Жена Дроу - Ирина Баздырева

Дорган, Ивэ и Ника развели свой костер, устало и нехотя перебрасываясь ничего не значащими словами. Харальд и Борг куда то пропали, и Ника, одно время видела Харальда, направляющегося к лесу с воинами де Аллоне, выслеживающих, притаившихся там йотоли.

Со стороны шатра де Аллоне раздались крики и лагерь шедцев пришел в движение. От многочисленных костров к нему спешили люди, чтобы выяснить причину поднявшегося шума. Естественно, что Ивэ и Ника появились там, одними из первых. Еще подходя к шатру, они услышали пронзительный голос дамы Эстетс.

— Дама изволит гневаться, — скривилась Ивэ.

— Кто-то не вовремя ей поклонился, — хмыкнула Ника. — Очередной каприз.

Но все оказалось намного серьезнее. Выйдя к, полыхающему перед входом палатки, костру, они увидели сидящего на камне Рево де Аллоне. Сложив руки на рукояти меча, воткнутого в землю и упершись в них подбородком, он мрачно смотрел на стоящего перед ним солдата. Находившаяся рядом с ним, дама Эстес показывая пальцем на солдата, пронзительным голосом, гневно вещала:

— Он посмел дотронуться до меня, своей госпожи! Казни его! Никто не смеет грубо хватать высокородную даму!

— Он, домогался вас, госпожа, что вы требуете для бедняги столь сурового наказания? - с сомнением спросил Хеннелоре, стоящий по другую сторону от рыцаря.

— Что?! - взвизгнула дама Эстес.

Наверно не у одного Хеннелоре возникло сомнение в подобном предположении. Кто бы позарился на эту плоскую женщину, неопределенного возраста, с вечно недовольной миной на маленьком личике и мышиного цвета жиденькими волосами, которые сейчас были распущены по плечам.

— Что?! - взвизгнула она — Да, как вы смеете… - она задохнулась от ярости — Он тут же был бы сварен в кипятке! Нет, он повинен в том, что схватил меня, как какую-нибудь простолюдинку, в охапку. А я, никого не просила о том, что бы выносить меня, из дома и спасать. Вы должны, сэр, казнить этого наглеца в назидание всем остальным.

— Вот дура! - не удержалась Ника. Как же у дамочки должны быть сплющены мозги, что она совершенно игнорирует то, что человек спасал ее рискуя собой. И хоть она возмутилась вполголоса, дама Эстес услышала ее. Маленькие глазки, остановились на ней, обдав презрением. Ника и не подумала прятаться и с вызовом смотрела на нее. “Мензоберранзан” - процедила она про себя, шагнув в круг света, отбрасываемым костром, встав рядом с обвиняемым.

— Сэр, этот человек спас вашу жену, — сказал она.

Рево де Аллоне посмотрел на нее потеплевшим взором.

— И вы, супруг мой, станете слушать, эту сомнительную особу! — взвизгнула дама Эстес и оглядев своих подданных, приказала: — Вышвырнете отсюда, эту эльфийскую распутницу!

Никто не поторопился исполнить ее приказания и даже не шелохнулся, кроме Ивэ, которая вышла вперед и подойдя к даме Эстес, влепила ей звонкую пощечину. Все вокруг замерло в глубокой тишине. Ника посмотрела на потрясенного обвиняемого. Герт! Так вот кого угораздило спасти даму Эстес!

— У вашей супруги истерика, сэр, - между тем спокойно заявила Ивэ, привставшему было Рево. — Очень помогает, когда под рукой нет нюхательных солей.

Ивэ вздернула подбородок, а дама Эстес действительно присмирела, растерянно оглядываясь и потирая ладонью щеку.

- Господин, как видите ни одно магическое средство не действует столь верно, как это, — зашептал на ухо Рево маг.

Но дама Эстес уже приходила в себя, сосредоточенно хмуря свои бесцветные бровки, но стоило ей открыть рот, как Рево де Аллоне приказал:

— Прошу вас удалится в шатер и ждать там моего решения.

Ей ничего не оставалось делать, как подчиниться. Тем скандал и окончился, но не события этого вечера. В круг костра ввалились воины де Аллоне с Харальдом во главе. С собой они вели уцелевшего от расправы, пленного йотоли в полном боевом обличье, со скрученными веревкой руками. Собравшиеся, вокруг костра затихли, враждебно разглядывая его. Окруженный врагами, йотоли стоял спокойно, сохраняя достоинство. На его черных доспехах играли дрожащие блики костра, темный шлем, с выдававшимся вперед забралом, закрывал голову. Ивэ и Герт непроизвольным движением положили ладонь на рукоять своих кинжалов. Рево де Аллоне величественно выпрямился.

— Зачем вы привели пленного? - спросил он своих людей.

— Он сам нас попросил об этом, — ответил за всех Харальд.

— Ты, что-то путаешь. Он не мог тебе этого сказать. Йотоли не умеют говорить…

— Точнее, мы не хотели говорить… с врагами, — пронеслись в мыслях у тех кто стоял у костра, но самого голоса, произнесшего их, никто не слышал.

— Что же теперь? Мы уже не враги? - отлично владея собой, не показывая ни смятения, ни удивления, нехотя спросил рыцарь.

— Нет, — пронесся в голове Ники ответ йотоли. — Нам больше не из-за чего воевать с вами. Дракон Шеда выбрал людей.

— Почему ты сдался?

— Я желаю погибнуть от меча настоящего воина, а не быть забитым толпой словно свинья.

— Что ж… - поднялся с камня де Аллоне. — Я к твоим услугам… - слегка поклонился, отдавая дань уважения отваге йотоли.

— Развяжите его, — приказал он своим солдатам.

Харальд одним махом рассек толстую перекрученную веревку на запястьях йотоли и когда тот скинул на землю перчатки и начал растирать запястье, то Ника приоткрыв рот, смотрела на его руки сплошь покрытые шерстью, с длинными загнутыми звериными ногтями, но тем не менее человеческие: с широкой ладонью и пятью пальцами. Но когда йотоли сняв свой шлем, бросил его под ноги, толпа, охнув, подалась назад. Йотоли не спеша и величественно огляделся и остановил взгляд волчьих глаз на Нике. Некоторое время они смотрели друг на друга. В мире Ники, таких мифических существ называли псиглавцами. Псиглавцы имели сильное человеческое тело, но голова у них была собачья. Здесь псиглавцев называли “йотоли” и его морда сильно напоминала волчью морду и единственное, что отличало его, кроме человеческого тела и гривы жестких волос, начинающейся меж ушей и спускающейся на спину, это взгляд разумного существа. Он, вдруг, решительно двинулся к Нике, но не дошел до нее каких-то трех шагов. Ему навстречу, заслоняя ее собой, шагнул Герт. Тогда йотоли опустился на колено, склонив голову.

— Я пришел в ваш стан, чтобы принять смерть от тебя, женщина-воин, — раздался его голос в голове Ники.

Герт посмотрел на нее и повинуясь ее кивку, отодвинулся.

— Снеси мне голову своим мечом, так же, как ты это сделала с Гахраком, которого убила в честном поединке, - попросил он.

Ника подумала:

— А мне обязательно тебя убивать?

Йотоли услышал ее мысли и поднял к ней голову.