Долг воина - Джульет Маккенна

— Аллин гадала на вас, когда вдова ушла. — Авила одобрительно улыбнулась толстушке, и та заалела. — Ваш разговор выглядел не слишком радостным, а за последние дни я столько раз сталкивалась с тормалинским скептицизмом, что догадаться о причине не составляло труда.

— Ты переместилась сюда, зная это место только по гаданию? — Казуел шокированно смотрел на Велиндру.

— Где леди Чаннис? — внезапно спросил Райшед.

— Едет домой в своем экипаже, — успокоила его Аллин.

— Нельзя ли ближе к делу? — едко спросила барышня Тор Арриал. — Какого рода доказательство вам нужно, ваше величество, чтобы поверить собственным глазам?

Тадриол задумчиво покрутил на пальце огромное кольцо.

— Вы говорите, что это заклинание должно твориться между двумя магами?

Велиндра кивнула.

— Ты пойдешь с моим управляющим. — Император ткнул пальцем в Казуела. — Мастер Жанн, отведи его в какую-нибудь комнату в другом конце дворца. Нет, не спрашивай меня. Я не хочу, чтобы кто-нибудь в этой комнате знал, куда вы идете, пока эта дама не найдет его своей магией. — Он холодно кивнул на Велиндру.

Быстро вытолкав Казуела в приемную, управляющий в сердцах захлопнул дверь. Беспокойные вопросы мага остались без ответа и скоро умолкли вдали.

Наступила тишина. Заполнив собой небольшую комнату, она становилась все напряженнее. Не в силах пребывать в неподвижности, Темар пошел вдоль стен, якобы любуясь изысканными акварелями. Преобладали нежные пейзажи. Тут едва намеченные деревья обрамляли рациональное жилище, там плющ, прорисованный в каждом листочке, вился по развалинам древнего особняка. Крошечный текст, выгравированный внизу, сообщал, что это резиденция Ден Джейпа в Саворгане. Юноша вздохнул. Очевидно, те башни давно упали с холмов, которые он помнил. Эсквайр пошел дальше, косясь на Аллин. Вся красная как рак, толстушка с несчастным видом сидела на краешке стула. Их глаза встретились. Темар улыбнулся ей ободряюще, и ответная поддержка во взгляде девушки вознаградила его. Райшед все еще стоял у двери — прямой, как копье. Авила сидела с такой же жесткой спиной, аккуратно сложив руки на коленях, каждый год ее возраста явственно проступал на утомленном лице. Только Велиндра и император чувствовали себя непринужденно. Магиня с бесстыдным любопытством оглядывала комнату, а Тадриол развалился в кресле, наблюдая за ней.

— Думаю, пора, — молвил император, резко выпрямляясь. — Покажи нам, где он.

Велиндра спокойно подняла с ковра поднос.

— Как я понимаю, Казуел пользовался этим? — Она взглянула на Тадриола. — Вам не кажется, что он пришел бы лучше подготовленным, если бы все это было какой-то затейливой мистификацией?

Темар подал ей свечу.

— Спасибо.

Алое пламя расцвело в руке Велиндры, когда она поставила поднос на каминную полку и поднесла к нему свечу. Лицо магини стало более угловатым, взгляд сосредоточился на блестящем металле.

Ровное золотистое свечение в центре подноса сменилось густоянтарным, прежде чем расколоться вокруг серебряной трещины. Ослепительно яркая кромка обрамляла расширяющуюся картину: возмущенный Казуел сидит в какой-то комнатушке; высоко за его спиной виднеется единственное оконце, сбоку выглядывают умывальник и кувшин.

Велиндра улыбнулась.

— Кажется, ваш управляющий посадил моего уважаемого коллегу в нужник.

— Скоро он сам это подтвердит, — зло огрызнулся Казуел, свирепо глядя в заклинание. — Будьте добры, пошлите его обратно с ключом.

Темар отвернулся, чтобы спрятать улыбку, и увидел макушку Аллин. Девушка тоскливо уставилась в пол.

Велиндра послюнила пальцы и потушила свечу. Фитиль слабо зашипел.

— Такого доказательства хватит? А то мы можем проспорить весь день,

— Похоже, ты обладаешь всеми талантами, которыми хвастались твои коллеги, — медленно проговорил Тадриол.

Велиндра улыбнулась.

— Сколько бы петушок ни кукарекал, ваше величество, а только курица несет яйца.

Рот императора дернулся в улыбке. Затем лицо его стало решительным, а взгляд упал на Авилу.

— Ты утверждаешь, что можешь заставить человека говорить правду. Сделай это со мной, прямо сейчас.

— Как пожелаете. — Барышня сжала бескровные губы. — Вы клянетесь всем, что для вас свято, говорить правду, не лгать? Это сработает, только если вы — человек слова.

— Я клянусь кровью моего Дома и моего отца, — отчеканил Тадриол, не скрывая негодования.

— Рэпонин ан искетил, фа нуран истор. Федал триз амри лечат, — произнесла Авила с язвительной расстановкой. — Ну, император Тадриол Предусмотрительный, пятый этого Имени, скажите мне, что вы не подозреваете Дириндал Тор Безимар в причастности к смертям, которые преследуют ваш Дом!

Тадриол открыл рот, нахмурился и облизал губы. Дергая воротник рубахи, он с трудом сглотнул — один раз, затем второй. Страх мелькнул в глазах императора, но он собрал волю в кулак и откашлялся.

— Вы правы, госпожа моя, я подозреваю ее и по более веским причинам, чем вы знаете. — Он внезапно указал на Велиндру. — Сделай это с ней!

— Я клянусь говорить правду воздухом, которым я дышу, и магией, которую он дарует мне. — Велиндра была невозмутима.

Авила повторила свое заклинание. Тадриол встал перед маги-ней, скользя по ее лицу безжалостным взглядом.

— Так был ли обман в том, что я видел? Что за интригу плетет Хадрумал?

— Никакого обмана, никакой интриги, — спокойно ответила Велиндра. — Вы видели чистую правду. Спросите Чаннис, если не доверяете нам.

— Возможно, именно так я и сделаю, — резко ответил император. Круто повернувшись, он подошел к окну и уставился в парк. — Уходите, все. Мне многое надо продумать, а времени очень мало.

Темар не шелохнулся.

— Вы должны действовать до того, как Д'Олбриот и Тор Безимар обрушат на всех хаос.

Тадриол свирепо повернул голову.

— Хаос — не предмет для глупых шуток, Д'Алсеннен. — Его гнев угас перед лицом очевидного смущения юноши. — Думаю, сегодняшний бал — это достаточно скоро, не так ли? Я хочу, чтобы вы все пришли туда, включая тебя, избранный. Спросите у мастера Жанна билеты. — Он снова уставился в окно, скрестив руки на груди.

Все вопросительно посмотрели на Темара.

— Тогда до бала.

Юноша первым вышел в приемную. В коридоре к ним подбежал злой управляющий.

Темар не дал ему раскрыть рта.

— Да, мы знаем, что тебе показалось очень забавным запереть Каза в уборной. Пойди и выпусти его. Мы подождем внизу. Да, и принеси нам пять билетов на бал.

Когда управляющий ушел, Райшед испустил вздох облегчения.