Уроборос. Проклятие Поперечника - Евгений Стрелов

грамотно, — если у одного что-нибудь исчерпывалось, мысль, дыхание, желание говорить или ещё что-то, он умолкал, — тогда начинал говорить второй, потом третий, следом за ним — четвёртый, — набравшись сил, словно подзарядившись от невидимого источника, первый снова начинал говорить, и так по кругу, — беспроигрышная стратегия ведения диалога, разговора или спора, — невозможно представить, чтобы какой-либо человек на земле, пусть даже самый образованный, сумел бы их одолеть в риторике. Сам способ говорить, переключаясь с мальчика на юношу, с юноши на мужчину, с мужчины на старика, и обратно, обескураживал и изумлял. Даже, можно сказать, обездвиживал не только сознание, но и тело, — хотелось просто их слушать, со всем соглашаясь и ничего не оспаривая. Странно! Слушая Хранителей, Три Д поймал себя на мысли, что не может принять их слова за чистую монету: скажи они ему всё это раньше, он бы ни капли не усомнился, но только не сегодня! Ему почему-то вдруг почудилось, что они обманывают его, неизвестно с какой целью, — возможно, чтобы просто поглумиться над ним — коварно и беспардонно.

— Что сегодня со всеми? — задал Три Д вопрос Хранителям, когда они умолкли. — Я надеялся, что хоть вы будете со мной серьёзны и откровенны. Но не тут-то было…

— Мы сегодня предельно серьёзны и откровенны, впрочем, как и всегда, — заявил старший Хранитель, глядя на Главного Визионера честными и чистыми глазами, словно только что вымытыми до блеска.

Три Д переводил взгляд с одного Хранителя на другого, надеясь, что хоть кто-нибудь из них не выдержит притворства и расхохочется: «Эх, как жаль! А ведь у нас почти получилось разыграть его! Он почти поверил нам!! Вот было бы весело, если бы поверил!»

Но не тут-то было! Хранители всем своим видом демонстрировали правдивость, заложенную в самой природе каждого их слова.

— Издеваетесь? — этот вопрос прозвучал сквозь скрежет зубов Главного Визионера. От этого скрежета кровь застыла в жилах даже у него самого. — Вы хотите сказать, что к этому моменту на земле не осталось ни одного оригинального человека? Что вы всех заменили двойниками?

— На счёт того, что на земле не осталось ни одного оригинального человека, такого мы не говорили, — уточнил Хранитель-мужчина. — Заменили всех людей двойниками — это да. Это говорили. Работу проделали большую! Долгую и сложную. Тщательный подбор двойника для каждого человека — в некоторых особо тяжёлых случаях на это уходили годы. Потом полное устранение оригинала для освобождения материального и ментального места, создание вакуума и помещение туда двойника, доведение его до нужной кондиции. По сути — превращение двойников в оригиналы. И так со всем человечеством. На данный момент работа завершена. Можете нас поздравить.

Хранители, от мала до велика, одновременно ненадолго улыбнулись, словно художник пририсовал выразительные изгибы к их губам, а потом почему-то передумал и стер их.

— Даже если это правда, и вам действительно удалось осуществить такое грандиозное предприятие, то возникает резонный вопрос: зачем?

— Что зачем? Уточните, — попросил самый младший Хранитель.

— Зачем менять людей на их двойников, а двойников превращать в оригиналы? Ведь по логике вещей получается, что вы приходите к тому же, отчего отталкиваетесь. Двойники становятся оригиналами. Их опять надо менять на двойников.

— Вы правы, — вступил в разговор Хранитель-юноша. — Надо. И теперь мы пойдём по сороковому кругу. С завтрашнего дня намечен старт — начнём с самого начала менять людей на их двойников.

— Что? — у Главного Визионера челюсть отвисла. — Что значит по сороковому кругу?

— А то и значит, мы уже тридцать девять раз обновляли всё человечество. Приступим к сороковому разу.

— Обновляли?

— Мы используем это слово, потому что оно наилучшим образом отражает суть процесса. Мы делаем благое дело. Люди, пусть и ненадолго, становятся полностью удовлетворены собой и перестают мечтать о том, чтобы стать кем-то другим. Они обновляются и становятся более последовательными в постижении самих себя и окружающего мира. Если бы не наше вмешательство, которое мы осуществили когда-то давно, на заре, так сказать, человечества, то люди до сих пор были бы обычными обезьянами. Это в своё время случилось с динозаврами, некому их было менять на двойников, вот они и вымерли.

— Насколько я знаю, они вымерли, потому что метеорит упал и поменял климат настолько, что они не смогли к нему приспособиться.

— Другие же приспособились. Например, предок человека. А всё почему? Потому что прошёл процедуру обновления. Конечно, не без нашей помощи.

Сказанное Хранителями казалось Главному Визионеру менее странным, чем то, как он сам, лично, всё это начал воспринимать: что-то внутри него вдруг перестало относиться к их словам слишком критично, как к бреду или обману. И это Что-то, явно не принадлежало ему, оно было словно искусственно в него встроено, как некий агрегат в машину, улучшающий её работу. Не хотелось ни думать, ни рассуждать на тему Хранителей, — кто они такие, откуда взялись и зачем, — тем более вступать с ними в полемику. Но оставалось желание задавать им некоторые вопросы.

— Допустим, вы правы, — согласился он. — И ваше вмешательство в судьбу человечества — благое дело… Обновление, как вы выразились, необходимо для выживания вида… Но оно же не касается всех. Правители же не обновляются… Я же вот настоящий, меня же вы не меняли на двойника?

Этот тяжёлый вопрос Главный Визионер не мог не задать. Восемь глаз, принадлежащих Хранителям разного возраста, смотрели на него, — а ведь складывалось реальное впечатление, что они — один человек, но двоящийся в глазах, — вернее, четверящийся. Главный Визионер начал прищуриваться, моргать и коситься — и в какой-то момент ему вдруг показалось, что фигуры Хранителей сливаются, образуют из четырёх одну, из восьми глаз — два, и этим глазам принадлежал такой взгляд, от которого хотелось забиться под лавку и больше оттуда не высовываться.

— В процессе обновления не бывает исключений, — твёрдо заявил этот объединенный Хранитель таким голосом, от которого мороз пробежал по коже. — Никогда не бывало, нет и не будет. Мы не допустим. Человечеству необходимо обновляться и двигаться вперёд, особенно его лидерам. Они в первую очередь подвергаются обновлению. Иначе никак. Если бы мы однажды пропустили хоть одного человека в первозданном виде, всё рассыпалось бы в прах…

— Но ведь… — Главный Визионер вдруг почувствовал себя маленьким, таким крохотным, что не разглядеть и в микроскоп. — Как же так? Вы, наверное, шутите? Я не помню, чтобы когда-то был другим человеком. Двойником самого себя, перевоплощенным, ставшим тем, чьим двойником был… Такого не было! И не могло быть! Только не со мной!

Никогда ещё Три Д так бешено не метался внутри себя, как напуганный