"Фантастика 2023-176". Компиляция. Книги 1-20 (СИ) - Хорватова Елена Викторовна

Громыхнула вторая повозка. Пролетев по низкой дуге, снаряд врезался в мертвоживых, оставляя за собой широкую прореху, и разорвался серебристым диском.

— Вперед!!! — зычно выкрикнул Руан и побежал, высоко подняв меч.

Повозкам пора было возвращаться к руинам, но третья успела выстрелить в последний раз. Снаряд ударил точно в голову дракодонта и пробил ее. Исполин начал крениться, заваливаясь на толпящиеся вокруг фигуры. Теперь пустое пространство сокращалось куда быстрее: эльфы и гномы устремились навстречу врагам.

Что-то закружилось над входом в долину. С исступленным визгом низко над головами мракобестий понеслись крылатые силуэты. Дракодонт упал, войска сошлись, и тут же со стороны водопадов раздался рев Брана: стоявшие между потоками воды кентавры поскакали через мелкую реку, чтобы атаковать врагов с фланга.

Эльхант увидел белую крону, качающуюся низко над вражеским войском, выхватил кэлгор и полетел к ней, отведя в сторону руку с мечом, опускаясь, чтоб очутиться над Повелителем Праха. Мимо пронесся жмых, тут же второй — и третий врезался в машину. Треснул, распавшись осколками, стеклянный колпак. Перед агачем возникла искаженная рожа, ярко-красные глаза. Мелькнул кривой коготь-сабля. Эльхант откинулся так резко, что сломал торчащую наискось деревянную раму с натянутой между нею кожей, почти лег спиной на сиденье. Рулевая дуга хрустнула, летун бросило назад, разворачивая носом вверх. Кэлгор пробил тощую костяную грудь твари, провернулся, разметав во все стороны ошметки мертвоживой плоти. Головы внизу понеслись в обратном направлении. Жмых исчез: поток воздуха отшвырнул его прочь. Бросив меч в ножны, агач попытался ухватить подкову, но тут хвост машины зацепился за холм, на котором они стояли перед началом сражения. С треском задняя часть летуна смялась; Эльхант, поджав ноги, оттолкнулся от седла и прыгнул на склон. Машина перевернулась, плашмя ударилась о холм той стороной, где были сиденья, подскочила, продолжая вращаться, и врезалась в землю носом. Кинув быстрый взгляд в сторону каменного балкона, Эльхант побежал к дерущимся, пытаясь высмотреть в толпе Лану. И тут все закончилось. Септанта перескочил через тело зомби и остановился. Кто-то добивал лежащую на земле тварь, кто-то стонал, несколько эльфов еще целились в летящих прочь жмыхов — войско защитников немного уменьшилось, но ни одного стоящего на ногах врага поблизости не осталось.

— Плохие воины! — Крик Брана разнесся над долиной. — Эй, двуногие, вам нечего бояться!

Наступив на череп и вдавив его в землю, Эльхант пошел туда, где среди эльфов стояла Лана. Рядом с ней высился Кучек, с другой стороны приближался раскрасневшийся Орхар. Его рубаха, по-прежнему белоснежная, выделялась ярким, почти слепящим пятном на фоне остального: в мракобестиях не было крови, которая могла бы замарать ее, а кровь Орхара никто из врагов пролить не смог.

— Руан… — раздалось впереди.

Септанта, подойдя к Лане, остановился. Эльфы расступались, пропуская четверых, несших горта в сторону руин. Его подняли на плечи, голова Руана запрокинулось — кровь текла от рассеченного, вмятого подбородка. Глаза были широко раскрыты.

Стоящая на одном колене амазонка оглянулась на Септанту, бледно улыбаясь, потерла лоб и вновь склонилась к светлобородому гному: он был еще жив, но говорить и даже стонать не мог, лишь слабо дергал ногой. Из груди торчал вошедший почти наполовину ржавый тесак.

Кучек неподвижно высился рядом, с серпом на плече. Орхар кряхтел и растирал кисть правой руки.

— Что со скребунами? — спросил агач. Амазонка ответила:

— Мертвы, все трое. Даже тел не видно — рассыпались по земле белой трухой. Но они остановили пса.

— Другие? — Подскочивший Бран махнул огромным мечом с необычайно широким, напоминающим киль корабля клинком. Около дюжины кентавров маячили в стороне, ближе к реке. — Это не все, только первые отряды их!

— Что с твоей птицей? — спросила Лана.

Эльхант повернулся к балкону. Там медленно качался белый смерч, и позади него копошились в камнях гномы. Солнце село за вершину Горы, но было еще светло. Вдоль руин ехали три экипажа.

Земля начала содрогаться. Лана сказала:

— Опять дракодонт?

— Не… — протянул Орхар. — Слишком часто оно…

— Идут! — выкрикнули впереди.

