Семья волшебников. Том 4 - Александр Валентинович Рудазов

капитана ее тоже все еще манила, хотя она собиралась стать хорошей пираткой, никого не грабить и не убивать, а только искать сокровища, открывать новые острова и побеждать всяких морских злодеев.

Это, наверное, уже иначе называется. Не пиратство, а что-то другое. Но Астрид хотелось быть именно пиратским капитаном.

– Я не буду пираткой, – сердито сказала идущая рядом Вероника.

– Ты будешь нашим корабельным библиотекарем, – пообещала Астрид. – Мы тебе соберем самую большую библиотеку в мире.

– На корабле-то? – наморщила нос неблагодарная сестра.

– А что? Ты вот читала биографию Мазетти? Прочти, это интересно. Его библиотека раньше не стояла тупо в центре площади, а летала по всему миру, а он в ней летал, и все у него кудесно было. И мы тоже построим не простой корабль, а летающий. И чтобы в другие миры проникал. Везде будем творить добро и пиратствовать.

Да, Астрид неожиданно увлеклась биографиями великих людей. Она пока прочитала только две, про Аристинду и Мазетти (три, если считать «Путешествия…» Ахима Горнолли, но он не прямо уж великий), потому что у нее еще и учеба, да и других дел по горло, да и читает она не так быстро, как ежевичина (будем уж глядеть правде в глаза), но ей понравилось про такое. Когда читаешь о чьих-то великих делах, и как кто-то пришел к успеху, и при этом знаешь, что это не выдумки какие-то, а про реального индивида, то это как-то особенно. Не сказочки всякие, которые любит ежевичина.

Начала Астрид с Аристинды, как и собиралась. А потом вернула ее биографию в библиотеку и попросила у Мазетти еще чью-нибудь… и он выдал собственную, причем им самим же и написанную. Мемуары свои выдал.

Нескромный дед.

Но у него интересные мемуары. Астрид сначала их даже не хотела читать, потому что он же просто библиотекарь, ну серьезно. Но оказалось, что он много чего повидал-то, и много в чем поучаствовал. Был знаком с кучей исторических персон, посетил чуть не все страны, бывал даже в царстве Зодчих и сражался с Темным Властелином.

И это только первая половина, дальше Астрид пока не дочитала. Не дошла еще даже до момента, когда он умер.

Но Мазетти – это другое. Он свои мемуары написал сам, причем после смерти. Уж позаботился осветить каждый уголок своей жизни, ничего не пропустил и ничего не забыл.

А вот Аристинда если и вела дневник или еще что, то оно либо сгинуло, либо хранится где-то в Империи Зла. Так что ее биографию написал какой-то посторонний халат, причем через сотню лет после ее смерти, по чужим словам и записям. Наверняка многое переврал. А даже если и нет – всяких деталей-то он про ее жизнь не знал, а в голову уж тем более залезть не мог.

Так что там была куча всяких предположений, «рассказывают, что…» и «по слухам…». Про то, как Аристинда вообще дошла до жизни такой – почти ничего, да про это и знают наверняка только она сама (а она давно умерла), да лорд Бельзедор (а он лорд Бельзедор). И Астрид, все это прочитав, немного осудила Аристинду, которая умерла, не озаботившись мемуарами, не рассказав потомкам всю правду о себе.

Мемуары Астрид непременно напишет. Но их же в старости пишут обычно. Или, как в случае с Астрид – в преклонной вечной молодости. Нескоро еще, короче. А если она вдруг возьмет и помрет внезапно, то ничего и не напишет. Мазетти тоже бы ничего не написал, если бы не ухитрился остаться библиотечным духом.

Поэтому Астрид решила не оставлять такое важное дело на волю случая. Она решила уже сейчас вести дневник. Когда-то в юности она его уже вела, но потом как-то забросила. Долго ничего интересного не происходило, и Астрид просто забыла о нем, а потом и вовсе потеряла.

А прошлым летом она его нашла, перечитала и порадовалась, что никто его не видел и не читал. Даже сжечь хотела, но потом все-таки решила приберечь в секретном хранилище.

Но с тех пор она очень повзрослела и поумнела, так что дневник решила вести не бумажный, а дальнозеркальный. Запустить собственный зеркальный канал.

– Я буду выходить на связь ежедневно в первом закатном часу, сразу перед ужином! – звонко вещала она, улыбаясь в дальнозеркало. – Все записывайте мой номер и время! Будет интересно!

Дальнозеркальные каналы может вести кто угодно. Достаточно нарисовать на стекле специальный знак – и оно начинает передавать тебя всем желающим. Пока идет передача, любой, кто набрал твой номер, сразу получает картинку.

Конечно, чтобы многие тебя смотрели, нужно, чтобы многие твой номер знали, а это не так просто. Тем более, что за пределами Мистерии дальнозеркала встречаются редко и в основном у всяких важных господ.

Тем не менее, некоторые номера известны всем. Кроме официальных новостных эфиров Мистерии и других великих держав, есть и частные лица, которых смотрит весь мир… ну, все, у кого есть дальнозеркала. Тот же Дзынь Бомк (это псевдоним), ведущий «Слова волшебства». Или Ардвин Краснобород, известный на весь мир путешественник-зеркальщик. Или ведущий кулинарный канал маэстро Мари-ль-Теос.

Астрид твердо решила стать такой же знаменитой.

– Сегодня день Стеклянного Скарабея, первый закатный час! – объявила она. – У нас закончились занятия, и мы с сестрой идем на поиски приключений!

– Мы же идем в дальнозеркальную мастерскую, – удивилась Вероника.

– Ну да, но кто знает, что нас ждет на этом пути? Что угодно может приключиться! Жизнь есть хаос, моя юная сестра. Хаос, элементы которого выхватываются нашим сознанием, чтобы наше субъективное восприятие ошибочно воспринимало его сквозь призму физических законов и придуманных нами правил, еще менее реальных, чем физические законы и… подожди… причинно-следственная связь!

Астрид дивилась самой себе. Понятия не имела, откуда в ней это берется. Как только засветилось дальнозеркало и началась передача на весь мир, из Астрид аж поперло красноречие. Все то, что им толковали на уроках метафизики, что иногда она слышала от папы с мамой, что порой выхватывала в книжках – все это само стало рваться с языка.

Но ничего интересного по дороге не случилось. Дальнозеркальная мастерская не в каких-нибудь трущобах или, еще лучше, диких джунглях, как хотела бы Астрид. Она на улице Алхимиков, совсем рядом с трактом Мудрости, так что уже через четверть часа сестры Дегатти вошли в светлую, просторную комнату, где в стеклянных витринах лежали самые разные дальнозеркала.

Обычные, стандартные дальнозеркала можно купить в любой лавке. Их производят в Индустрионе, грандиозной волшебной фабрике типовых артефактов. Кроме дальнозеркал оттуда происходят книги бесед,