Воин пяти Поднебесных: Пророчество - Уэсли Чу

что Синьдэ обрел родственную душу, хотя немного завидовал.

Лунсянец и монах Ханьсу расступились, увидев Цзяня и Михе. Синьдэ принялся торопливо поправлять седло, потом обошел лошадь. Никаких следов хромоты у него не осталось.

— Готова?

— Что за спешка? — спросил Цзянь.

Он подумал: вдруг друзья согласятся погостить еще немного? Михе никуда не поедет без Синьдэ.

— Тайши наверняка разрешит вам остаться и поучиться у нее. Может быть, мы все сделаемся Шепотами Ветра.

Синьдэ добродушно улыбнулся:

— Это право есть только у одного из нас. И оно принадлежит тебе. Кроме того, у меня дела.

Он протянул руку Цзяню, и тот ее крепко пожал.

Синьдэ посмотрел на Пахма.

— Брат Пахм пообещал помочь мне. Ему нужно вернуться к своему настоятелю и отвезти кольца брата Люманя. Это совсем небольшой крюк, вот мы и решили ехать вместе.

Монастырь Каменного Цветка находился в противоположной стороне от Цзяи. Цзянь не стал придираться. Он повернулся к Пахму, который немедленно преклонил перед ним колено.

— Перестань, — буркнул Цзянь.

Он сам не понимал, отчего его так раздражало чужое поклонение. В Небесном дворце Цзяню кланялись при каждой встрече. А теперь ему от этого было неловко.

— Ты — воин пяти Поднебесных, Предреченный герой Тяньди. Нет поступка благочестивее, чем преклонить колени в твоем присутствии. Когда я поведаю братьям и сестрам о твоем возвращении, верные обрадуются.

— Ты этого не сделаешь, — произнес резкий голос.

Все повернулись и увидели согнутую Тайши, которая ковыляла к ним, тяжело опираясь на палку. Рядом шла Цофи, поддерживая ее, чтобы та не упала.

— Эй, эй, — запротестовала Михе, — я же сказала, ей нужно лежать!

— А что я могу сделать? Привязать ее, что ли? — огрызнулась Цофи.

— Тихо, лекарка, — ответила Тайши и повернулась к Цофи. — Ты тоже помолчи, девочка.

Ни от кого не укрылось то, что она обращалась к ним по-разному.

Тайши помахала клюкой, как дубинкой, подошла к Пахму и стукнула его по голове.

— Ты никому и словом не обмолвишься о Предреченном герое. Понимаешь, Ханьсу? Дай слово.

Пахм помотал головой.

— Не могу. Вэнь Цзянь — живой источник Тяньди. Он не только найден, но и жив. Как я могу скрыть это от верных?

— Если не скроешь, какой-нибудь дурак проболтается кому не надо, и скоро Немые нанесут нам визит. И тогда твой живой источник перестанет быть живым. Понятно?

Пахму не понравился полученный выговор. Великан понурился и отвел глаза. Синьдэ похлопал его по плечу.

— Не беспокойтесь, мастер Линь. Я поговорю с ним. Он не выдаст ни вас, ни Цзяня.

Тайши вздохнула:

— Уж поговори. Если ко мне явятся Немые и я переживу встречу с ними, то разыщу юного Пахма и сделаю себе доспех из его шкуры.

Цзянь и Михе в ужасе переглянулись. Тайши не бросала слов на ветер.

Они простились и пообещали присылать друг другу весточки, а потом Синьдэ, Михе и Пахм отправились по извилистой тропе вниз. Ветер стал холоднее, и Тайши вернулась в дом, оставив Цзяня и Цофи наблюдать за отъездом компании, пока та не превратилась в крошечное пятнышко у подножия горы.

Пусть даже после расставания прошло меньше часа, Цзянь уже тосковал. Он провел в одиночестве почти всю жизнь и наконец нашел друзей — настоящих друзей… и вот они уходили, а он беспомощно смотрел им вслед. Возможно, разлука была временной, как сказала Михе. Но могла оказаться и вечной.

