Исполнитель желаний (СИ) - Анастасия Баталова

Эрн капризно надул губки:

— Ах так! Ну тогда я сейчас разнесу тут все к чёртовой бабушке! — он давно уже ввёл в обиход этот детский бытовой шантаж, и некоторые свои угрозы даже успел исполнить; например, он сделал так, что чайная чашка Магистра теперь ни за что не хотела подчиняться его мысленным приказам и летать по дому — потому почтенному старцу приходилось вставать и брести на кухню всякий раз, когда ему хотелось попить чайку.

— Ладно-ладно… — засуетился Друбенс; старик очень боялся того, что Эрн догадается об ещё одной его слабости и таким образом заколдует духовку, в которой Ниоб выпекает обожаемую Магистром сладкую сдобу, чтобы лакомства всегда подгорали или, напротив, не пропекались полностью.

Довольный Эрн устроился на сидении поудобнее, приготовившись внимательно слушать.

— Тайное Ущелье — это такое место, куда невозможно попасть, не имея четкого намерения попасть именно туда. Проще говоря, на него невозможно набрести случайно, и прийти к нему можно, только зная, куда идти. А наличие цели — зачем тебе нужно в Тайное Ущелье — или уверенность в том, что ты встретишь там кто-то определённого, ещё больше увеличивают твои шансы найти его…

— А зачем туда нам? — заинтересованный Эрн аж вцепился пальчиками в спинку переднего сидения, занятого пожилым колдуном.

— Не перебивай старших, — досадливо фыркнул Магистр, — кроме того, продолжал он, — Тайное Ущелье защищает всех, кто проник туда. Оно помогает им избавиться от преследователей, строя на их пути мосты-миражи или накрывая скалы густым туманом. Никто из тех, у кого есть хоть малейшие недобрые намерения по отношению к укрывшимся в Ущелье, не сможет попасть туда.

Машина тем временем свернула со скоростной трассы на крутую дугу развязки, которая практически развернула её в обратном направлении. Дуга эта, плавно спускаясь вниз, вливалась в более узкое пригородное шоссе, уже не огороженное пластиком.

— Почти приехали, — прокомментировал свои маневры Ниоб.

— Смотри направо, — добавил Магистр, — совсем скоро появятся Чёрные Скалы.

Машина ещё некоторое время катилась вдоль пестрой завесы осеннего леса, а потом деревья постепенно начали редеть, становиться ниже, корявее, покуда их цепь не прервалась совсем — взгляд глядевшего в окно Эрна уперся в огромное небо, ясное, синее — с правой стороны дороги открылся обрыв, шоссе проложено было по краю высокой отвесной каменной стены, под которой лежало озеро. Постепенно дорога покатилась под гору, и справа, заслоняя собою небо над водой, начали вырастать неровные зубцы скал из какой-то чёрной, блестящей на солнце словно рубероид породы.

— Какие они красивые… — взволнованно прошептал припавший к автомобильному стеклу Эрн.

— Говорят, что давным-давно в этих местах жил один человек, — начал рассказывать Магистр Друбенс, — он каждый день выходил к озеру и, сидя на самом краю одной из скал, играл на чёрной флейте. Так было много лет, день за днём, безо всякой перемены, пока однажды тот человек не уронил свою флейту в озеро. Она упала, и как только стихли на воде последние круги, возмущенные ею, тот человек спустился со скалы и ушёл в неизвестном направлении.

— Как его звали?

— Никак. О нем никто ничего не знал. Скорее всего, его вообще никогда не существовало, а вся эта история просто-напросто чья-то ловкая выдумка…

— Но вы ведь верите в неё?

Магистр обернулся и скользнул по лицу Эрна осторожным взглядом. Как же легко этот мальчишка задаёт ему настолько интимные вопросы! Почтенный колдун в последнее время решил не позволять себе чересчур много размышлять о древних легендах, его сознание успело накопить их огромное количество, он блуждал в хитросплетентях разных сюжетов, путался и терялся, и иногда Магистру становилось страшно увлекаться своими странными фантазиями, он боялся увязнуть в них, застрять, но всё равно, где-то в глубине его души жила робкая надежда, что найденная им флейта может оказаться частью какой-нибудь красивой истории, подобной этой, про Сидящего на Скале… Очень уж хотелось старику хоть раз за свою долгую жизнь соприкоснуться с чем-то поистине значительным, великим, вселенским.

Ниоб остановил машину.

— Всё, вылезай давай, — ворчливо поторопил Эрна Магистр, оставив его нескромный вопрос без ответа. Подросток толкнул дверь и, выбравшись наружу, с удовольствием начал разминать затекшие за время долгой поездки конечности.

Внедорожник стоял, загромоздив собою узкую песчаную дорогу. Со всех сторон его обступали скалы. Дальше ехать было невозможно — дорога резко сужалась, вырождаясь в тонюсенькую тропинку и продолжала спускаться вниз круче, чем прежде, петляя между чёрными каменными зубцами.

