Англо-Бурская война (1899–1902) - Артур Дойл

О событиях в другой части Трансвааля в течение последних трех месяцев 1901 года рассказывать особенно нечего. Расположенные повсюду линии блокгаузов и посты констеблей нейтрализовали мобильность буров, которые все чаще попадали в пределы досягаемости британцев. Единственными сражающимися отрядами, оставшимися в Трансваале, были отряды Боты на юго-востоке и Деларея на западе. Остальные были озабочены лишь тем, чтобы спастись от преследования, а когда их перехватывали, они обычно сдавались без какого-либо серьезного сопротивления. Можно упомянуть о нескольких более крупных уловах, например, о трофеях Докинса в округе Нилструм (семьдесят шесть пленных), Кекевича (семьдесят восемь), Коленбрандера – на севере (пятьдесят семь), Докинса и Коленбрандера (сто четыре); Коленбрандера (шестьдесят два), но в основном пленных захватывали небольшими партиями, когда противника «выкуривали» из пещер, ущелий и с ферм.

Лишь два небольших боя в течение этих месяцев, по-видимому, заслуживают отдельного упоминания. Первый – нападение отряда Байса 20 ноября на подразделение железнодорожных войск, занимавшихся своей работой неподалеку от Вильерсдорпа на крайнем северо-востоке Колонии Оранжевой Реки. Эти войска, состоявшие главным образом из шахтеров из Йоханнесбурга, во время войны сослужили неоценимую службу. В данном случае отряд был внезапно атакован и большинство солдат захвачено в плен. Майор Фишер, командовавший пионерами, был убит, а три офицера и несколько бойцов ранены. Но тут появилось соединение полковника Римингтона, которое отбросило буров, оставивших в наших руках своего раненого командира Байса.

Второй бой начался острой атакой, предпринятой бурами Мюллера на колонну полковника Парка ночью 19 декабря у Эландспруита. Бой был жестоким, но закончился тем, что атака была отбита. Британские потери составили шесть человек убитыми и двадцать четыре ранеными. Буры, оставившие на поле боя восемь убитых, понесли, вероятно, не меньшие потери.

Теперь отличительной и наиболее приятной чертой Трансвааля стали спокойствие, царившее в его центральных провинциях, и постепенный возврат населения к своим прежним занятиям. В Претории уже произошло возвращение к нормальной, спокойной жизни, но и ее более крупный и энергичный сосед быстро приходил в себя после двухлетнего паралича. С каждой неделей все активней работали шахты, и неуклонный ежемесячный рост добычи показывал, что мощная сырьевая индустрия скоро восстановит свои силы. Но самым приятным было восстановление безопасности на железных дорогах, которые, если не считать некоторых ночных мер предосторожности, возобновили нормальное движение. Если оторвать взгляд от черных туч, застилающих горизонт, нельзя не возрадоваться все расширяющейся голубой полосе в центре небесного свода, говорившей о скором завершении бури.

Когда мы изучили кампанию в Трансваале вплоть до конца 1901 года, остается лишь представить хронику событий в Колонии Оранжевой Реки до этой же самой даты. Ранее мы упомянули только о двух небольших британских неудачах, произошедших в сентябре – потере двух орудий под Блумфонтейном и внезапном нападении на лагерь разведчиков лорда Ловата. В это время наблюдались некоторые признаки того, что планируется переход через перевалы Дракенсберга небольшого отряда Оранжевой Республики, который должен был оказать поддержку Луису Боте в его вторжении в Наталь. Однако продвижение основных сил отряда было остановлено, и демонстрация сил в поддержку бурского командующего завершилась ничем.

В Колонии Оранжевой Реки система блокгаузов была очень сильно развита, и мелким шайкам буров было чрезвычайно сложно избежать столкновения с британскими войсками, которые следовали за ними по пятам. Южная часть страны была отсечена от северных районов условной линией, которая тянулась через Блумфонтейн до границы с Басуто на востоке и до Якобсдаля на западе. К югу от этой линии сопротивление буров было практически подавлено, хотя некоторые отряды постоянно ее пересекали, подбирая остатки бурских частей. Северо-запад также в значительной мере успокоился, и в течение последних трех месяцев 1901 года в этом регионе не происходило никаких значительных боев. Даже на бурном северо-востоке, который всегда являлся центром сопротивления, британские войска, еженедельно присылавшие новые группы пленных, встречали незначительное сопротивление. Из всех командующих наиболее успешно действовали Уильямс, Дамант, Де Мулен, Лоури Коул и Уилсон. Их операции получали значительную поддержку со стороны Южно-Африканского полицейского подразделения. Один из молодых офицеров этого отряда, майор Пак-Бересфорд, особенно отличился своими способностями и храбростью. Его преждевременная смерть вследствие брюшного тифа явилась большой утратой для Британской армии. За исключением одной перестрелки, в которой участвовал отряд полковника Уилсона в начале октября, и другой – с участием группы Бинга 14 ноября, едва ли можно назвать какие-нибудь настоящие бои вплоть до событий в конце декабря, к описанию которых я сейчас и собираюсь приступить.

