Изнанка Истины (СИ) - Алёхина Евгения

Ночь Всеблагая!…  Даже не представляю, как удержаться на таком верхом…

— Да проще простого!

Торгрин, с ходу уловивший мои сомнения, самолично закреплял на своём скагарре самую большую нашу ценность — полученный от Ранамона тяжёлый свёрток с агмарилловыми слитками. Справившись, он продемонстрировал мне специальные выемки в кованой «сбруе» существа.

— Гляди! Сюда вот ставишь ноги…  Здесь упираешься коленями…  А вот за эту скобу перед собой держишься руками. Вот так!…

Он ловко запрыгнул на скагарра и объехал вокруг меня неширокий круг, попутно поясняя, как велеть зверю поворачивать, ускорить либо замедлить шаг. Мохнатый «жук» подчинялся всаднику беспрекословно. Но Торгрин всё-таки был гномом, а мы — нет.

— Да какая разница! — сморщив нос, беспечно отмахнулся тот. — Они повезут тех, кого велели погонщики — и точка! Наше дело — следить за дорогой. Но ежели стрелки на Глубинке переведены верно, то можешь даже и заснуть в седле — главное, не свались…

— Рин…  — Васта остро взглянула в лицо внуку. — Не стоит относиться к Путям так легкомысленно. Они сейчас далеко не столь безопасны, какими ты их запомнил семь зим тому назад…

— Матушка, — укоризненно заметил Ламар. — Ну что ты, в самом-то деле…  Ты же сама вместе с нами полночи разбирала дорогу. Выверяла каждый отрезок, каждую стрелку до самой последней…  Они пересекут гряду напрямик, не приближаясь ни к завалам, ни к диким участкам. И ужинать будут уже на поверхности, в компании стражей Крылатой горы, которые с утра пропустят их на Равнины…

— Пусть так, — вынуждена была признать Повелительница Пружин. — Но спать в седле всё равно не стоит.

Ламар покачал головой и, улучив момент, шепнул так, чтобы Васта не слышала:

— Самая большая опасность — это эль, который варят Крылатые. Крепкий, зараза!…  Не дай вам Кузнец хоть малость перебрать…  Забудете о дороге дня на три, это уж точно!…

Альтар понимающе хмыкнул. A'Kariaell тут же презрительно скривил губы.

— Не волнуйся, Ламар, — усмехнувшись, вполголоса произнес Торгрин. — Сам знаешь: пугать элем Сына Гор — последнее дело…

Огромная клеть, плавно подрагивая, опускалась вниз. Мерно проворачивались валики и шестерёнки, хорошо заметные сквозь отверстия в крыше; их полированные плоскости отражали мягкий свет встроенных в стены магических фонарей.

С Гридом и Азалией мы простились раньше, ещё в резиденции Аметистовых. Но вот бабушка и младший из дядьёв Торгрина пожелали лично проводить нас до самого выхода на Глубинный Путь.

Васта не сводила глаз с лица внука, как-то в один миг подобравшегося и утратившего показную бесшабашность. Тира, прижавшись к боку Альтара, с любопытством разглядывала невозмутимых скагарров, под присмотром двоих погонщиков выстроившихся у противоположной стены. А вот Тонио не отводил завороженного взгляда от просветов в густом частоколе дверной решётки…

Я тоже попыталась было развлечь себя наблюдением за нашим спуском, но долго выдержать не смогла. Стены каменного колодца, прорубленного в толще горы, то смыкали вокруг клети плотные кольца «объятий», то внезапно разбегались в стороны, оставляя её «парить» на невидимых нам цепях посреди пугающей пустоты…  Какое-то время лишь едва слышимый скрип хорошо отлаженного механизма не давал забыть о том, что мы продолжаем движение — до тех пор, пока клеть не погружалась в недра очередного коридора, начинающего следующий по счёту ярус.

Позади оставался один подземный уровень за другим.

A'Kariaell, стоящий рядом со мной, вздрогнул и ещё ниже опустил голову. Гора давила на него чем дальше, тем сильнее, словно наяву заставляя ощущать всю тяжесть громоздящегося над головой камня на своих плечах…

Я нащупала кисть руки Стража, крепко сжала, буквально силой добиваясь от него такого же пожатия в ответ. И до самого окончания спуска уже не выпустила его ладонь из своей.

