Колокольчики - Елена Другая

- Я работаю день и ночь, зарабатываю тебе деньги, я забыл, когда я в последний раз держал в руках свою зарплату, – с набитым ртом рассуждал он. – Я раскрасился тебе в угоду, как самоварная кукла, наделал себе дыр в ушах, языке и пупке, сделал тату на жопе, наряжаюсь в это нелепое тряпье, сижу постоянно на диетах, чтобы быть стройным. А ты ебешь блядей весь свой рабочий день, а потом дома ты, видите ли, устал, ничего не можешь и не хочешь, весь старый и больной! И я тебе, как идиот, несу ужин, чуть ли не в кровать, даю таблетки, целую, чешу тебе на ночь спинку и огромное жирное брюхо! Больше ничего этого не будет!!!

- У нас с Элом ничего не было, – решился вякнуть Луи.

- Ну конечно! А я-то думаю, что же ты так сильно стал уставать после работы, еле домой доходишь! Смотри, не свались где-нибудь в подворотне, от непосильных трудов! Ничего, сейчас отдохнешь, твой любовничек теперь не скоро прибежит к тебе, лязгая своей гостеприимной пастью, теперь он посидит дома!!!

Анжи гордо прошествовал мимо Луи и ушел к себе в комнату. Луи, наконец, выполз из своего угла. Все болело. Да, Андрюха сильно потрепал его. И как он догадался, кто ему сказал? Вот досада! Он нашел и нацепил очки. Ему было и смешно, и беспокойно. Анжи, бедный, как распереживался!

На кухне Луи допил за Анжи полутеплое какао и доел бутерброд. Анжи еще не успокоился, он явился через минуту и опять начал исступленно вопить:

- Видели бы мои родители, во что ты меня превратил! Я завтра же ухожу! Хватит мне терпеть весь этот позор и всю эту гадость! И зачем я связался с тобой, старым пидором? Работал бы сейчас себе на заводе, как все нормальные люди! Все! Я сваливаю!

Луи, посмеиваясь в усы, неторопливо прошел в ванную, Анжи, оглушенный своим собственным ором и ослепленный яростью, проследовал за ним. Луи заткнул слив, пустил в ванную ледяную воду, потом намочил полотенце и скрутил его крепким жгутом. Анжи выкрикнул что-то оскорбительное и подскочил к нему, чтобы вновь ударить.

Луи ловко ухватил его, во мгновение приподнял, перевернул и бросил в ванную, с ледяной водой.

Вопль, который издал Анжи, наверно, было слышно во всем районе.

Луи же, совершенно беззлобно, похохатывая, намокал его в студеной воде и увесисто отходил полотенцем.

Анжи вопил нечеловеческим голосом, поднимая море брызг, он был совершенно беззащитен, не мог уклоняться от ударов, не мог выбраться, он весь дрожал от холода и стучал зубами, суставы ломило, а Луи бил так больно! И было так унизительно и обидно! Наконец, Луи решил, что Анжи наказан достаточно, он швырнул к нему в ванную полотенце и ушел.

Анжи, горестно всхлипывая, выбрался, тут же включил горячую воду и встал под душ. Он довольно долго грелся и обдумывал свое поведение. Когда вышел, из кухни аппетитно пахло горячей сдобой.

- Иди чай пить, – ласково окликнул его Луи. – Иди, чертила, не дуйся.

Анжи, замотанный в огромный банный халат, босой, вышел на кухню. Он встретились взглядом с Луи.

- Я больше не буду, – кротким голоском сказал Анжи.

Они оба расхохотались и потянулись друг к другу, чтобы обняться. Луи раскрыл рот, чтобы что-то сказать, но тут позвонили в дверь.

- Не открывай, – попросил Анжи.

- Как не открывать, если Пьера черти принесли! – недовольно сказал Луи. – Прется вечно не вовремя!

Звонок был действительно условный, и так звонил Пьер. Луи, чертыхаясь, пошел открывать. Появился Пьер, всегда нарядный, как подарок, весь в украшениях и блестках. Его было не провести, он мигом оценил обстановку:

- Что это, драгоценные мои друзья? Не будь я уверен в вашей любви, я решил бы, что вы только что дрались! Анжи! А что у тебя с рукой?

- Упал, – пробормотал Анжи и спрятал руку за спину.

- Как нужно быть осторожным! – с укором сказал Пьер. – Булочки едите? Может, и меня угостят?

Луи тут же разместил Пьера на лучшее место, согнав Анжи с удобного дивана, и налил Пьеру чай. Пьер вел легкую светскую беседу. Но все знали, что он никогда не приезжал просто так, без дела. Пьер проглотил две булочки и, наконец, выдал истинную цель своего визита.

- А у меня горе, дорогие мои. А когда у меня горе, куда я еще могу пойти? Только к своим драгоценным друзьям, которых я так люблю! Сегодня какой-то травмоопасный день. Анжи упал... С моим мальчиком, Элом, может знаете такого, тоже произошло страшное несчастье. Сколько раз говорил ему, ротозею, чтобы смотрел под ноги и был аккуратнее! Так нет – он упал, ударился лицом, сломал себе нос, челюсть и выбил пять зубов! Какое горе! Ведь я очень сердобольный и переживаю за своих подопечных, как за собственных детей. Скажу вам честно, мне кажется, что бедного Эла просто избили жестокие люди. Но он настаивает, что упал. Именно такую версию он рассказал полицейскому, который допросил его прямо в больнице. Но у бедного Эла сотрясение головного мозга, он не в себе. Вдруг он завтра вспомнит какие-нибудь подробности своего трагического падения? Как ты считаешь, Луи?

Пьер посмотрел на Луи своими красивыми, развеселыми глазами. А у Луи все помертвело внутри. Анжи тоже окаменел, поняв, что надвигаются большие неприятности.

- Эл в больнице? – промямлил Луи, не веря свои ушам.

- Да, Луи, парень полностью раскроил себе морду, какая досада! Что скажешь, Анжи?

Анжи, более решительный, собрался мыслями. Отпираться не было смысла, Эл уже все рассказал Пьеру.

- Пьер. Передай всем своим шлюхам и запомни сам – так будет с каждым, кто будет лезть к моему Луи. Эл сам на него вешался, вымогал дорогие вещи и втянул его в любовную связь. Я это терпеть не собираюсь. Скажи всем своим проститутам, что лавочка прикрыта, и впредь они будут платить за одежду деньгами, а не натурой, или же лежать на койках рядом с беднягой Элом.

- Браво! – сказал Пьер и похлопал своими узкими изящными ладошками. – Молодец. Я тебя поддерживаю и полностью на твоей стороне. Я, Анжи, тоже ужасно ревнивый и бешеный, когда дело касается моих любовных отношений. За любовь надо бороться, даже если ценой будет смерть!

Луи не издавал ни звука, он снял очки и