Вся Агата Кристи в трех томах. Том 1. Весь Эркюль Пуаро - Агата Кристи

против него. Но он ответил: «Бросьте, приятель! Я игрок — и знаю, когда проиграл».

— «В делах людей прилив есть и отлив, — пробормотал Пуаро. — С приливом достигаем мы успеха…» Да, прилив несет нас к удаче, но отлив может унести в открытое море.

Глава 17

Было воскресное утро, когда Роули Клоуд, услышав стук в дверь и открыв ее, увидел стоящую на крыльце Линн.

Он шагнул назад.

— Линн!

— Могу я войти, Роули?

Он не знал, что ответить. Девушка прошла мимо него на кухню. Она пришла из церкви, и на ней была шляпа. Медленно, почти ритуальным жестом, Линн подняла руки, сняла шляпу и положила ее на подоконник.

— Я пришла домой, Роули.

— Что ты имеешь в виду?

— Только это. Я пришла домой. Мой дом здесь, с тобой. Я была глупой, не зная этого раньше — не зная, что путешествие подошло к концу.

— Ты сама не понимаешь, что говоришь, Линн. Я… я пытался убить тебя!

— Знаю. — Она поморщилась и провела пальцем по горлу. — Как раз в тот момент я и подумала, какой дурой была!

— Не понимаю, — заявил Роули.

— Не будь таким глупым. Я всегда хотела выйти за тебя замуж, верно? Но потом потеряла с тобой контакт — ты казался таким ручным и кротким, и я чувствовала, что жизнь с тобой будет безопасной… и скучной. Я влюбилась в Дэвида потому, что он казался опасным и привлекательным, и, честно говоря, потому, что он хорошо знал женщин. Но все это было ненастоящим. Когда ты схватил меня за горло и сказал, что если я не буду твоей, то не достанусь никому… ну, я поняла, что мне нужен ты! К сожалению, мне казалось, что я умираю и уже слишком поздно… Хорошо, что Эркюль Пуаро пришел и спас положение. Теперь я твоя, Роули!

Он покачал головой:

— Это невозможно, Линн. Я убил двух человек…

— Чепуха! — возразила Линн. — Не будь таким упрямым и мелодраматичным. Если ты поссорился со здоровым крепким мужчиной и ударил его, а он упал и разбил голову о каминную решетку, это не убийство — даже с юридической точки зрения.

— Это непреднамеренное убийство. За него сажают в тюрьму.

— Возможно. Если так, я буду стоять у дверей тюрьмы, когда тебя выпустят.

— А Портер? Я морально ответствен за его смерть.

— Вовсе нет. Он был взрослым человеком и мог отвергнуть твое предложение. Нельзя винить другого за то, что он совершает добровольно, находясь в здравом уме. Ты предложил ему бесчестный поступок, майор согласился, но потом раскаялся и прибегнул к самому быстрому выходу из положения. Портер был просто слабохарактерным.

Роули упрямо покачал головой:

— Это не пойдет, старушка. Ты не можешь выйти замуж за заключенного.

— Не думаю, что ты попадешь в тюрьму. Иначе тебя уже арестовали бы.

Он уставился на нее:

— Но, черт возьми, непредумышленное убийство, подкуп Портера…

— Почему ты думаешь, что полиция обо всем этом знает или когда-нибудь узнает?

— Знает этот парень — Пуаро.

— Он не полиция. Я скажу тебе, что думают в полиции. Они считают, что Дэвид Хантер убил не только Розалин, но и Ардена, зная, что он был в тот вечер в Уормсли-Вейл. Ему не предъявили обвинение в убийстве Ардена потому, что в этом нет необходимости, — а кроме того, по-моему, нельзя арестовать дважды по одному обвинению. Но пока они думают, что это сделал он, они не станут искать кого-то другого.

— Но этот Пуаро…

— Он говорил суперинтенденту, что это был несчастный случай, а суперинтендент только посмеялся над ним. Если хочешь знать мое мнение, то Пуаро никому ничего не расскажет. Он такой симпатичный…

— Нет, Линн, я не могу позволить тебе рисковать. Помимо всего прочего, я… ну, не могу быть уверенным в самом себе. Я имею в виду, что жизнь со мной будет небезопасной для тебя.

— Может быть. Но я люблю тебя, Роули. Ты пережил сущий ад, а я никогда особенно не стремилась к безопасности…

1948 г.

Перевод: В. Тирдатов

Миссис Макгинти с жизнью рассталась

Глава 1

Эркюль Пуаро вышел из ресторана «Старая бабушка» и оказался в Сохо. Он поднял воротник пальто скорее из благоразумия, чем по необходимости — вечер не был холодным. «Но в моем возрасте, — имел обыкновение говорить Пуаро, — лучше не рисковать».

Взор его был слегка затуманен от удовольствия. Улитки в «Старой бабушке» оказались настоящим объедением. Этот невзрачный на первый взгляд ресторанчик — просто находка! С видом задумчиво-блаженным, какой бывает у сытого пса, Пуаро высунул язык и облизнул губы. Вытащил из кармана платок и потыкал им в свои роскошные усы.

Что ж, пообедал он славно… Чем заняться теперь? Шофер проезжавшего мимо такси услужливо притормозил. Пуаро на миг заколебался, но никакого знака не подал. Зачем брать такси? Даже пешком он придет домой слишком рано — не ложиться же спать!

— Какая жалость, — пробурчал Пуаро себе в усы, — что человек ест только три раза в день…

Дело в том, что полдничать-чаевничать он так и не привык. Если садишься перекусить в пять часов, объяснял он, желудочный сок к обеду будет не тот, пропадет чувство предвкушения. А обед, смею вам напомнить, — важнейшее кулинарное событие дня!

Кофе где-то ближе к полудню — тоже не для него. Горячий шоколад и рогалики на завтрак, ленч по возможности в половине первого и никак не позже часа и, наконец, вожделенный обед — только так!

Именно в эти часы и минуты Эркюль Пуаро жил полнокровной жизнью. К своему желудку он всегда относился серьезно, а теперь в солидном возрасте самое время пожинать плоды праведных трудов. Еда стала для него не только физическим удовольствием, она давала работу и интеллекту. Ибо между приемами пищи он рыскал в поисках источников новых и вкусных яств. Поиски эти, в частности, и привели его в «Старую бабушку», и кулинарная деятельность ресторанчика только что была одобрена Эркюлем Пуаро, этим великим гурманом.

Но теперь, к сожалению, что-то предстояло делать с остатком вечера.

Эркюль Пуаро вздохнул: «Будь здесь сейчас дорогой Гастингс…»

Он с удовольствием предался воспоминаниям о старом друге.

«Да, друг, самый первый в этой стране — и самый дорогой! Правду сказать, он частенько доводил меня до белого каления. Что было, то было. Но разве теперь я вспоминаю это? Нет. Я вспоминаю лишь, как он с озадаченным восхищением следил за