Вельяминовы.Дорога на восток.Книга вторая - Нелли Шульман

-Он совсем мальчишка, - Констанца пошевелилась: «Не, чета тебе, лейтенант Горовиц. Что это я

чувствую?»

-Вот что, - он усмехнулся: «Хочу еще. У меня сейчас два года никого, кроме индианок, не будет,

дорогая моя. И то, - он поставил ее на четвереньки, - мимоходом, что называется. Не так, как с

тобой».

-А как со мной? - простонала Констанца.

-Хорошо, - сказал он сквозь зубы. «Очень хорошо».

Палатка колыхалась. Человек, что лежал неподалеку в высокой траве, - затаился. Он легко

выследил женщину. Проснувшись, Менева подумал, что она ушла купаться. Он обыскал все вокруг,

а потом увидел следы копыт, что уходили на восток.

Он нашел их здесь, почти у великой реки. Мужчина, что встретил ее, был белым, - светловолосым,

сероглазым. Он был хорошо вооружен. Менева, закрыв глаза, стараясь не слушать ее стоны,

сказал себе: «Я не могу. Не могу его убивать, не могу осквернять душу Канжди. Но потом…»

Прерия огласилась ее криком. Менева, почувствовав слезы у себя на глазах, шепнул: «Она все

равно придет ко мне. У нее наша душа, я это знаю, не может быть иначе…»

Он отполз назад и увидел мужчину. Тот, выйдя из палатки, помочился на траву. Он стоял, расставив

ноги, как хозяин. Оглядывая прерию, он улыбался - надменно, гордо.

-Лейтенант Горовиц, - донесся до Меневы ее смешливый голос, - я жду! Я тебя просто так не

отпущу!

-Я и сам просто так не уеду, - согласился мужчина. Сплюнув, он откинул полог, исчезая внутри.

-Лейтенант Горовиц, - повторил Менева и положил руку на свой нож: «Я никуда не тороплюсь. Я

его найду, и ее тоже».

Он, было, подумал о том, чтобы перерезать сухожилия его жеребцу, но потом одернул себя: «Не

след калечить невинное существо. А вот его, - Черный Волк поиграл ножом, - я убью. Убью, и

Рыжая Лиса вернется ко мне. Родит мне детей…»

Менева неслышно поднялся. Вернувшись в рощу, он потрепал по холке своего вороного коня.

-Я еще вернусь, лейтенант Горовиц, - пообещал индеец, садясь в седло.

Черный Волк ехал по прерии, неспешным шагом, задумчиво насвистывая что-то себе под нос. «Да,

- наконец сказал он, - так и сделаю».

Менева улыбнулся и пришпорил своего коня, направляясь на запад, туда, где виднелись зеленые

вершины холмов.

Эпилог

Санкт-Петербург, весна 1805 года

Корабль медленно, осторожно подошел к острову. В легкой, утренней, жемчужной дымке блестел

шпиль крепости.

-Это здешняя Академия Наук, мадам- капитан указал в сторону пустынного острова. «Только

возвели, в прошлом году. А здесь, - он указал на стрелку острова, - будут строить маяки и биржу».

Женщина в изящном, светлой шерсти рединготе, в шелковой, украшенной цветами шляпе, - из-

под нее на стройную, смуглую шею спускались темные кудри, - улыбнулась. «Конечно, капитан, -

сказала она, - этот город пока не сравнить с великими столицами Европы, но сразу видно, что

император Александр заботится о его благоустройстве».

Зеленые глаза оглядели широкую, тихую реку, лодки рыбаков. Мэри вспомнила смешливый голос

герцога: «Увидишь, где мой отец вытащил дядю Теодора из Невы. Заберешь Мишеля, отвезешь его

в Данциг. Там вас будет ждать Иосиф. И с мистером Филипом, разумеется, встретишься, - он

стряхнул пепел сигары.

-То есть семью мне с собой не брать, - Мэри взглянула на купол собора Святого Павла. Вокруг него

метались птицы. Шел прохладный, мелкий дождь, небо Лондона было затянуто свинцовыми

тучами.

Джон присел на край стола и развел руками: «Это все-таки деловая поездка. Потом ты мне

понадобишься только осенью. Отправляйтесь с Майклом и Беном в Уэльс, подышите там

воздухом».

-Майкл едет строить - Мэри пощелкала пальцами, - они это называют железной дорогой. Он хоть

под землю так часто спускаться не будет. Но гари там предостаточно, работа грязная.

Джон подошел к карте Англии, что висела на стене: «Когда-нибудь все это, - он провел пальцем по

карте, - будет пересечено железными дорогами. Они будут возить грузы, пассажиров…Ты слышала

о корабле, который тот американец испытывал, Фултон?

Мэри кивнула: «Ты молодец, что его перекупил. Майкл мне говорил, что торпеды, работы

Фултона, что вы испытывали в рейде на Булонь, отлично себя проявили».

