Работа для рыжих - Юлия Фирсанова

— Тобой, — уточнила я самое основное и даже не стала вредничать, напоминая о нелепых самоубийственных терзаниях, предшествующих успешному ритуалу. Какая, собственно, теперь-то разница? Да и стыдно к человеку, проделавшему такую грандиозную работу, приставать с попреками. Ему сейчас надо хорошенько поесть и отдохнуть, а чуток погодя поспать часиков дцать.

— Нами. Спасибо, я чувствовал твою помощь, — честно разделил славу победы собеседник. — Если бы ты силу вкруг жернова поначалу не удержала, все могло бы пойти прахом.

— Если бы да кабы, то во рту росли б грибы, и был бы не рот, а целый огород, — тряхнула я головой, отбиваясь с помощью любимой присказки от незаслуженных лавров. — Я лишь на подхвате была, подай-придержи, ты сам справлялся.

Опережая нас с Гизом, Фаль мухой смотался к вещевым мешкам и вернулся с добычей. Как он ухитрился накромсать мясо и хлеб, ума не приложу, однако же в правую руку Киза сильф всунул приличных размеров бутерброд, а в левую побулькивающую флягу. Правильно! Того, кто кормит тебя деликатесами, в час нужды и самому подкормить не грех.

Я тоже на минутку отлучилась к лошадям и притаранила сундук-шкатулку. Жестом фокусника, выступающего со старым трюком «цилиндр-кроликовод», извлекла спальный тюфяк, шлепнула на камни и предложила:

— Давайте-ка присядем. Говорят, в ногах правды нет. Не знаю, как насчет правды, но силы в моих конечностях точно осталось маловато. Садитесь же, — плюхнувшись с левого края, немного повысила голос на замешкавшихся мужчин. — А то мало мне упадка сил, еще и травму позвоночника заработаю!

— Какую? — почти профессионально заинтересовался Киз.

Да, все-таки работа по устранению проблем вместе с их носителями накладывает отпечаток на личность. Клиника, но, думается мне, для будущего короля некритичная.

— Шейного отдела! Голову-то без конца вверх задирать придется. Не с коленками же вашими разговаривать и прочими предметами, болтающимися пониже пояса! — сварливо объяснила я, умастившись поудобнее.

Очень не хватало спинки, как у диванчика, но пришлось довольствоваться малым. Ладно, буду в городе, загляну к мебельщикам, может, и прикуплю что-нибудь в дополнение к тюфяку. А что? Останавливаемся мы, скажем, в лесу на привал, костерок затеваем, обед, а я диванчик из шкатулки достаю, и отдыхаем всей компанией с комфортом. Я хихикнула, в красках представив процесс вытаскивания громоздкого предмета мебели из хранилища и последующее заталкивание его обратно. Нет, пожалуй, идея с диваном отпадает, если только в сундук и пару грузчиков заодно засунуть. Придется довольствоваться тюфяком.

— Предметами? — ухмыльнулся Гиз.

— Я про мечи, а ты про что? — невинно похлопала глазками, сыграв на заезженной шутке.

— И я про них, — как-то слишком горячо для беседы про холодное оружие согласился Гиз, опускаясь рядом со мной.

Киз присел на свободное место с правого края, не прекращая помогать обществу тщательным пережевыванием пищи. Фаль, перепорхнувший с плеча на мои колени (вот уж у кого диванчик получился, да еще и с обогревом) завистливо заблестел глазищами. Сыт ведь, а пахнет вкусно, потому двойная «пичалька» у сильфа имеется.

Я сжалилась над несчастным малюткой и в очередной раз пошарила в личном универсальном хранилище, тормоша заначку, оставшуюся с эльфийских праздников на черный день. Не то чтобы именно сейчас на нас напала невиданной мощи повальная депрессия, но ударная доза глюкозы ни одному из присутствующих не помешает. Шарики из меда, орехов и чего-то похожего на зеленую пастилу. Вкус у лакомства, именуемого «тильпи», был трудноописуемым. Привкус бразильского ореха, поджаренного миндаля, мяты, ананасовых цукатов и моей детской страсти — снятой нынче с производства пастилы «Сластена» — короче, продукт нашел своего фаната. Вернее, фанатов! Еще на свадьбе Лакса тильпи привели Фаля и меня за компанию в неземной восторг, вылившийся в оптовую закупку партии сластей и упихивания ее «про запас». Думаю, если бы наша покупка не влезла в сундук, сильф самоотверженно потащил бы ее на собственном горбу. Правда, еще более верно, что вряд ли дотащил бы ее до следующего пункта путешествия. Утруска и усушка продукта при транспортировке сравнялась бы с массой груза. Потому во избежание и для сохранения наш десерт я держала у себя. Но сейчас щедро отсыпала каждому по горсти лакомства. Фаль тут же принялся копаться, выбирая самый соблазнительный кусочек из своей доли и облизываясь. Специально для Киза я отсыпала добавки, перегибаясь через Гиза и веля подставить ладонь:

— На-ка, сласти — лучший способ экстренного пополнения энергии.

Киллер меня слегка удивил. Насущную необходимость поставил выше мужской гордости. Спокойно положил недоеденный бутерброд на колени и один за другим покидал коричневато-зеленые шарики в рот, прожевал, запил из фляжки и только потом заговорил снова:

— Жернов восстановлен. Осталось найти Артаксару короля. — Голос Киза звучал сухо, деловито, словно из него выжали всякую жизнь. — Поможешь?

— Помогу в любом случае, что бы ты ни решил, — согласилась я, — заняться кастингом монархов или самому занять престол, принадлежащий тебе по праву.

— Если ты забыла, Служительница, я убийца. Из Тэдра Номус уходят лишь в мир смерти, — проронил Киз, внешне сосредоточившись на изъятии пробки из горлышка фляги — так, будто это было главным делом всей его жизни.

— Тогда рядом с тобой сейчас как раз расселся один покойничек, — усмехнулась я и кивнула на Гиза. — Из любого правила есть исключения. Выбор за тобой: вернуться к прежней профессии и каждый раз танцевать на раскаленных углях, выбирая заказы на конченных ублюдков, или попробовать свои силы в управлении государством.

— Откуда ты знаешь про заказы? — по-настоящему удивился киллер. Дополнительным доказательством удивления стало то, что вопрос он наполовину прокашлял, а наполовину просипел, подавившись содержимым фляги.

— Вижу. У тебя есть совесть и моральные принципы. Ты не выставляешь их напоказ, но живешь по личному кодексу и крайне неуютно себя чувствуешь, если приходится поступать вопреки внутреннему закону чести.

Гиз с чувством похлопал брата по спине, не то подбадривая, не то вышибая из горла попавшую не туда жидкость. Была во взгляде моего мужчины забавная смесь иронии, скепсиса по отношению к родичу и уверенности в том, что уж с чем, с чем, а с такими пустяками, какими он сейчас забивает себе голову, Служительница справится на раз. Такая абсолютная вера больше пристала бы сильфу, выражаясь на жаргоне, буквально тащившемуся от моей магии, но никак не битому жизнью убийце. Однако же что было, то было. Значит, постараюсь оправдать.