Англо-Бурская война (1899–1902) - Артур Дойл

Те, кто внимательно следил за ходом военных действий, стараясь предвосхитить события, не были удивлены сообщением о продвижении Боты в Наталь и об энергичных атаках Деларея в западной части Трансвааля. Ожидавшие активных действий оказались правы, поскольку в последний день сентября бурский вождь нанес жестокий удар по отряду Кекевича, предприняв энергичную ночную атаку, которая переросла в ожесточенное сражение. Это был бой при Медвилле, поблизости от Магато-Нека, что в горах Магализберга.

Последнее упоминание о Деларее относится к его пребыванию в дистрикте Марико, неподалеку от Зееруста, где в самом начале сентября произошло два столкновения с войсками Метуэна. Оттуда командующий буров направился в Рюстенбург и дальше к Магализбергу, где объединился с отрядом Кемпа. Кекевич и Фезерстонхог двумя колоннами преследовали бурское войско. Кекевич вечером в воскресенье 30 сентября остановился лагерем на ферме Медвилла, заняв укрепленную позицию на местности в форме треугольника, образуемого рекой Селоус на западе, донгой на востоке и дорогой Зееруст-Рюстенбург в основании. Вершина этого треугольника направлена на север и указывала на горный кряж на противоположном берегу реки.

Солдаты в отряде Кекевича были в большинстве своем опытными бойцами, участвовавшими в сражении у Флакфонтейна – Дербиширский полк, 1-й Шотландский кавалерийский полк, части территориальной конницы и 28-й полк полевой артиллерии. Казалось, командиром были приняты все меры предосторожности; пикеты были выставлены так далеко, что гарантировали своевременное предупреждение в случае нападения. Но бурская атака началась рано утром настолько неожиданно и мощно, что посты на берегу реки были сразу отброшены или уничтожены, и стрелки, расположившиеся на высотах другого берега, получили возможность прошивать огнем весь лагерь. Численность отрядов была практически одинакова, но буры, получив огромное тактическое преимущество, повели игру, в которой они являлись непревзойденными мастерами. Никогда еще дух британцев не пылал так ярко, и от командира до последнего рекрута-йомена не было человека, который уклонился бы от этой трудной, почти безнадежной задачи. Буров во что бы то ни стало нужно было выбить с позиции, которая позволяла им контролировать лагерь. Невозможно было отступить, не оставив всех припасов. В сумятице и неразберихе сумеречного рассвета не было возможности осуществить согласованный маневр, хотя Кекевич расположил свои войска с потрясающим здравомыслием и весьма своевременно. Эскадроны и роты сосредоточились на берегу реки с единственной целью подойти к противнику как можно ближе и выбить его с командной высоты. Уже более половины лошадей и большое число офицеров и солдат пали под градом пуль. Шотландские кавалеристы, йомены и солдаты Дербского полка продвигались вперед, молодые солдаты не отставали от ветеранов. «Все солдаты держались просто великолепно, – сообщал очевидец, – они использовали малейшие укрытия и ярд за ярдом продвигались вперед. Эскадрону был отдан приказ – попытаться оседлать лошадей и обойти противника с фланга. Я едва сел в седло, как моя лошадь была дважды ранена. Два солдата рядом со мной, пытавшиеся сесть в седла, были убиты, а лейтенант Уортли ранен в колено. Я бросился туда, откуда мы вели огонь, и обнаружил, что полковник легко ранен, адъютант умирает, получив тяжелое ранение, а повсюду лежат убитые и раненые». Но вскоре контратака начала продвигаться. Вначале движение было слабым, но вскоре усилилось и переросло в стремительное наступление; Кекевич подбадривал своих солдат, и как только буры начали отступать под мощным натиском британских пехотинцев, в действие вступили орудия. В шесть часов бюргеры Деларея поняли, что их попытка обречена на провал, и началось полномасштабное отступление – бегство, которому победители не могли препятствовать, поскольку их кавалерия под градом пуль превратилась в пехоту. Разгром был полным – ни один патрон и ни один солдат не были захвачены противником, но за это была заплачена огромная цена убитыми и ранеными. Число потерь составило не менее 161, в числе них был и отважный командир, которому ранение не помешало продолжать выполнять свои обязанности в течение нескольких дней. Самые тяжелые потери пришлись на долю шотландских разведчиков и солдат Дерби, а территориальная конница доказала и на этот раз, сколь несправедливой была критика в ее адрес. В этой войне найдется немного сражений, в которых войска сражались бы более достойно.