— Теперь пешком! — скомандовал Магистр Друбенс и, шумно захлопнув автомобильную дверцу, первым двинулся вперёд по тропинке.

— Как же машина? — удивился Эрн, — Если нас будут преследовать, то она ведь поможет напасть на след…

— Правильно! — обрадовался Магистр, — Спасибо, что напомнил. Ниоб, позаботься об этом.

Ассистент Магистра тотчас повернулся ко внедорожнику и, эффектно взмахнув своими широкими рукавами, неслышно пробормотал какие-то слова.

Массивный автомобиль тут же оторвался от земли, медленно проплыл по воздуху немного вперёд, а потом легко, точно воздушный шарик надутый гелием, поднялся наверх и послушно припарковался на каменной ступеньке одной из скал метрах в десяти над тропой. Сразу после этого невидимая кисть крупно вывела на одной из дверей внедорожника, той, что лучше всего видна была стоящим на тропе:

ВЫЗОВ ЭВАКУАТОРА

999-36-02

КРУГЛОСУТОЧНО

— Отлично! — Магистр звонко хлопнул в ладоши. — Такая блестящая идея маскировки могла прийти в голову только истинному мудрецу. Молодец, Ниоб.

И путники отправились дальше по узкой тропинке между скалами.

8

— Сюда… кто-то… идёт… — не без труда проговорил Герасим, поворачивая из стороны в сторону одутловатое лицо с шаровидным вишнёвым носом пьяницы.

Он сидел на пеньке среди камней сразу за выходом из Тайного Ущелья. Дальше, за густыми зарослями дикого шиповника, хмеля и ежевики начиналась тропинка в долину.

Перед Герасимом на фанерном ящике, покрытом скатертью из полиэтиленового пакета, стояли початая бутылка водки, картонная коробка сока, пластиковая тарелка с огурчиками, селёдкой и чем-то ещё, не слишком аппетитным; на утоптанной земле возле ящика валялись ещё бутылки, пустые, подсолнечная лузга, использованные пластиковые стаканчики и тарелки, по которым ползали крупные мухи, вокруг разбросаны были косточки домино.

Приятель его, Витёк, лежал на туристической пенке возле этого импровизированного стола. Он спал, но в руке у него алчно зажат был изрядно деформированный толстопалой ручищей стаканчик с остатками водки. Когда Герасим окликнул его, он засуетился, поднял голову с измятой белокурой паклей грязных волос, проморгал голубые глазёнки и, тупо уставившись ими в пространство, подал голос:

— Кто? Что?

— Идут, говорю, тупица… — сказал Герасим.

— Как идут? — вскинулся Витёк, — ты же сам говорил, что это такое место, куда вообще никто не может прийти, ни жена, ни начальник, ни тесть… И никто тут нам не помешает отдохнуть хорошенько!

— Ну да! Всё верно! — весело ответил Герасим, опустив на стол свой стаканчик и взявшись за горлышко бутылки, — они идут, да не дойдут! Место то, — он назидательно поднял вверх указательный палец, — волшебное! Вона как, етит его! — Герасим неловко налил себе водку, много расплескав через край. — Давай выпьем за это! — он швырнул щедрую прозрачную струю и в мятый стаканчик Витька, — да и Архип пусть выпьет! Где же он, вошь ему в чуб! Пошёл на минутку, и уже час нет его, спит, небось, где-нибудь в кустах…

9

— Стоп!

Магистр резко остановился, и шедшие позади Ниоб и Эрн едва не столкнулись с ним. Прямо под ногами почтенного мага, в полушаге от его выставленной вперёд остроносой туфли зияла пропасть. Дно её скрыто было густым туманом, и откуда-то снизу из глубины доносилось тихое ворчание горного ручейка, впадающего, вероятно, в озеро.

— Не пускает нас Ущелье. Есть там кто-то… По другую сторону… — задумчиво проговорил Магистр.

— Да нет! Всё в порядке! Взгляните туда, — воскликнул Эрн, указывая пальчиком чуть правее места, где они стояли, там пропасть становилась немного шире, но через неё были перекинуты аж три узких подвесных моста.

Мальчуган тут же сделал несколько шагов вдоль края пропасти, намереваясь воспользоваться имеющейся переправой, но был внезапно схвачен кем-то за руку. Это оказался Ниоб.

— Два из них — миражи, — коротко пояснил он, — и мы не знаем, какие именно. Когда Ущелье пускает, мост через пропасть всего один.

Густого белого тумана тем временем становилось вокруг всё больше, он медленно поднимался со дна пропасти, точно закипающее молоко, окружающие скалы тонули в нём, и уже на расстоянии вытянутой руки трудно было что-либо различить.