Время в этом узком кусочке пространства, огороженном четырьмя стенами, совершенно не чувствовалось. Когда шестерни, глухо скрипнув в очередной раз, внезапно застыли без движения, я, вторя им, не сдержала облегчённого вздоха. Неужели, наконец, добрались?

Подтверждая мои мысли, Ламар сделал шаг к дверям, скинул железную скобу, блокирующую запирающий механизм. Решётчатые створки, задрожав, поползли в разные стороны, освобождая нам дорогу. Нет, не сами собой, как мне поначалу показалось — просто внизу уже были готовы к нашему прибытию.

Двое стражников-гномов в украшенных символами Дома фиолетовых плащах почтительно застыли у дверей опустившейся клети, держа в руках магические бездымные факелы. Пока все выбирались наружу, выводили скагарров, я огляделась вокруг с немалым интересом и любопытством: как-никак, мы находились на самой границе обжитого гномами пространства.

Клеть доставила нас прямиком во внутреннюю башню форта — маленького, но оборудованного со всем возможным тщанием. Во дворе, на массивных стенах и укреплённых бойницах несло караул не менее десятка воинов, вооружённых до зубов. Стражи крепости зорко оберегали подъёмник в обитаемый мир от всех возможных опасностей, что способно было затаить раскинувшееся вокруг первозданное царство камня, эха и сумеречной мглы…

Единственным рукотворным чудом за пределами форта были двустворчатые ворота в три человеческих роста, как будто бы вдавленные в монолитную каменную твердь. Чтобы добраться до них, следовало покинуть крепость через главный вход и двинуться напрямик по широкой дороге, превосходно просматривающейся и простреливающейся со стен.

Очевидно, следуя установленному порядку, половина солдат гарнизона отправилась к воротам вместе с нами. Действуя слаженно и быстро, они привели в движение хитроумную конструкцию, «втянувшую» стальные пластины внутрь глубоких прорезей в камне, и подсветили нам путь внутрь. За воротами оказался широкий коридор с гладкими стенами, в дальнем конце которого хищно сверкали стальные зубья решётки.

— И всё же, — переступая невысокий порог, Васта окинула взглядом одну из стен у самого входа, — ты зря отказываешься от сопровождения, Ринни…  Ещё несколько вооружённых воинов вашему отряду не помешали бы.

— Они нам просто ни к чему, бабушка. Хороших мечей у нас и так хватает…  — Торгрин шагнул в коридор следом за ней, в точности повторяя её движения. — Сама же знаешь эту паршивую особенность Глубинки: чем больше народа движется по Пути, тем длиннее в результате выходит дорога…

— Правда? — заинтересовалась я. — А почему это так?

— Скорее всего, какой-то сбой в расчётах магов, прокладывавших Пути, — пояснила Васта, проводя ладонью по стене. — А может быть, и не сбой, а просто действие какого-то хитроумного закона…  Кто ж их знает?

— Да маги и знают, — подхватил Ламар. — Те из них, кто пережил войну. Только теперь их осталось до ничтожного мало…  Вряд ли им действительно до того, чтобы заниматься каким-то мелким побочником, в целом никак не влияющим на исправную работу Глубинных Путей…

Логично, не могла не признать я. То, что Рубия растеряла в ходе Войны Огня и Крови почти всех своих чародеев, отчаянно прикрывавших передовые гномьи, а заодно и орочьи отряды, ни для кого не являлось тайной. И всё же что-то в выкладке дядюшки Торгрина резануло мне слух и снова заставило насторожиться…  Но в этот момент темноту вокруг нас вдруг разогнало мягкое серебристое сияние — словно где-то под невидимыми сводами пещеры внезапно взошла ясная луна.

Прямо на наших глазах на шероховатой поверхности камня начало проступать, с каждым мгновением обретая чёткость, изображение огромной карты пещерных коридоров и ходов, занимавшее почти всю ближайшую к нам стену. Прорисованная подробно, со множеством деталей, карта, казалось, жила своей собственной жизнью: с отвесных скал и утёсов то и дело осыпались камни, в глубоких расселинах текли стремительные подземные реки и неспешные лавовые озёра; местами земля подрагивала, ощущая подземные толчки…

Зрелище было удивительным и завораживающим…  И только гномы остались к нему равнодушными — рассредоточились вдоль чудесной панорамы и обстоятельно принялись за дело.