За языком до Киева - Лев Успенский

Точно так же, если я начну слово «портфель» произносить с ударением на «О», я грубо нарушу норму литературного современного языка и меня следует строго поправить. Помните прибаутку: «Известный прОцент дОцентов носит пОртфели, но больший процЕнт доцЕнтов носит портфЕли»…

Вот почему я всегда выступаю против «довлеть» в значении «оказывать влияние, нажим, ДОВЛЕНИЕ». Вот почему следует отучать товарищей, произносящих «Алло» примерно с тем же русским окончанием, что и «трепло». Но, воспитывая их, нельзя перегнуть палку и обучить их произношению этого иностранного наподобие русского «алё». Дело-то ведь тут не просто в мягкости и твердости «л», а в его «иноязычном оттенке».

В свое время Игорь Северянин наивно думал, что создает точную и «нерусскую» рифму, сопоставляя слова «меню» и «не изменю». Но беда в том, что оба концевых звука во французском и русском словах имеют совершенно разный характер.

Слово «купейный»… Ну, прежде всего, это «профессиональное» словечко из языка железнодорожников. Затем, у него, несомненно, далеко не все в значении совпадает со словом «купированный». Говорят «купейное место», но НЕЛЬЗЯ сказать КУПИРОВАННОЕ МЕСТО: места не купируют. Говорят «доплата за купейность», однако нельзя сказать «доплата за купированность» — такую доплату пришлось бы выплачивать министерству или вагонному заводу. Словом — слово «купейность» в языке железнодорожников имеет твердую позицию, а раз это так, то крайне трудно будет поставить железный занавес на пути его проникновения в литературный язык: если в нем ощутится надобность (в таком слове), язык его примет и Вы его оттуда не изгоните никак. А Ваш вопрос: «Как образовалось это слово?» — не затрудняет ответом: при помощи суффиксов «ЕЙ-Н-ЫЙ» от слова «купе». Точно так же, как слово «желейный» образовано от «желе» или сочетание «филейная часть» — от «филе». Ведь они-то Вас не шокируют. А почему? Только из-за привычки.

«Бесталанный» — старое русское слово, означающее «неудачник», лишенный «талана», счастья. Заменять его словом «бесталанТный» мог предлагать только Б. Н. Тимофеев, не языковед по образованию, а языкофил-любитель. Во-первых, слово со звукосочетанием «нТн» в середине — уродливо с точки зрения духа русского языка; во-вторых, оно никогда не привьется, ибо у него есть старый ходячий синоним «бездарный». Так как «талант» и «дар» означает одно и то же, язык, разумеется, не пожелает создавать два равнозначных слова ради того, чтобы избежать возможности ошибки малограмотных говорящих. Ведь и народ замещает выдуманное, никогда в живом языке не существовавшее слово «бесталаНТНый» по причинам благозвучия. Произносить это НТН — язык сломаешь!

В последнее время у нас что-то обнаруживается все больше и больше великих любителей пересматривать многовековые пословицы, редактируя их с нашей современной точки зрения. Тот же добрый мой друг, покойный Б. Н. Тимофеев, с яростью утверждал, что известную пословицу «Попал, как кур во щи» надо читать «как кур в ощип», на том основании, что из петухов-де щей не готовят.

Не говоря уже о том, что старик Даль, великий дока по всяким русским свычаям и обычаям, толкуя слово «ЩИ», никак не ограничивает их мясной «состав», т. е. не указывает, варят их из говядины, телятины, баранины, свинины или курятины. Он пишет весьма обобщенно: «похлебка, МЯСНАЯ или ПОСТНАЯ, из рубленой и квашеной капусты». Далее указывается, что даже капусту можно заменять щавелем, свекольником и пр. Что же до «мяса», то в приводимых Далем народных изречениях есть и такое: «Дичь во щах — а все тараканы». Это желчное выражение использовал, как известно, Некрасов:

У людей-то для щейС солонинкою чан,А у нас-то во щах —Таракан, таракан…

Отсюда ясно видно, что щи могли быть из ДИЧИ, а не только из куриного мяса.

Больше того, большой лингвист А. А. Реформатский в своей очень доброжелательной рецензии на книжку Б. Тимофеева указал, что пословица в виде «во щи» существует еще в рукописных списках и сборниках XVII века. Что же до искусственного производного от глагола ОЩИПЫВАТЬ — ОЩИП, то его существование вполне возможно теоретически, но весьма сомнительно, чтобы оно могло появиться в таком именно словосочетании: «попадать в ощип».

Должен признать, что Б. Н. Тимофеева это не убедило.

Придумывают новые толкования для выражения «коломенская верста», «во всю Ивановскую», но, как правило, новые оказываются слабее старых.

Думается, и Ваша знакомая напрасно старается «рационализировать» старое, многовековое речение. «Смотреть в зубы» ничуть не менее нелепо, нежели «смотреть в глаза», с одной стороны, и чем «дать в зубы» — с другой. В обоих случаях мы сталкиваемся с типично народными ПЕРЕНОСНЫМИ, МЕТАФОРИЧЕСКИМИ словоупотреблениями. Конечно, тот, кто ударяет другого кулаком ПО зубам, ничего не дает ему В зубы. Однако фразеология существует именно с предлогом «В»; с предлогом «ПО» сказать тоже можно, но выражение не будет иметь той экспрессивной силы. То же самое относится и ко «смотреть ЗУБЫ» и «смотреть В зубы». Теоретически «смотреть зубы» в смысле их «разглядывать» и «изучать» — можно. Но экспрессивную силу имеет только выражение «смотреть В зубы». Спорить с этим может только педант, лишенный чувства языка. С его точки зрения, вероятно, и «косая сажень в плечах» следует заменить выражением «косая сажень при измерении ОТ оконечности одного плеча до оконечности другого». Народ так не выражается и СЕЙЧАС, и уж тем более не выражался в те далекие годы, когда слагалась его исконная фразеология.

Итак, «вопросы» Ваши исчерпаны. Что же до той части Вашего письма, в которой содержатся лестные для меня похвалы моим «Запискам»[26], то позвольте мне от души поблагодарить Вас за эти теплые слова.

Что касается до спора между нами о Потоцкой-Тиме, то я могу сказать одно: года два-три назад я раздобыл на краткий срок программку митинга и там с удовлетворением увидел фамилию Тиме.

Так как специально и много лет я занимался историей авиации в ее так называемую «героическую эпоху» (годы 1910–1915), то мне было бы очень интересно узнать фамилию Вашего троюродного брата. Ведь есть (и переписываются со мною) милые ветераны, летавшие еще в те годы. Было бы интересно побеседовать с ними на тему о Вашем кузене.

Всех институтцев — и Джемса Шмидта и Вальдгауэра — я помню отлично. Правда, они преподавали на ИЗО, а я учился на ЛИТО, но я был, кроме всего прочего, еще и секретарем учебной части курса и имел со всеми ними непрестанную связь <…>

1974. XL. 8