэлсли, шагавший рядом со следующей шеренгой солдат и отлично слышавший наш разговор.

Он хотел сказать ещё что-то, но тут снова посыпались бомбы. Мы перестали слышать друг друга. Бомбы падали рядом с нами, от взрывов закладывало уши. Одна упала особенно близко. Взрывом раскидало моих гренадер и шотландцев. Меня отшвырнуло на несколько шагов, спиной пробил витрину какого-то дома, осколки его изорвали мундир в клочья, а после сверху рухнули какие-то балки, придавив меня к деревянному полу магазина. Я слышал, как по магазину ходят солдаты, выкрикивая моё имя по-русски и по-французски, но отозваться не мог. Из-за боли в сломанных рёбрах, каждый вдох становился подлинным мучением, казалось, в грудь вливается не воздух, а раскалённое пламя. Солдаты походили какое-то время, и ушли, не найдя меня под развалинами или сочтя мёртвым. И я остался лежать и ждать медленной и мучительной смерти.

Не знаю, сколько я пролежал под развалинами магазина. Ей-богу, смог бы дотянуться до пистолетов, покоящихся в поясной кобуре, пустил бы себе пулю в лоб. Однако сделать это не было никакой возможности, и я лежал, страдая от боли в руке и рёбрах.

Наверное, я потерял сознание и умер бы в этом спасительном забытьи, если бы меня не привела в себя новая вспышка боли. Я захрипел и дёрнулся. Шевелиться стало легче. Верней, я в принципе смог шевелиться. Кто-то старательно разбирал завал надо мной. Я уж было обрадовался, и улыбнулся, не смотря на боль во всём теле. Не бросили меня гренадеры, вернулись за командиром! Каково же было моё разочарование, когда вместо зелёных мундиров и гренадерских шапок, увидел серые мундиры странного покроя и стальные каски. Из-под завала меня освобождали немцы. И руководил ими знакомый мне гигант в плаще и кепи. Гауптман Вольф.

Я взвыл от боли и разочарования. Тело дёрнулось в конвульсии, и я сильно ударился затылком об пол магазина. И снова потерял сознание.

— Приведите его в себя, — это было первое, что я услышал, когда мрак в голове немного рассеялся. — Скорее. Я хочу поговорить с ним.

Голос был смутно знаком мне и говорил некто по-немецки. Я почувствовал острую боль в правом предплечье, и спустя несколько минут в голове прояснилось окончательно. Я открыл глаза. Первым, кого я увидел, был знакомый мне гауптман Вольф, рядом с ним стоял человек белым халатом и окулярами напоминающий давешнего знакомого Arzt'а Тотемагиера. Однако это явно был не он, что меня несколько порадовало. По гроб жизни не забыть мне подвальной лаборатории, как он называл это место, доктора Тотемагиера.

— Инъекции сделали своё дело, — произнёс врач, обращаясь куда-то за спину. — Поставили его на ноги, на какое-то время.

— Этого вполне достаточно, — ответил ему первый голос невидимого мне человека. — Отойдите, дайте мне на него посмотреть.

Доктор и гауптман Вольф отошли в стороны, и я увидел майора Крига. Он был одет в белый сюртук и плащ-пальто с рукавами и восседал в небольшом кресле с высокой спинкой, изрядно напоминавшем некий трон. И, конечно же, рядом с ним стоял отлично сервированный столик. Он что же, без еды обходиться не может? Не знает насыщения, как паук.

— Вот мы и встретились снова, герр Суворов, — улыбнулся майор своей акульей улыбкой. — Не ожидал встретить вас в Лондоне. Хотя, знаете ли, смутно опасался, что окажетесь тут.

— И были правы, — усмехнулся я, поднимаясь с палубы, на которую меня швырнули серые солдаты.

Судя по обзорному окну, размером с католический витраж в большом соборе, мы находились на мостике одного из дирижаблей, атаковавших Лондон. Немного в стороне от нас стояли офицеры из команды дирижабля в серо-синих мундирах того же непривычного покроя, что и остальные солдаты, и фуражных шапках. Они были заняты управлением дирижаблем, но то и дело один-другой офицер или унтер бросали взгляды на нас.

— Вы, Суворов, — продолжал майор Криг, — моя постоянная головная боль. На протяжении почти двух лет, вы портите мне кровь. Я лишь недавно узнал, кто стоит за гибелью гауптштурмфюрера Рабе в Испании. — Я обратил внимание на странный эпитет, которым наградил своего человека Криг. Перевести это длинное немецкое слово я не смог, какая-то ерунда складывалась, однако, скорее всего, это было воинское звание серых. — А после угробили гауптштурмфюрера Адлера в Париже. При помощи этого китайского ублюдка, графа Ди.

— Адлер получил то, что хотел, — ответил ему я. — Он свёл близкое знакомство с аквиллой.

— Очень смешно, — покачал головой Криг. — Я уже начинаю жалеть о том, что приказал привести вас в себя. Ваш длинный язык начал утомлять меня.

— Я не вижу здесь фон Ляйхе и доктор другой, не Тотемагиер, — сказал я, проигнорировав реплику майора. — Значит, налёт бомбического дирижабля «Святитель Николай» был удачен.

— Весьма, — раздражённо ответил Криг. — А ведь эксперименты доктора Тотемагиера могли бы дать мне тысячи и тысячи идеальных солдат. Не нуждающихся в отдыхе, живущих одной войной. А знаете вы, Суворов, скольких усилий стоило нам создание фон Ляйхе?

— А подох он, наверное, в считанные секунды, — сказал я. — От наших бомб.

— Гауптштурмфюрер Вольф, — обратился Криг к своему последнему соратнику, — если Суворов позволит себе ещё одну реплику в подобном оскорбительном тоне, убейте его.

Тот ничего не ответил, однако я понял, что приказ он выполнит и выполнение, скорее всего, доставит ему изрядное удовольствие. Как ни странно, оружие у меня отняли. Шотландский палаш серые покрутили в руках и просто бросили на палубу, не так и далеко от меня. А драгунские пистолеты, так и остались лежать в закрытой двойной кобуре на поясе. Ну что за безалаберность! Или посчитали, что я уже совершенно беспомощен. Значит, плохо знают русских офицеров.

— Ну, пока вы меня не прикончили, — сказал я. — Всё же, хотелось бы узнать, кто вы такие? Граф Ди рассказывал, что вы пришли из Тибета, а тигр по имени Рао сказал, что вас быть не должно.

— Вы с тиграми беседуете, Суворов? — удивился Криг. — У графа Ди, что ли? Вы там с ним опиумом не баловались? Хотя не важно, это ваше с ним дело. А что касается нас, то это долгая история. — Он откинулся на спинку своего кресла, сделал несколько глотков вина из бокала. Я терпеливо ждал, зная, что таким образом он придаёт большее значение своим словам. — В далёком будущем идёт война. Между нашей и вашей странами.