Фантастика 2025-47 - Дмитрий Ясный

— Слушаюсь, вашбродь, — ответил гренадер.

— Солдаты! — скомандовал Фрезэр. — Прикрыть капитана и Лялина! Чтоб ни ода сволочь к ним не подобралась!

Между нами выстроилась живая, ощетинившаяся штыками стена солдат. Унтер Лялин быстро и сноровисто отомкнул штык, мне даже особенно больно не было, а после взялся за кольцо.

— Вот теперь терпите, вашбродь, — сказал он мне, и сильно дёрнул штык за кольцо.

Даже когда чёртов немец всадил мне пять аршин стали в руку, было не так адски больно. Я даже не закричал, а взвыл. Унтер тут же принялся сноровисто бинтовать мне руку. Закончив перевязку, Лялин протянул мне фляжку. Я сделал пару глотков — крепчайший самогон ожёг горло. Тяжело дыша, я кивком поблагодарил унтера и, опираясь на клинок палаша, поднялся на ноги.

— Вам бы в посольство вернуться, вашбродь, — посоветовал унтер. — Рана больно скверная.

— Воевать и так некому, — отмахнулся я, поморщившись от боли в левой руке.

Шеренга прикрывавших нас гренадер стремительно таяла. Немцы наседали на нас и британцев, мстя за первые минуты страха. И я понял, что загубил солдат. Мой маневр оказался ошибкой. Нельзя было выводить гренадер из посольства, а уж кидаться с взводом на полк серых, и вовсе верх глупости. Подвела меня удача, о которой столько толковал Ахромеев.

Я встал на своё место в шеренге и вновь вступил в бой. Поначалу морщась от боли в руке и рёбрах, но с каждой секундой всё больше втягиваясь в сражение и забывая обо всём, кроме врага. А врагов надо убивать.

Когда на крышах и в окнах домов, окружавших нас, появились мушкетные стволы, не знаю. Не знаю я, и сколько их было, но точно немало. Они дали залп по немцам. Один, другой, третий. Серые падали, сражённые градом пуль. Свинец косил их, буквально, в паре шагов от нас. Вот тут немцы не выдержали, и отступили. Остатки полка разбились на отдельные роты, и отошли в переулке. В полном, надо сказать, порядке отошли, но там их встретили ураганным огнём из окон и с крыш. В узком пространстве они оказались смертельно уязвимы. Никто из серых не ушёл.

— Who give orders where? — раздался знакомый голос. — Captain Suvorov?

— C'est Гa! — ответил я. — Капитан Суворов, сэр Артур.

Ко мне, переступая через трупы своих и чужих солдат, подошёл сэр Артур Уэлсли с окровавленной саблей в руке.

— Давно я не дрался сам, — мрачно сказал он. — С самой Индии. И скажу вам, капитан, не испытываю от этого ни малейшего удовольствия, не в пример многим молодым офицерам. Какими судьбами вы здесь?

— Не умею сидеть за стенами, когда людей режут, как скот, — ответил я.

— Goddammit! — усмехнулся сэр Артур. — Сказал бы кто, что я обрадуюсь русским солдатам в Лондоне, велел бы выпороть наглеца. Кем бы он ни был! Вы спасли нас.

— Нас, скорее, спасли ваши «чарли», — покачал головой я. Говорить становилось всё больней, видимо, рёбра мне прикладом повредили изрядно, несколько сломано, точно.

— От них иногда бывает толк, — кивнул сэр Артур, — но только при таком численном преимуществе и партизанской тактике. Надо прорываться в Гринвич. Там расположен Лондонский экипаж и казармы морской пехоты. Они, конечно, ещё большие мерзавцы, чем простые красномундирники, но вояки отменные. На них сейчас вся надежда.

— Отчего же? — удивился я. — А прочие полки гарнизона?

— Это, — сэр Артур махнул рукой за спину, где стоял батальон, которым он командовал, — быть может, всё, что от него осталось. Нас предали, капитан. Змея предательства засела в самом сердце Британии. Вы видели, как они шли над городом, как по родному небу. И ни одна зенитная пушка, goddammit, не выстрелила. Я был там со своими людьми, артиллеристы мертвы, а пушки испорчены. Безнадёжно! Дирижабли прошлись над казармами гарнизона и разбомбили их к чёртовой матери. Тысячи солдат даже проснуться не успели! Только Гринвич обошли. Опасаются наших дредноутов. Их паровые пушки могли изрядно повредить этим чёртовым дирижаблям. Поэтому и Экипаж цел остался. Гринвич, Суворов, Гринвич, наша последняя надежда!

— Значит, в Гринвич, сэр Артур, — кивнул я. — Командуйте, я и мой взвод в вашем распоряжении.

— Станете, как и положено гренадерам, на правом фланге, — приказал он. — Вместе с солдатами капитана Мак-Бри. У меня за гренадер шотландцы.

— Мак-Бри? — удивился я. — Вот так удача! Он едва не прикончил меня под Бургосом.

— Тогда вы быстро найдёте общий язык, — усмехнулся Уэлсли.

Мы выстроили солдат в колонну, и повели по улицам к портовому Гринвичу. Подойдя к шотландцам Мак-Бри, я сердечно приветствовал их командира. Коренастый офицер горец крепко пожал мне руку, снова покосился на палаш, однако заговаривать о нём не стал.

— Останемся живы, Мак-Бри, — сказал ему я, — и я отправлюсь вместе с вами в Гленмор, или как его там, и отдам его вашим родственникам.

— Ну, тогда, — усмехнулся капитан, — я стану беречь тебя, как зеницу ока. Шотландский баскетсворд не должен достаться этим, — он произнёс несколько фраз по-гэльски, — немцам.

— Вот и договорились, — кивнул я, несколько повеселев, что, в общем-то, не соответствовало обстановке разверзшегося ада вокруг нас.

Мы уходили от района боевых действий, оставляя Лондон на растерзание озверевшим немцам. Но сейчас иначе было нельзя. Объединившись с матросами Экипажа и морской пехотой, мы станем представлять реальную силу, которая есть что противопоставить серым солдатам. «Чарли», больше не казавшиеся мне такими уж смешными, и простые лондонцы, расстрелявшие немецкий полк снова рассеялись по улицам, чтобы атаковать врага там, где он не ждал нападения.

Мы шагали через ад горящего Лондона. Во тьме, накрывшей город, никто и не заметил, как над нашими головами возникли дирижабли. Выдал их всё то же гудение, от которого уже зубы болели. К нему настолько привыкли, что и внимания обращать перестали. Не заметили мы и усиления этого шума. Смотрели все по сторонам, выискивая противника на земле, а не в небе. И лишь когда нам, буквально, на головы посыпались бомбы, все разом задрали головы.

— На Гринвич идут! — крикнул мне Мак-Бри. — Только поздно! Тут они ошиблись! — Он явно повеселел.

— Почему?! — перекрикивая гул дирижаблей и близкие взрывы бомб, спросил я у него.

— Команды кораблей нашего рейда, — ответил Мак-Бри, — успели подготовить их к бою! Их паровые пушки дадут сегодня жару!

— А вы не забыли о судьбе ваших зенитных пушек?! — поинтересовался я. — Предатели могли проникнуть и на корабли.

— Исключено! — покачал головой Мак-Бри. — Там матросы гвардейского экипажа.