Очевидно, тревоги Цзяня отражались у него на лице.

— Ты грустишь? — спросила Цофи, ласково коснувшись его плеча.

— Мне будет недоставать друзей.

Цзяню следовало сказать, что ему будет недоставать Синьдэ, Михе и Пахма, но в голове у него все перепуталось, и то, что он сказал, прозвучало искренне и вызывало сочувствие.

— Ну, я пока не то чтобы твой друг, но все-таки составлю тебе компанию, — отозвалась Цофи и обвела взглядом тихое плато. — Похоже, другого выбора нет.

— Ты остаешься? — удивленно спросил Цзянь.

Цофи криво усмехнулась:

— Да уж побуду еще. Мне нужно многому научиться у Тайши.

— Чушь какая! Драться ты не умеешь, я ни разу не видел, как ты упражняешься. Чему ты можешь у нее учиться? Она только и делает, что тебя шпыняет!

Цофи пренебрежительно хихикнула.

— Какой же ты простачок. Тайши — легендарный военный искусник. Она знает, что такое быть лучшей. У такого человека есть чему поучиться.

— Не понимаю…

Так часто бывало, когда Цзянь разговаривал с Цофи. И все-таки он был рад ее обществу. Он сомневался, что выжил бы здесь, на вершине, с одной лишь Тайши.

Цофи весело подняла бровь:

— И потом, Тайши велела мне учить тебя грамматике, математике и истории. И этикету, в каковом ты полностью несведущ.

— Э… что? — воскликнул Цзянь. — Ты будешь моим учителем, Цофи?

— Зови меня мастер Ву!

Она так и заливалась смехом, пока они возвращались к дому. Цзянь подумал, что Цофи слишком уж веселится на его счет.

Тайши ждала их возвращения. Король приближался к горизонту, и его оранжевые лучи озаряли Тайши сзади, окружая ее таинственным ореолом.

— Давно пора, — резко сказала Тайши, и тут же чары спали. — Я хочу есть. Разведите огонь и поставьте воду.

— Да, мастер, — дружно ответили Цзянь и Цофи.

Тайши выставила руку, преградив им путь.

— Цзянь, подожди.

— Что, Тайши?

Она тяжело оперлась на палку.

— Покажи мне удар.

Цзянь нахмурился.

— Сейчас?

Тайши молча смотрела на него.

Цзянь повиновался. Он сжал кулак и изобразил простой прямой удар. Короткий и резкий. Потом повторил левой рукой. Едва он успел разжать кулаки, как Тайши взмахнула палкой, целясь ему в голову. Похоже, она совсем не нуждалась в костыле. Цзянь успел заслониться. Тогда Тайши нанесла ряд ударов с разных сторон. Очевидно, она не тратила много сил.

Цзянь дал себе волю, не забывая о защите. Наконец он сделал ошибку — слишком высоко поднял руки, в то время как следовало прикрывать корпус. Тайши ткнула его в бок с такой силой, что Цзянь сложился пополам, затем стукнула в подбородок и опустила наконечник палки прямо на большой палец ноги. Цзянь с воем запрыгал на одной ноге; Тайши подбила вторую, и он рухнул навзничь.

— Ух, как это, наверное, было больно, — заметила Цофи без особого сочувствия.

— Чего вы от меня хотели? — поинтересовался Цзянь, когда Тайши помогла ему встать.

Та одобрительно кивнула.

— Просто, ясно, вдумчиво. Ты избавился от всех вредных привычек. Чистый лист.

Цзянь почесал в затылке.

— Что?

— Наконец ты готов учиться, — голос Тайши звучал до странности официально. — Я, Линь Тайши, предлагаю тебе, Вэнь Цзяню, стать моим наследником в школе Чжан семейного стиля Линь.

У Цзяня отвисла челюсть.

— А?..

До него дошло не сразу, но мало-помалу он все понял. Он несколько раз моргнул, сдерживая слезы.

— Вы уверены?

— Я не сомневаюсь, что на протяжении следующих лет много