Тем временем организация мирного устройства в стране осуществлялась такими же быстрыми темпами, как и в Трансваале, хотя имеющиеся здесь проблемы были другого порядка, а население состояло исключительно из голландцев. Посещаемость в школах была на более высоком уровне, чем до войны, одновременно не ослабевал приток бюргеров, которые присягали на верность и даже вступали в ряды сражающихся против своих непримиримых соотечественников, которых они совершенно справедливо воспринимали как виновников своих проблем.

К концу ноября появились признаки того, что сражающимся бурам был разослан призыв вновь собраться в их старом убежище – в дистрикте Хейлброн, и в начале декабря стало известно, что неутомимый Де Вет вновь вышел на тропу войны. Он так долго находился в тени, что поползли упорные слухи о его ранении, и даже смерти, но уже вскоре он продемонстрирует, что он жив и невредим. Президент Стейн страдал от тяжелого заболевания, вызванного, вероятно, теми моральными и физическими лишениями, которые ему довелось испытать; но с невероятным упорством, заставляющим забыть и даже простить гибельную политику, приведшую его самого и государство к столь тяжкому положению дел, он периодически приезжал на своей знаменитой капской повозке в лагерь своих уцелевших приверженцев. Для тех, кто помнил, насколько широко было распространено в начале войны убеждение в нерешительности граждан Оранжевой Республики, стал откровением тот факт, что по истечении двух лет они все еще могли противостоять сокрушившей их силе.

Давно уже стало очевидно, что нынешняя тактика британцев, заключающаяся в прочесывании территории и захвате отдельных бюргеров, должна со временем привести к завершению войны. Единственная же надежда буров, или, по крайней мере, единственная их возможность добыть славу, заключалась в том, чтобы вновь объединиться в крупные отряды и попытаться провести последние бои хотя бы с некоторыми британскими частями. Именно с этой целью Де Вет в начале декабря собрал Вессельса, Мани Боту и некоторых других своих лейтенантов, вместе с отрядом численностью приблизительно в две тысячи человек в дистрикте Хейлброн. Как бы ни было мало его войско, оно было поразительно мобильно, и каждый боец в нем был ветераном, закаленным двумя годами беспрестанных сражений. Первые операции Де Вета были направлены против изолированной колонны полковника Уилсона, которая была окружена в двадцати милях от Хейлброна. Римингтон в ответ на гелиографические сигналы о помощи незамедлительно поспешил в район боевых действий и объединился с Уилсоном. Однако войско Де Вета не уступало в численности объединившимся отрядам, и он смог перерезать обратный путь в Хейлброн. Обоз и арьергардные подразделения подверглись решительному нападению, но атака была отбита. Той же ночью лагерь Римингтона был подожжен большим отрядом буров, но он благоразумно отвел своих людей от огня и таким образом не понес никакого ущерба. Потери в этих операциях были небольшими, но будь войска не такими искушенными в подобных методах ведения военных действий, ситуация бы оказалась более серьезной. В течение примерно двух недель после этого бюргеры ограничивались перестрелками с британскими отрядами, стараясь, избежать столкновения с двигавшимися на них силами Эллиота. Тем не менее, 18 декабря они предприняли наступление и в течение недели провели три боя, два из которых закончились их победой.

Штаб Британских войск получил сведения о том, что Кафирс-Коп, находящийся северо-западнее Бетлехема, стал центром бурской активности, и в этом направлении были посланы три соединения – Эллиота, Баркера и Дартнелла. Единственным значимым эпизодом в последовавшей затем небольшой стычке стала гибель известного бурского командира Хаасбрука. Когда отряды вновь разделились, будучи не в состоянии обнаружить цель, Де Вет внезапно продемонстрировал одному из них, что эта неудача никак не объяснялась его отсутствием. Дартнелл прошел по его следам до самого моста на Эландс-Ривер, когда бурский вождь внезапно выскочил из своей берлоги в Лангберге и набросился на его отряд. Бюргеры попытались подавить противника, как это произошло в Бракенлаагте, но натолкнулись на стойкое сопротивление ветеранов двух полков Имперской кавалерии и генерала, который был знаком со всеми их уловками. Всадникам не удалось подойти ближе, чем на 150 ярдов к британской линии обороны, затем они были отброшены плотным встречным огнем. Увидев, что продвижение вперед невозможно, и узнав, что на подходе находится отряд Кемпбелла, вышедший из Бетлехема, Де Вет после четырех часов сражения отвел своих людей. Среди британцев было ранено пятнадцать человек, потери буров были, наверняка, такими же, или даже большими.