Хрустя костями поверженных мракобестий, эльфы и гномы повернулись в сторону, откуда пришли первые отряды врагов.

— Теперь мохи там, — произнес Бран.

Среди массивных темных фигур, толпа которых вливалась в долину, высилась одна — черная.

— Это мракобестий, — громко произнес Эльхант. — Не живые орки, мертвецы.

— Разойтись строем! — прокричала Лана, вскакивая. — Всем стать…

— А земля чего дрожит? — спросил Орхар, поигрывая цепом. — Да мелко так…

Эльхант крутил головой — и нигде не видел Повелителя Праха. Орки шли нестройными рядами, черная фигура в рогатом шлеме двигалась впереди всех. Септанта вновь огляделся. Слева от него был Орхар, потом — Бран, справа — Лана и Кучек.

Земля мелко дрожала — но не под ногами мертвых орков. Они приближались, заполнив весь вход в долину. Черный дукс шел неторопливо, а идущие следом побежали, сразу опередив его. При этом они рассыпались по сторонам, открыв дорогу для жургов.

— И кабаны под ними мертвые? — Солдат щурился, вглядываясь. — Хех! Точно… Но чего дрожит оно, не пойму я? Журги не такие тяжелые…

— Жорганы! — закричал кто-то со стороны реки. — Белые!

Множество лиц обратилось к водопадам: на вершине между ними возникли уродливые силуэты, а потом кошмар целого поколения эльфов, гигантские белые кабаны, на которых сидели желтокожие орки с шипастыми палицами и необычно длинными копьями, понеслись по склону вниз.

Кто-то вскрикнул от ужаса, кто-то попятился. Раздался сдавленный стон.

— А на жорганах — живые, — произнес Орхар.

— Нет! — выкрикнула Лана. — Стой, назад!

Но дети деревьев уже бежали. Заржали кентавры; Бран проревел что-то угрожающее, однако его не услышали. Накрытые общей волной ужаса, четвероногие поскакали прочь. Кабаны, холки которых достигали плеч эльфов, скатывались по склонам, грохоча так, что, казалось, содрогается вся Гора Мира. Первые уже достигли реки, подняв тучу брызг, устремились дальше.

— Назад! — кричала амазонка. — Не отступать! Ее никто не слышал. Эльфы и гномы бежали к руинам, опережая их, скакали кентавры.

Войско мертвых орков приближалось спереди, а живых — сбоку. Орхар зарычал, пригнулся, выставив перед собой цеп, уперев конец древка в колено, медленно двигал им из стороны в сторону, покачивая шипастой грушей. Теперь их осталось пятеро. Бран заржал, встал на дыбы лицом к водопадам, высоко подняв огромный меч. Лана обнажила свой, Эльхант достал кэлгор. Кучек снял с плеча серп. Не более трех дюжин шагов разделяло кентавра и наконечники длинных копий в руках скачущих на передних кабанах желтокожих.

Позади раздались крики, Эльхант и Лана оглянулись. Три повозки ехали от руин. Эльфы уже не отступали: бежали обратно, подняв оружие, вслед за дюжиной гномов, вооруженных огнестрелами и топорами. Четвероногие тоже возвращались, быстро обгоняя остальных. Но они не успевали, мертвые и живые орки были гораздо ближе.

Вдалеке, над головами мракобестий, которые шли позади орков, возникла почти дюжина воющих крылатых силуэтов — они понеслись над долиной, стремительно приближаясь. Вдруг вождь кентавров начал отходить боком, быстро переступая ногами. Он испуганно заржал, будто лошадиная часть его натуры взяла верх. Тыча мечом в сторону мертвых орков, Бран разевал рот, не в силах вымолвить ни слова. Те, что скакали на кабанах, далеко вырвались вперед, пешие мертвецы отстали, кроме одного — дукса в черном доспехе и рогатом шлеме, с огромным овальным щитом и топором, который вряд ли смогли бы оторвать от земли и трое эльфов. Он был совсем близко, теперь стало видно, что в шлеме его нет забрала.

— Мертвый! — прохрипел Бран. — Хан Горак!

Вождь продолжал пятиться, отступая за спины остальных. Теперь с краю оказался Кучек — голем повернулся, занося серп, чтобы обрушить его на голову первого из желтокожих. Мертвецы были рядом. Эльхант сделал шаг, оказавшись перед Ланой, встал боком к ним. Солдат, рыча, пошел вперед, подняв обе руки и крутя запястьями — древко оружия превратилось в конус, обращенный широкой стороной к небу, а цепь стала серебристым колесом, ободом которому служила шипастая груша. Она пела, тонко звеня. Лана шагнула к агачу. Черный шлем Горака высился над мертвоживыми. Хан бежал тяжело и быстро, несмотря на массивный доспех, щит и топор.