-Они бы себя проявили еще лучше, - неожиданно зло ответил Джон, - если бы не косность наших

адмиралов. Они все никак не могут отойти от пушек. Война будущего, морская война, - он легко

прошелся по комнате, дымя сигарой, - будет решаться под водой. Торпеды, лодки, что пытается

строить Фултон…- Джон вздохнул: «Только он все равно вернется в Америку, рано или поздно»

-Война будущего будет вестись в небе, - Мэри чиркнула кресалом. Джон ядовито сказал:

«Воздушными шарами невозможно управлять. С них разве что только бомбы кидать получится, и

то - артиллерия противника тебя сразу же вдребезги разнесет. Или обозревать местность, - он

вздохнул. Мэри спокойно заметила: «Не воздушные шары. Другие летательные средства. Те же

торпеды Фултона, только с крыльями. Китайцы их давно строят, мне дядя Джованни рассказывал».

-Они больше ста ярдов не покрывают, - пробурчал Джон и задумался: «А вот покойный Лавуазье и

дядя Теодор много что делали в Арсенале, интересного. Ядовитые газы…, - он встряхнул

светловолосой головой и весело спросил: «Как там мой племянник?»

-Пошел, - гордо ответила Мэри. «Ползал, ползал, а потом обиделся, что Бен ходит, а он - еще нет. И

побежал, бойко так. Ему там весело, все-таки детей много вокруг. Жаль, что Элизе скоро во

дворец возвращаться придется».

-Жюль уже капитан, - вздохнул Джон, - на хорошем счету в лейб-гвардии…, Как только станет

майором, Элизе можно будет попросить ее величество об отставке. Уедут в Оксфордшир, детей

воспитывать. Жюлю предлагали в Индию отправиться, знаешь? Там служить».

Мэри потушила сигарку и поднялась «Пока ему поместья не вернут, он никуда из Европы не

двинется. Тем более с маленьким ребенком. Как ты думаешь, - она взглянула на Джона, - при

нашей жизни восстановят монархию во Франции?»

-Император Бонапарт пока что непобедим, - хмуро ответил герцог. «Как будто у него какой-то

волшебный амулет имеется, ей-богу. Хотя все это ерунда. Он материалист, каких поискать. Ладно, -

он пожал руку Мэри, - постараемся с Мадлен и семьей к вам выбраться, если я освобожу

несколько дней».

Корабль уже бросал якорь. Мэри взглянула на бархатный мешочек, что висел у нее на запястье.

«Алмаз, - подумала она, - письма, документы на квартиру, что дядя Теодор купил…, Интересно, -

женщина улыбнулась, - он меня узнает? Хотя Майкл ему писал, что мы поженились».

Она вспомнила прохладную, большую спальню в Мейденхеде. Окна были раскрыты на реку,

тянуло свежестью, Бен тихо сопел в своей маленькой кроватке. Мальчик был темноволосый, с

лазоревыми, отцовскими глазами, еще пухленький. Майкл осторожно вынул из ручки сына

деревянный кораблик и обнял жену: «Ты только осторожней, милая».

Мэри потерлась носом о его щеку. «Джон меня понизил до статуса курьера, ничего опасного я не

делаю. Иди сюда». От мужа пахло, как обычно - порохом, гарью, углем. Мэри шепнула: «Прямо из

Данцига поплыву в Лондон, а летом поедем все вместе в Уэльс».

-Я люблю тебя, - Майкл стал целовать ее - нежно, тихо, так, что она, как всегда, почувствовала

сладкие, прерывистые удары своего сердца.

-Просто курьер, - напомнила Мэри себе, опускаясь на шелковое одеяло, увлекая его за собой. «И

вообще, я большую часть времени за бумагами провожу, как тетя Марта».

Ее багаж был уже на палубе, по трапу взбирался таможенный чиновник в темно-зеленом мундире.

Мэри любезно улыбнулась. Подав свой британский паспорт, она сказала по-французски: «Прошу

вас, ваше превосходительство».

-Цель визита? - чиновник полистал паспорт: «Титулованная особа. Смотри-ка, и в Копенгагене

побывала, и в Стокгольме. Англичанки смелые женщины, сами путешествуют. Тридцать один год, -

он незаметно посмотрел на смуглое, спокойное лицо женщины. «Не красавица, конечно, но что-то

в ней есть. Подбородок, какой упрямый».

-Я много слышала о красоте вашей столицы, - ответила Мэри, - и решила своими глазами

посмотреть на творение великого императора Петра. Вот моя въездная виза, с печатью вашего

посла в Лондоне, графа Воронцова».

-Он дяди Теодора родственник дальний, - вспомнила Мэри.

-Добро пожаловать в Санкт-Петербург, леди Кроу, - поклонился чиновник. Мэри, вдохнув чистый,

весенний воздух, слыша крики чаек, что кружились над мачтами корабля, ответила: «Спасибо».

В окно столовой был виден зеленеющий Летний сад. Публика медленно прогуливалась по