Тони Валентайн - Джеймс Суэйн

— А как вы познакомились? — поинтересовалась его соседка.

— Ой, вы не поверите, — покачала головой Кэт.

— Ну почему же?

— Тони пришел ко мне в спортивный зал и затеял драку.

— Что? — опешила Мейбл.

— Это долгая история, но мы все уладили.

— Драку? То есть он вас ударил?

Кэт хихикнула.

— Он мне нос расквасил.

Мейбл в ужасе повернулась к Валентайну.

— Ну, ты зверь!

Объявили посадку на Палм-Бич. Мейбл сверлила Валентайна глазами. Так же как и Зоуи. И все остальные люди, толкавшиеся у выхода. Поэтому Валентайн поспешил сесть в самолет как можно скорее.

Только во Флориде можно взять напрокат спортивный «БМВ» с пробегом девятьсот миль на одометре за сорок долларов в день.

Он переехал через мост в Палм-Бич, его фары тонули в ярком свете роскошных яхт и комфортабельных катеров, усеявших пролив. Игрушки богачей с названиями вроде «Котировка» и «Доу-Джонс». Члены команд, наряженные в белоснежную униформу, драили тиковые палубы под полной луной.

На дорогах острова его встретили пробки. Машины двигались по одной полосе из-за стройки. Валентайн медленно катил по главной улице в поисках шоссе. Он нашел его, когда уже начал думать, что заблудился, повернул налево и очутился в жилом квартале с домами в средиземноморском стиле с выпуклой черепицей. Дорого, но без фантазии.

За въездом в «Брейкерс резорт» картина изменилась. Дома превратились в особняки с высокими оштукатуренными заборами, стиснувшими узкую полоску пляжа. Максимально допустимая скорость понизилась до двадцати пяти миль в час. Валентайн ехал мимо стоявших у особняков сверкающих «Роллс-Ройсов» и дорогих итальянских спортивных машин.

Он помнил виллу Арчи по фотографии в журнале. Арчи выстроил себе уродливую махину, которая закрывала соседям вид на океан. Валентайн легко нашел ее — инициалы Арчи украшали ворота. Он подъехал ко входу для слуг и остановился за белым фургоном поставщика провизии, подождал немного, не выйдет ли кто-нибудь, чтобы прогнать чужака. Но никто не вышел. Тогда Валентайн выбрался из машины и просунул голову через кусты азалии.

Свет горел во всех окнах дома. У входных дверей стоял лимузин с правительственными номерами и шофером в униформе.

Порывшись в фургоне, Валентайн нашел белую куртку официанта и надел ее — она худо-бедно сочеталась с его брюками. Потом он уравновесил на ладони поднос.

Проникновение в незнакомое здание никогда не пугало его. Во времена службы в полиции он как-то расследовал ограбление универмага. Воры вошли в универмаг, взгромоздили себе на плечи шестиметровое каноэ и удалились. Тут все дело в том, как себя ведешь.

Валентайн открыл заднюю дверь и проскользнул в кухню, оказавшуюся огромным залом с двумя холодильниками, двумя плитами — и вообще здесь было по два всего того, чего остальным людям хватает и в единственном экземпляре. В кухне никого не было видно. В доме раздосадованный мужской голос сотрясал воздух. Валентайн подхватил со стойки блюдо с пирожными, поставил его на поднос и пошел на голос по длинному коридору.

Он миновал гостиную. В углу играло музыкальное трио. В конце коридора ему попалась кучка прислуги, топтавшейся перед закрытой дверью. Валентайн подвинулся ближе.

— Что происходит?

— Губернатор бушует, — прошептала кубинка в форменном платье горничной. — Совсем спятил.

Все улыбались, наслаждаясь такого рода развлечением. Из-за двери доносился голос губернатора:

— …да ты посмотри, до чего меня довел твой план, Арчи! На меня же дерьмо дождем льется, стоит включить телевизор, — и никакого просвета. Индейцы так не бесились с тех пор, как мы у них Манхэттен оттяпали. И чего ты теперь от меня хочешь?

— Подождите несколько дней, все само утрясется, — ответил Арчи.

— Да не утрясется оно, — орал губернатор. — С прессой так не выкрутиться. Я уже стал для них главным мерзавцем месяца. И если не пошевелиться, мне светит минимальный рейтинг к концу года.

— Вы не должны сдаваться, — настаивал Арчи. — Казино — ваше спасение. Сотни миллионов на налоги. А это все пройдет и забудется. Подумаешь, индейцы. До них и раньше-то никому не было дела, не будет и через неделю.

— Сколько миллионов? — уточнил губернатор.

— Триста миллионов в год, все просто.

— Ты можешь обеспечить такую сумму налогов?

— Как минимум, — отрезал Арчи.

— Это ж куча денег.

Губернатор уступил. Сейчас они поднимут тост. Валентайн схватился за ручку двери и повернул ее. Прислуга бросилась врассыпную.

Он вошел, закрывая лицо подносом. За богато украшенным столом сидело пятеро: Арчи, Брэнди, флоридский губернатор с кукольным личиком и двое его помощников. Ужин уже закончился, в центре стола красовался скелет индейки. А ведь именно индейцы приобщили первых поселенцев к индейке. Впрочем, Валентайн был уверен, что никто из присутствовавших не заметил этого подтекста.

— А вот и десерт, — объявил Арчи. — Привезли самолетом из парижского «Ла Бонн». Губернатор, вы никогда не пробовали таких пирожных со взбитыми сливками.

Губернатор блаженно улыбнулся. По его лицу было заметно, что он обожает пирожные со взбитыми сливками. Валентайн поставил поднос на стол. Потом достал визитку и бросил на тарелку губернатора. Губернатор уставился на карточку, потом поднял глаза на Валентайна.

— А вы кто еще такой?

— Тони Валентайн. Частный сыщик.

— И?

— Арчи ведет нечестную игру. Я подумал, вы захотите об этом узнать, прежде чем заключите с ним сделку.

Хозяин дома вскочил. На нем был смокинг, край скатерти он заткнул за пояс брюк. Арчи сердито выдернул скатерть.

— Это свихнувшийся старик. Не слушайте его.

— Так вы знакомы? — спросил губернатор.

— Он выполнял одно мое поручение, — брызгал слюной Арчи. — Но он чокнулся. Вот прошлой ночью…

— Арчи, — остановил его губернатор.

— Что?

— Ты с ним знаком?

— Да, губернатор.

— Сядь. — Губернатор повернулся к Валентайну. — Доказательства где?

Валентайн указал на Брэнди.

— Ее спросите.

Все посмотрели на Брэнди. Ее наряд в этот раз поражал больше, чем обычно. Простое черное платьице и ожерелье из сверкающих бриллиантов. Она взглянула на губернатора и кивнула.

— Арчи снимает сливки с казино, — тихо проговорила девушка.

— То есть получает прибыль и не платит налогов?

— Именно так.

— И сколько это уже продолжается?

— С тех пор, как он стал владельцем «Бомбея», — ответила Брэнди.

— То есть сколько?

— Двадцать три года.

Один из губернаторских помощников встал. У него на лбу словно было написано: бывший сотрудник спецслужб.

За пятьдесят, короткая стрижка, лицо без признаков интеллекта. Он что-то шепнул на ухо начальнику.

— О какой сумме идет речь? — уточнил губернатор.

— Двадцать миллионов, — сказала Брэнди. — Возможно, больше.

Губернатор подался вперед. Пресса часто изображала его глупым, однако Валентайн никогда