Но даже разгром у Модвилла не обескуражил Деларея, этого сурового длиннобородого воина. С самого начала кампании, то есть с момента столкновения с Метуэном на дороге в Кимберли, он показал, что является наиболее опасным противником – упорным, изобретательным и неутомимым. С ним был отряд непримиримых бюргеров, ветеранов многих сражений, и имелся превосходный боевой подчиненный в лице Кемпа. Отряд растворился на широком пространстве населенной территории, и в любое время он мог собрать значительное подкрепление из людей, которые после окончания предприятия смогут вновь уйти на свои фермы и укрыться в убежищах. На несколько недель после боя у Модвилла бурские силы затаились в этом районе. Два британских соединения под командованием Метуэна и фон Донопа 17 октября вышли из Зееруста, чтобы зачистить окрестности: одно направилась в сторону Эландс-Ривер, а второе – в сторону Рюстенбурга. Они вернулись в Зееруст двенадцать дней спустя, после удачного рейда, во время которого происходили постоянные стычки и перестрелки, но лишь один бой достоин подробного описания.

Сражение произошло 24-го октября в местечке неподалеку о Клейнфонтейна на реке Грейт-Марико, протекающей к северо-востоку от Зееруста. Войска фон Донопа, пробиравшиеся по очень неровной, покрытой бушем местности, были яростно атакованы с фланга и тыла двумя отдельными отрядами бюргеров. Кемп атаковал фланг, врезался в цепь повозок и, прежде чем его отбросили, разрушил восемь из них, убив многих возниц-кафров. Деларей и Стенкамп атаковали арьергард и имели более серьезное столкновение. Бурские всадники вклинились между двумя орудиями 4-го артиллерийского полка и временно захватили их, но небольшая охрана состояла из ветеранов «Пятого боевого», которые достойно поддерживали традиции своего прославленного северного полка. Из всех команд подразделения, насчитывающего примерно двадцать шесть человек, шестнадцать солдат и молодой офицер Хилл были выведены из строя. Из группы Нортумберлендских фузилеров уцелевших почти не осталось, а сорок человек йоменов из отряда прикрытия были убиты или ранены. В течение небольшого промежутка времени продолжался яростный и жаркий бой на самой короткой дистанции. Но на выручку примчались британские кавалеристы, и атака, захлебнувшись, откатилась на ту изрезанную местность, откуда она и началась. Сорок погибших буров, оставшихся на поле боя вместе со своим храбрым командиром Остерхойзеном, стали свидетельством того, как мужественно было отражено это нападение. Британские потери составили восемь человек убитыми и пятьдесят шесть ранеными. Довольно потрепанные, потерявшие восемь фургонов, части направились обратно в Зееруст.

После этого эпизода на данной сцене военных действий до самого конца года не произошло ничего особо важного, за исключением стремительного и хорошо организованного боя у Бестекрааля, случившегося 29-го октября, во время которого семьдесят девять буров были окружены и захвачены кавалеристами Кекевича. Процесс изматывания противника проходил очень медленно, но каждая из британских частей регулярно сообщала о захвате пленных. Система блокгаузов была теперь столь протяженна, что Магализберг стал почти неприступным, кроме того, была протянута линия от Клерксдорпа и Фредерикстада до Фентерсдорпа. Один из патрулей йоменов полковника Хики 13 ноября подвергся жестокому нападению у Бракспрейта, но за исключением этого эпизода количество набранных очков было в нашу пользу. Метуэн и Кекевич совершили в начале ноября переход из Зееруста в Клерксдорп и действовали со стороны железной дороги. В конце года оба находились в дистрикте Волмаранстад, где собирали пленных и зачищали местность.

О событиях в другой части Трансвааля в течение последних трех месяцев 1901 года рассказывать особенно нечего. Расположенные повсюду линии блокгаузов и посты констеблей нейтрализовали мобильность буров, которые все чаще попадали в пределы досягаемости британцев. Единственными сражающимися отрядами, оставшимися в Трансваале, были отряды Боты на юго-востоке и Деларея на западе. Остальные были озабочены лишь тем, чтобы спастись от преследования, а когда их перехватывали, они обычно сдавались без какого-либо серьезного сопротивления. Можно упомянуть о нескольких более крупных уловах, например, о трофеях Докинса в округе Нилструм (семьдесят шесть пленных), Кекевича (семьдесят восемь), Коленбрандера – на севере (пятьдесят семь), Докинса и Коленбрандера (сто четыре); Коленбрандера (шестьдесят два), но в основном пленных захватывали небольшими партиями, когда противника «выкуривали» из пещер, ущелий и с ферм.