Из Тени (Dragon Age) - Krilena

Однако сама она стояла, сложив руки на груди, что говорило о том, что эльфийка была не такой уж и уверенной, даже побаивалась неизвестного человека, раз неосознанно выбрала позу, которая должна ей придать видимую грозность.

— Aneth ara, da'len, — кивнул в знак приветствия мужчина.

Произносить эльфийское приветствие будучи человеком крайне неразумная идея. Впрочем, и обращаться к этой девушке словом «da’len» то есть «дитя» — тоже. Поскольку он ещё пока не старик, да и она уже не ребёнок, а женщина. Хотя по ней, учитывая, что эльфы по человеческим меркам всегда выглядят моложе своих лет, этого и не скажешь. Однако маг не смог удержаться и застать очередного собеседника врасплох. И это у него получилось прекрасно.

Услышав от человека идеальную по произношению фразу на эльфийском языке, Шианни от неожиданности растерялась. Она даже постаралась получше разглядеть спрятавшегося под капюшоном гостя, чтобы убедиться точно, что под ним не торчат острые эльфийские уши. Да, этот странный мужчина по росту, конечно, на эльфа совсем не походил, но ведь эльфийка и людей не встречала, которые бы так хорошо говорили на эльфийском языке, буквально по-долийски. Потому что за свою жизнь такое приветствие она услышала единожды, когда в эльфинаже побывал эльф из долийского клана.

И пусть то, что человек так хорошо знает язык её народа, девушку удивило, но хагрен эльфинажа не выразила возмущения. Любой бы долиец сказал, что шемлен не имеет права прикасаться ни к наследию, ни к языку их народа, но городской эльф на такое решиться не мог. Хотя бы потому что она и сама языка своего народа не знала, только отдельные фразы. Впрочем, ей было это и не нужно. Сейчас её беспокоила вероятность осквернения более важной для городских эльфов святыни, чем древнее наследие.

— Прошу уважительно относиться к нашему дому, поэтому не надо прикасаться к венадалю, — озвучила эльфийка главную претензию всех эльфов, которые сейчас были на площади и смотрели на него. Из-за этих взглядов и накалившейся обстановки Шианни и решилась подойти к незнакомцу.

Но магистр будто бы и не замечал всех этих взглядов и до сих пор не убрал руку с коры магического дерева.

— Но в моих действиях нет ничего неуважительного, — состроив самую невинную физиономию из возможных, с наигранным удивлением произнёс Безумец.

— К венадалю нельзя прикасаться… шему, — Шианни, будучи главным лицом эльфинажа, чаще остальных сородичей приходится работает с людьми, поэтому она давно утратила привычку использовать это пренебрежение в сторону человеческой расы, но сейчас не удержалась. Хотя ей не хотелось провоцировать гостя.

— Ну, в первую очередь, я всё-таки маг. Да и он не против моего присутствия.

Снова женщина впала в растерянность. Мало того, её и удивил, и испугал тот факт, что к ним в эльфинаж забрёл маг, сказочки о возможной одержимости которых слишком уж хорошо известны любому сопорати церковного Тедаса, так ещё та часть его слов про венадаль была ей совсем уж непонятой.

— Что, значит, «не против»?

Безумец недовольно фыркнул. Объяснять о магических процессах сопорати всё равно, что рассказывать слепцу о разнообразии цветов в мире. Всё равно подходящих слов он подобрать не сможет, раз даже сейчас уже спровоцировал путаницу. Поскольку словами «не против» он заявил, что у венадаля есть разум в привычном для человека понимании этого слова. Но это не так. «Разум» дерева сколь необычнее, столь же и примитивнее обычного людского.

— Дай руку, — вместо пустой траты времени на объяснения, мужчина решил перейти к наглядной демонстрации.

Конечно же, выполнить просьбу странного человека эльфийка решилась не сразу. С неуверенностью она сначала осмотрелась по сторонам, будто хотела на лице своих сородичей увидеть подтверждение, что этому чужаку нельзя верить. Однако этого так и не произошло, зато вот любопытство из-за странной уверенности человека в своих словах оставалось сильно.

Когда он обхватил её запястье, оба они почувствовали брезгливость. Она — больше инстинктивную из-за неестественной холодности кожи мужчины, а вот он — уже полностью осознанную. Поскольку негоже магистру трогать разных ушастых оборванцев. И всё-таки от своих изначальных решений они оба не отказались.

Заставив эльфийку прикоснуться к венадалю, поверх её руки он положил свою. Тем самым Безумец добился, что бы магическая энергия дерева прежде, чем дойти до него, улавливалась магией, которая содержалась в крови девушки. То, что кровь эльфов отлична от людской, содержала в себе магические отголоски крови элвен, в Древнем Тевинтере было известно прекрасно. Поэтому для сложных ритуалов использовалась именно их кровь, по той же причине и Синод использовал эльфов. Правда этих «отголосков» будет недостаточно даже для того, чтобы она различала хотя бы долю тех магических процессов, какие чувствовал он. И всё же такой способ дал хоть какие-то результаты. Шианни всё-таки почувствовала небывалую ранее реакцию венадаля, поэтому-то теперь, одёрнув руку, удивлённо посматривала то на дерево, то на мужчину.

— Венадаль может говорить? — удивлённо воскликнула хагрен, не помня, что бы старики упоминали хоть что-то подобное об этом дереве.

Безумец снова фыркнул. «Говорить»? Это первое, что пришло ей в голову? Серьёзно?! Теперь хромой маг окончательно убедился в абсолютной бедности восприятия сопорати.

И эти существа ещё смеют утверждать, что это маги-то — ошибка природы? Магистр же с высоко поднятой головой готов был утверждать, что всё с точностью наоборот.

— Говорить-то, возможно, и может, — вернувшись к очевидной параллели между сопорати и слепцом, Безумец удержался от погружения в сложную магическую терминологию. — Но уже долгое время он находится в состоянии глубокого сна, или лучше сказать — анабиоза, из-за неблагоприятных условий. Поэтому эти своеобразные сигналы единственное, что от него можно получить.

— Как это «неблагоприятных»? Мы очень хорошо ухаживаем за ним. Поливаем… — перечисление садоводческой деятельности эльфийки прервал неожиданный смех мужчины, который он, как ни пытался, сдержать не смог.

«И почему у этих остроухих постоянно всё делается через одно место? — смеялся Безумец. — Одни так «тщательно» сохраняют свою историю, что всю её по несколько раз уже переврали. А другие о сложном магическом организме всерьёз заботятся, как об обычной огородной культуре.»

— Венадаль был создан древними эльфами, потомственными и могущественными магами, и сам является магическим растением. Так что, как думаешь, кто должен заниматься его уходом? — пока на него не набросились за, якобы, оскорбления, мужчина перешёл к объяснению причин своего смеха.

— Маги?

— Именно.

— Но почему? Что могут сделать маги, чего не можем мы? — искренне не знала Шианни, ведь в её понимании садоводство было полностью физическим трудом, а не магическим.

— Как минимум поддерживать магический баланс. В условиях такого небольшого клочка земли, которого вы ему выделили