Warhammer: Битвы в Мире Фэнтези. Омнибус. Том I - Гэв Торп

Снег морозил его руки, и холод начал пронимать лежащего Феликса через одежду. Кольчужная рубаха, которую он носил под одеждой, никак не защищала от холода. «Можно подхватить простуду», — подумал Феликс и тут же засмеялся. Это будет меньшая из его забот. Он обхватил рукоять меча и приподнялся, встав на колени как раз вовремя, чтобы заметить очередного зверолюда, опускавшего ему на голову здоровенную шипастую булаву. Феликс метнулся вбок, перенося вес на одну руку, и взмахнул мечом. Булава пронеслась рядом с головой. Удар Феликса зацепил зверолюда прямо под коленями, пустив ему кровь. Тварь запрокинула голову и заревела от боли. Феликс ткнул мечом вверх, целясь в пах. Рёв стал невероятно пронзительным, а затем перешёл в жалобные завывания. Освободив меч, Феликс поднялся на ноги и резким взмахом практически перерубил врагу шею. Голова повисла, всё ещё держась на сухожилиях. Наружу вырвалась чёрная кровь, растапливая снег. Феликс продолжил путь. Начался снегопад. Снежинки попадали в глаза и частично ухудшали видимость. Кажется, поднимался ветер. «Это следствие волшебства, или просто обычная перемена погоды в этом холодном северном краю?» — гадал Феликс.

Впереди он заметил истребителей, сражающихся среди толпы зверолюдов и дикарей, более чем успешно сдерживая их. Вокруг них повсюду лежали тела мёртвых и умирающих врагов. Воодушевлённые присутствием истребителей, кислевиты дрались, как одержимые. Здесь, по крайней мере, хотя бы на секунду можно было поверить в то, что победа останется за ними. В стену ударилась другая огромная осадная башня. Какой — то запах, похожий чем — то и на мускус, и на духи, защекотал ноздри Феликса. Какое-то время он об этом не задумывался, но затем кожу начало покалывать, а в горле начало першить. Феликс почувствовал, как агрессивность покидает его, и обернулся поглядеть, где источник этого восхитительного аромата.

А вокруг него люди и зверолюды поступали так же, временно забыв о своей вражде ради потребности отыскать источник сладких запахов. Феликс увидел, как на стену укрепления обрушился массивный металлический подъёмный мост. Из осадной башни выпрыгнули причудливые, необычайно прекрасные и странным образом знакомые существа, и бросились в бой. Они выглядели, как женщины с бритыми головами. Несмотря на холод, они были практически голыми, одетыми в чёрные кожаные рубахи, что выставляли напоказ одну грудь идеальной формы. Вместо одной руки у них была клешня, похожая на крабью. В другой они держали: кто длинные острые мечи, кто хлысты, кто сети. Двигаясь со сверхъестественным изяществом, они рассыпались по зубчатым стенам. И везде, где они показывались, погибали люди. Феликс узнал созданий Слаанеша, Повелителя Непередаваемых Наслаждений.

Феликс увидел, как здоровенный воин — кислевит, только что расправившийся с тремя зверолюдами, стоял, словно баран на бойне, пока одна из прекрасных женщин клешнёй отсекала ему голову. Вместо того чтобы отомстить за его смерть, товарищи кислевита молчаливо ожидали, когда смерть придёт и к ним. Феликс очарованно наблюдал за происходящим, и его переполнял необычайный восторг. Было нечто крайне завораживающее во всём этом представлении: изящество женщин и то, как идеальными красными каплями искрится на снегу кровь. Нечто чувственное и глубоко возбуждающее. Феликс сомневался, что когда — либо видел хоть что — то столь же привлекательное, как эти женщины — демоны. Каким наслаждением будет принять смерть от их рук. В самом деле, он едва мог сдержаться. Феликс шагнул к ним, страстно желая почувствовать объятья смерти.

Глубоко сокрытая в душе часть его сущности вопила о том, что это неправильно. Они не женщины. Это демоны. Это враги. Он одурманен их феромонами или какими — то иными чарами. Однако Феликс ничего не мог с собой поделать. Ноги продолжали идти, словно принадлежали кому — то другому, меч ненужным грузом свисал в руке, и всё, что мог сделать Феликс — лишь не дать ему выскользнуть из пальцев на землю. На лице застыла улыбка. Такую же улыбку он мог видеть на губах прочих зачарованных защитников.

Зверолюд направил в него свой удар. Феликс не этого желал. Это помешает ему обнять облюбованное им женское существо, очаровательное создание с бледной кожей и яхонтовыми губами. Феликс уклонился от удара и отрубил нападавшему руку у запястья. А когда тот завалился назад, пронзил ему мечом горло. Позади он услышал топот бегущих ног и смачные звуки чего — то тяжёлого, врубающегося в плоть, словно мясницкий нож. Феликс искренне пожелал, чтобы это оказался не очередной соперник за благосклонность его избранницы. Он хотел оглянуться, чтобы удостовериться в том, однако не смог отвести от неё глаз. Только посмотри, как она улыбается, открывая взору эти сверкающие клыки цвета слоновой кости!

Что — то пронеслось мимо, и Феликс уже почти нанёс удар, прежде чем распознал Готрека. Истребитель собирается вызвать его на поединок за благосклонность демонической женщины? Что же, поглядим. Феликс уже примерился ударить Истребителя в спину, но что — то его удержало. Похоже, он не в состоянии двигать рукой. Посмотрев вниз, Феликс увидел сильную руку, обхватившую его запястье. Пытался побороться, но что — то обездвижило его с такой лёгкостью, словно он был ребёнком.

— Снорри думает, что уже довольно, — послышался за спиной Феликса грубый голос, откуда — то из области поясницы.

Феликс боролся со стальной хваткой и выкрикивал проклятия, видя, что задумал беспощадный Истребитель. Готрек продвигался среди последователей Слаанеша. Их лёгкое вооружение не могло соперничать с его топором, который теперь ярко сверкал зловещим красным светом. Одного за другим валил Истребитель на своём пути. Они погибали не так, как воины — люди. Упав, их тела исчезали в дожде искр и облаках мерзкой вони. Почуяв этот запах, Феликс освободился от чар и обнаружил, насколько был близок к гибели под действием пагубного заклятия. Похоже, это же уяснили и прочие люди вокруг него. Они встряхнулись, посмотрели на врага и снова бросились в бой.

Готрек зарубил последнюю из женщин — демонов, подскочил к стене и ударил топором по опущенному подъёмному мосту. Могущественные заклятья на оружии, достаточно мощные, чтобы изгнать из мира смертных даже величайшего из демонов, нанесли осадной башне столь огромные повреждения, каких нельзя было ожидать даже от сильного удара Готрека. В месте удара из чёрного металла брызнули искры, но вместо того чтобы исчезнуть, они мерцали и становились крупнее, охватывая адский металл, словно крошечные цепи кроваво — красного огня. Они мгновенно распространились из точки удара, пока не охватили всю огромную осадную башню, которая засверкала так, чтобы было больно глазам.