Обнаженное солнце (сборник) - Амброз Бирс

— О господи! — прошептал полицейский агент Колетти и рухнул на пол, едва не придавив принца Рама. Принц Рам от гнева стал фиолетовым и обдал беднягу Колетти струей красноватой жидкости, чего, впрочем, пребывавший в обмороке полицейский агент уже не ощутил.

— Еще одно неслыханное оскорбление! — завопил принц Рам. — Нет, я сейчас же уничтожу эту гнусную планету с ее грубыми, вульгарными людишками!

Беллу понадобилось все его красноречие, чтобы успокоить разбушевавшегося принца. И они снова запрыгали по безмолвным ночным улицам.

Сплик!

Сплак!

Сплик!

Сплак!

Ик!

Из дверей первого этажа одного из домишек высунулась взлохмаченная голова. — Давно вас жду! — пробормотал незнакомец. И голова его с глухим стуком ударилась об асфальт.

— Подданный планеты Земля! — сказал Белл. — Его величество…

— Проклятые ублюдки! — завопила голова, успевшая вскочить с асфальта. — Ик! — На голову его превосходительства Белла обрушился поток слюны и салата.

— Пардон! — пробормотала взлохмаченная голова, казалось, плававшая в пустоте. Внезапно из этой пустоты вынырнула рука и схватила его величество принца Рама, который отчаянно завизжал. Теперь из дверей вместе с головой вывалилось и тело незнакомца. — Я поймал тебя, дьявольское отродье! Врешь, тебе от меня не уйти.

Вдруг он побежал по улице, выписывая ногами замысловатые вензеля.

— Разбой, гнусное покушение! — вопил его превосходительство Белл, прыгая вслед за гомо сапиенс. А тот внезапно остановился и горько зарыдал.

— Прости меня, друг! — прохрипел он и поставил принца Рама на землю. При этом он потерял равновесие и растянулся посреди улицы.

— Это уже слишком! — порозовев от гнева и ужаса, вскричал принц Рам.

— Принц, мой обожаемый принц! Что этот негодяй сделал с вами! — со слезами на глазах воскликнул его превосходительство Белл, подскочив к своему повелителю. Он обдал О’Донована струей красной жидкости, взвалил на себя беднягу принца и помчался прочь. В тот самый миг, когда он завернул за угол, к месту происшествия подошел Колетти. У него адски болела голова, да к тому же он был зол на весь мир и главное полицейское управление — начальство обвинило его в злоупотреблении спиртными напитками и пригрозило уволить со службы.

— О’Донован! — прорычал Колетти, тряся стоявшего на корточках пьяного лавочника, — опять надрался?

— Сержант! — прохрипел О’Донован, схватив полицейского агента Колетти за руку. — Сержант! Все меня бросили. Даже мои любимые красные сердечки.

— Какие еще сердечки! — рявкнул Колетти.

— Маленькие, красненькие!

Тут О’Донован икнул и отрыгнул на мундир полицейского агента Колетти остатки мясного салата.

— Это уже слишком! — вслед за принцем Рамом воскликнул сержант Колетти и с силой обрушил свою дубинку на голову О’Доноваиа, чьи вопли разбудили жителей соседних домов.

Сплик!

Сплак!

Принц Рам еле дышал, а его превосходительство Белла била дрожь.

— Мерзкий плонк! — прохрипел принц Рам.

— Да, самый настоящий плонк! — отозвался его превосходительство Белл.

(На планете Конк не было более сильного ругательства, чем “плонк”.)

Сплик!

Сплак!

Принц Рам и его адъютант подошли к двухэтажному дому, стены которого поросли плющом.

Из раскрытого окна доносились нежные звуки музыки.

Принц Рам и его превосходительство Белл остановились и стали наблюдать. За зеленым столом Джон Хомбургер и Филипп Гаррис играли в бридж со своими супругами.

— Похоже, эти гомо сапиенс настроены миролюбиво, — сказал наконец принц Рам.

— Вполне миролюбиво, — согласился Белл.

— Уже поздно, — грациозно зевнув, молвила госпожа Гаррис.

— Еще одна партия, моя дорогая, и поедем домой, — сказал ее супруг.

Окно выходило в сад. Ночь была теплой, из сада доносилось благоухание пластиковых роз и георгинов.

— Червовые валеты. Два, — объявил Джон Хомбургер.

Сплик!

Сплак!

— Два! — в ужасе закричала госпожа Хомбургер, опрокинув стул.

— Подданные планеты Земля, — громовым голосом произнес его превосходительство Белл, обдав красной струей стены комнаты. — Его величество принц Рам…

Бум! Удар орнаментальной кочергой расколол надвое зеленый карточный столик. Джон Хомбургер снова занес кочергу; принц Рам и его адъютант с визгом взлетели к самому потолку, а госпожа Хомбургер без чувств рухнула на пол. Джон Хомбургер и Филипп Гаррис, один с кочергой, другой с ножкой от кресла, устроили настоящую охоту на двух ошалевших от страха инопланетян. В воздух летели фарфоровые индийские слоны и вазы, осколки стекла и винные бутылки. Наконец, его величество принц Рам ринулся к открытому окну, но промахнулся и угодил в корсаж госпожи Гаррис, а та на миг остолбенела от ужаса, затем истерически вскрикнула и упала на диван.

— Корделия, мужайся! — плачущим голосом простонал Гаррис.

Грудь и новое вечернее платье его дражайшей супруги окрасились чем-то красным, а элегантное вечернее платье, казалось, вот-вот лопнет. Это принц Рам отчаянно рвался из плена. Наконец платье разорвалось, и принц Рам, посиневший от натуги, выскочил и с ужасным свистом врезался в потолок. Филипп Гаррис бросился на помощь к жене, а Джон Хомбургер, размахивая кочергой, с яростным ревом погнался за обезумевшими от страха Рамом и Беллом. Он попытался на лету огреть их кочергой, но промахнулся. Сильнейший удар пришелся в аквариум, на пол хлынула вода и посыпались рыбы.

Наконец Рам и Белл сумели улизнуть через раскрытое окно, а Хомбургер, в пылу погони наступив на одну из рыб, с грохотом свалился на паркет. Рев и стоны в квартире Хомбургеров переполошили всех соседей. В стоявших рядом коттеджах зажглись окна — соседи ринулись оказать поддержку семейству Хомбургер. Его величество принц Рам и высокочтимый господин Белл прятались за густой изгородью. Оба дрожали мелкой дрожью. Принц Рам уже не в силах был больше гневаться. Вдруг он прошептал:

— Белл.

— Да, ваше величество?

— Какое ужасное происшествие, Белл… Да еще эта странная… дикая вещь… Поверишь ли, когда я очутился в плену у этой злобной гигантши, чей-то голос, только ты не смейся, несколько раз повторил: “плонк, плонк, плонк!” Назвать меня “плонком”! Нет, я им отомщу, жестоко отомщу! — вскипел его величество Рам.

Он хотел выскочить из кустов, но Белл успел схватить его за левое щупальце.

— Ваше величество, это было бы безумием. Посмотрите, сколько сбежалось людей.

— Неужели на всей этой планете нет ни одного цивилизованного “гомо”! — простонал принц Рам.