Флинкс на распутье - Алан Фостер

— А как же иначе? Содружество гораздо крупнее и могущественнее нас. На сегодняшний день, во всяком случае. — Желтые глаза замерцали.

Вот, значит, как, подумал Флинкс, лихорадочно перебирая в уме возможные объяснения, оправдания и отговорки. Но откуда а-аннам известно о нем и, главное, о его уникальном Даре? Что они знают о случившемся на Ульру-Уджурре несколько лет назад и на Длинном Тоннеле совсем недавно?

Граф сделал жест, выражающий высшую степень интереса и восхищения.

— Ты путешествуешь на борту удивительного судна, господин Линкс. Одного из самых замечательных кораблей во всей галактике.

Так вот в чем дело! Изо всех сил скрывая облегчение, Флинкс перевел дух. Его изувеченная борцами за усовершенствование человека генетика тут совершенно ни при чем, равно как и тщательно скрываемый Дар. Их интересует «Учитель».

И все же особенно радоваться пока было нечему, напомнил он себе; свобода по-прежнему недосягаема. Пип в мешке, а без нее Флинксу, Тил и детям нечего и мечтать о том, чтобы одолеть одиннадцать элитных а-аннских солдат.

Ситуация, безусловно, изменилась, но трудно сказать, в какую сторону, лучшую или худшую. Граф Каавакс — представитель расы заклятых врагов челанксийской цивилизации. С другой стороны, он, в отличие от Коерлиса, был рептилоидом трезвомыслящим и внимал доводам логики. Лучше иметь дело с прагматичным а-анном, чем с одержимым человеком.

Однако для того, чтобы изменить ситуацию в свою пользу, нужно как можно больше узнать о Кааваксе. И начать легче всего со светского разговора.

— Вы прибыли сюда на шаттле? Если да, то там, на горе, теперь, наверно, ужасно тесно.

— Места вполне достаточно, просто потребовалось искусное маневрирование, — ответил граф. — Думаю, ты поймешь, почему мы не сразу пришли к тебе на помощь. Решили сначала как следует вникнуть в ситуацию, что мы и сделали.

— Чем вас мог заинтересовать мой скромный корабль?

— Пс-сасск. Ты, видимо, шутишь. По донесениям наших агентов, он способен садиться на планеты, что теоретически возможно, но практически до сих пор было неосуществимо для судна с КК-двигателем. Если донесения правдивы, это означает, что или ты, или твои знакомые наилучшим образом устранили это противоречие между теорией и практикой. Даже со скидкой на твою юность, думаю, нет необходимости объяснять тебе, насколько такое открытие интересно для военных, к какой бы расе они ни принадлежали.

Наши агенты узнали также, что ты не сообщил об этом открытии никому и используешь его исключительно в собственных интересах. Это удивило нас, но можешь не сомневаться: мы обязательно получим ответы на свои вопросы.

— Я получил это судно от друзей, — объяснил Флинкс проникновенно. — Подарок, понимаешь? Именно поэтому я решил никому не рассказывать о его возможностях.

По лицу графа Каавакса было видно, что эти слова не объяснили ему ничего.

— Но ведь люди, получив эти сведения, обрели бы и огромное преимущество перед нами.

Ответ Флинкса свидетельствовал лишь о том, что в военных делах он профан:

— Содружество и сейчас прекрасно справляется с Империей. Конечно, если бы у нас были корабли с такими двигателями, как на «Учителе», это дало бы нам преимущество, но лишь временное.

— Почему временное? — Щели в зрачках расширились.

— Ты же сам хвалился, какие у вас отличные шпионы. Рано или поздно они с помощью взяток или шантажа вытянули бы информацию, а то и просто выкрали бы ее. Как только на имперских кораблях появятся такие же двигатели, как на челанксийских, равновесие сил восстановится. Военных, конечно, гонка вооружений осчастливит, зато вряд ли она доставит удовольствие простому народу. Силы уравновесятся, но общий разрушительный потенциал возрастет. Ну, я и решил, что лучше помалкивать. В отличие от многих других людей и транксов, я ничего не имею против твоей расы. Насколько мне известно, проблемы, породившие конфликт между нами, давным-давно исчезли, так же, как и те, кто в свое время раздул эту вражду.

Граф принял позу, выражающую вторую степень непонимания вкупе с первой степенью несогласия.

— Очень эгоистичный подход и, следовательно, очень человеческий. Однако я воспитан в других культурных традициях, а они полностью исключают эгоизм. Империи нужен секрет твоего двигателя, потому что это обеспечит ей преимущество. Раса а-аннов не брезгует никакими средствами для достижении победы. Советую отказаться от юношеского идеализма, если хочешь и дальше пребывать в добром здравии.

— Я ничем не могу помочь тебе, — раздраженно проговорил Флинкс. — Я не инженер, не ученый и понятия не имею о том, как работает двигатель «Учителя» и как его конструкторы обошли уравнение Курита-Киношита или как у вас, а-аннов, это называется.

— С-сиссист. Об этом можешь не беспокоиться. На борту моего судна хватит специалистов, чтобы разобраться с твоим двигателем. Однако твой корабль умеет защищаться от вторжений.

Флинкс с трудом сдержал улыбку:

— Вы пытались проникнуть на борт моего корабля.

— Естественно. Иначе зачем бы мне гоняться за тобой по этим адским джунглям и теперь урезонивать тебя. Мы просто пересадили бы экипаж на борт твоего корабля и улетели.

— Оставив меня погибать.

И снова улыбка на физиономии графа отразила далеко не все его чувства:

— У тебя есть друзья. Ты бы выжил. — Он кивнул на тело Коерлиса. — Это несравненно больше того, что предлагал твой же соплеменник… Поскольку вооружение твоего судна не сравнимо с тем, которым располагаем мы, пришлось воздержаться от обстрела твоего корабля. Нам еще жить не надоело, и к тому же твой корабль нужен нам целым и невредимым. Мы не могли исключать, что он запрограммирован на самоликвидацию при высоком риске захвата, а это сведет к нулю весь смысл нашего пребывания здесь. Тогда и было принято решение: найти тебя и договориться по-хорошему.

— Как вам удалось проникнуть так далеко в глубь Содружества?

— Мы были очень осторожны, но все равно это оказалось нелегко. Помогло и то, что этот мир, хоть и лежит в сфере влияния Содружества, находится вдали от главных торговых путей.

Тебе также следует знать, что я уполномочен при необходимости идти на уступки. Моя задача — узнать секрет твоего корабля, а способы ее решения оставлены на мое усмотрение. Иными словами, я вправе предложить тебе значительную сумму. Ты можешь даже остаться владельцем своего корабля.

Если же ты отклонишь это в высшей степени щедрое предложение, я готов использовать другие средства для достижения нашей цели. Но в этом случае ты не получишь прибыли и даже лишишься того, что уже имеешь. Выбор за тобой.