Темная сторона демократии: Объяснение этнических чисток - Майкл Манн

первую очередь. 38 % из 577 православных священников, проживавших на хорватской территории в апреле 1941 г., были убиты за 7 месяцев. 58 % были депортированы, 4 % оказались в тюрьме или бежали (Ramet, 1992: 150–151). В некоторых районах сербы были вырезаны подчистую. Казалось, что эта часть Европы была отброшена в эпоху религиозных войн Средневековья. Все это оправдывалось этнической идеологией усташей. Министр иностранных дел расставил все точки над i: «В Хорватии не так уж и много настоящих сербов. Большая часть православных (то есть сербов) — это на самом деле хорваты, которым иностранные завоеватели навязали чуждую им веру. Наш долг — вернуть их в лоно Римской католической церкви» (Shelah, 1990: 77). Усташи заявляли о своей цели еще откровеннее: одну треть надо изгнать, одну треть обратить в католиков, одну треть убить. На две трети их мечта сбылась. По переписи 1921 г. сербское население на территории Независимой Хорватии составляло 1,6 миллиона человек. К 1944 г. эта цифра снизилась до 600 тысяч, то есть 63 % стали жертвами чисток.

Что касается четников, то они желали видеть «гомогенную Сербию», страну, свободную от инородцев. Но коса нашла на камень. Обширный край контролировали отважные партизаны Тито, которые этнических целей не преследовали.

Самым известным концентрационным лагерем был Ясеновац. О нем мы знаем в основном по запоздалому судебному разбирательству по делу Динко Шакича, бывшего командующего системы концлагерей (публикации HINA — хорватского новостного агентства, март — октябрь 1999 г.). Один хорватский историк утверждает, что 60 % из 85 тысяч всех уничтоженных в хорватских лагерях были сербами, 15 % — евреями, 14 % — хорватами, 12 % — цыганами. Были ликвидированы практически все евреи и цыгане. Уничтожение сербов и хорватов велось менее системно. Хорватов уничтожали как политических диссидентов, среди погибших сербов преобладала интеллигенция. Свидетели рассказывают, что людей убивали самыми садистскими способами: перерезали горло ножами, в ход шли топоры и кувалды, огнестрельное оружие использовалось редко. Самыми страшными лагерными палачами считались несовершеннолетние усташи.

Были и более гуманные надсмотрщики, и некоторые из них попытались спасти заключенных от смерти. Администрация лагеря провела расследование и казнила этих охранников. Это был хороший урок остальным, и лагерный режим ужесточился до предела.

Динко Шакичу было 23 года, когда в 1944 г. его назначили комендантом лагеря. Хорватским националистом он стал еще в 11 лет, за что его исключили из школы, в 17 лет он получил запрет на образование во всех учебных центрах Хорватии. Шакич перебрался в Германию, в 1938 г. в Берлине вступил в организацию усташей. В 1942 г. он начал службу в лагерной охране Ясеноваца. По свидетельству очевидцев, он лично расстрелял нескольких заключенных. Динко Шакич был приговорен к 20 годам тюрьмы. Его предшественником на посту коменданта был бывший францисканский священник. Свидетель рассказывал, что этот палач «превращал расстрелы в мистически-религиозный обряд». Лично расстреляв заключенных, патер возглашал: «Правосудие осуществилось». После чего он служил мессу, и все хорваты молились. «В воскресной проповеди он призывал к любви к ближнему своему, а в понедельник продолжал расстрелы».

В основном усташами становились неимущие горцы из пограничных районов Боснии с Сербией, в которой они видели главную угрозу. К ним же присоединялись этнические немцы из Баната, района у северной границы Сербии. Миркович (Mirkovic, 1993) и Парис (Paris, 1961) нарисовали условный социальный портрет этих военных преступников. Парис пишет, что они были не крестьянами, а мелкими буржуа: ремесленниками, лавочниками, чиновниками самого низшего звена. Миркович утверждает, что убийцы рекрутировались из «социально деклассированных страт общества, это были парии и маргиналы без образования и социального статуса». У нас нет документированных фактов, подтверждающих столь однозначную оценку, которая, как мы знаем, расходится с реальностью геноцида в других странах, по которым ученые провели серьезную работу с архивными документами. Оценка элиты нам кажется более достоверной. Миркович представляет список юристов и католических священников, вошедших в ультраправые организации, по его мнению, там много было и врачей. Парис выдвигает на первый план студентов, семинаристов, священников, в особенности францисканцев и иезуитов. Архиепископ Загреба и Орден францисканцев сыграли активную роль в развязывании репрессий — половина из комендантов двадцати одного концлагеря были католическими священниками. Клерикальная печать провозгласила Гитлера «крестоносцем Господа» и объявила сербов «злейшими врагами хорватов, равно как евреи и масоны суть злейшие враги всей Европы». Евреи были названы космополитами и отщепенцами, которым не дано стать настоящими хорватами. Церковь еще и еще раз обличала евреев в генетической ненависти к Делу Христову, но считала, что сербы и мусульмане могут быть обращены.

Некий усташ, комендант одного лагеря так объяснил свое обыкновение убивать ежедневно по 3–4 тысячи новоприбывших лагерников: «Со временем к этому привыкаешь. Вид крови перестает тебя шокировать». Геноцид велся самым варварским способом: в дело шли ножи, топоры, кувалды. Трупы сваливали в овраги, сверху для верности бросали несколько гранат. Усташи даже не пытались скрывать массовые казни. Министр юстиции заявил:

Наше государство, наша земля предназначены для хорватов — и больше ни для кого. Мы не остановимся ни перед чем, мы пойдем на все, чтобы сделать хорватов истинными хозяевами своей родины, очищенной от православных сербов. Те, кто пришел на наши земли 300 лет назад, должны исчезнуть. И мы не скрываем наших намерений.

А вот что сказал один священник:

В нашей стране могут жить только хорваты. И мы прекрасно знаем, как надо поступать с теми, кто противится обращению в истинную веру. Лично я опустошил бы целые провинции, я бы убил там всех — и детей и взрослых. Если малое дитя встало на пути великого дела усташей, я убил бы его без малейшего раскаяния (Alexander, 1987; Avakumovic, 1971: 139–140; Hilberg, 1978: 453–458; Lauriere, 1951; Mirkovic, 1993; Paris, 1961; Steinberg, 1994; Tomasic, 1946).

Евреи и цыгане тоже беспощадно уничтожались — это была кость, брошенная немцам, чтобы они не лезли напрямую в хорватские государственные дела. Части вермахта были расквартированы в Хорватии на всякий случай. Но кровавые чистки сербов шли сами по себе, без вмешательства немецких нацистов.

ПРЕСТУПНЫЕ СОЮЗНИКИ ГЕРМАНИИ

Страны Оси остались независимыми государствами. Они не были в чистом виде марионеточными странами и обладали той или иной степенью автономии. Наименее независимой была Венгрия, затем шла Румыния, потом Болгария и, наконец, Италия как наиболее самостоятельная страна.

Венгрия

Элен Фейн рассматривает Венгрию как доказательство своего основного тезиса: Вторая мировая война оставила горы еврейских трупов именно в тех странах, где исторически был развит антисемитизм, как, например, в Венгрии. На самом деле венгерский антисемитизм