Оборотный город - Андрей Олегович Белянин

— Слава богу, — ответил за всех Прохор как старший. — Чего надо, хлопцы?

— Да сам генерал отправил бдеть, чтоб ваш характерник не утёк, — честно признались оба.

Мы переглянулись: вот оно, значит, как. Ну спасибо, добрый дядюшка, что не забываете нас и вниманием своим особым не обходите. Хорошо ещё, конную полусотню не отрядил охранять моё величество. А двух казачков да чтоб меня остановить, так маловато будет, как ни верти…

— Парни, я пошёл. Если что, задержите этих охранников. Но не бить и не убивать! Свои всё-таки…

— То есть это нам сейчас без оружия на двоих бравых казаков при саблях с голыми руками идти и не дай те бог их лишний раз пальцем в глаз ткнуть? — засучивая рукава, уточнил Шлёма. — Добрый ты человек, хорунжий…

— И в нас верящий, — с уважением завершил Моня. — Но раз оно тебе надо, так тут мы костьми поляжем, а не подведём!

— Вы особо не разлегайтесь тут. Жду вас через полчаса на кладбище.

— Ага, там и жди, куда ж нас ещё отнесут? — резюмировал Шлёма и заткнулся лишь после очередного воспитательного подзатыльника.

Я достал из-за пазухи ещё один пакетик с порошком для горячего питья и передал Прохору, напомнив выпить перед сном. Если выберусь раньше, сам прослежу, чтоб не забыл про лекарство. После чего закинул мешок за спину, козырнул станичникам и быстро ушёл за конюшню.

— Эй, ты куда, Иловайский?

— На кудыкину гору, к шапочному разбору, своей любимой маме купить шляпку с цветами, — популярно пояснил мой поэтичный денщик, и два упыря белыми ангелами с рёвом пошли в атаку.

Чем у них там дело закончилось, я смотреть не стал, кровососов-патриотов так сразу не убьёшь, а меня, прыгающего через плетни и заборы не хуже гордого арабского жеребца, тоже не с перепугу догонишь. Тем более что кладбище — последнее место, где наш догадливый генерал соберётся меня искать. Скорее вдоль Дона дозорных пошлёт, решив, что я вплавь на тот берег подался, в степях татарских счастья да воли искать. Оно и разумней, конечно, но я ж там без коня, а донцы верхами меня в один день изловят и доставят дядюшке к крыльцу, празднично опутанного бантиками, с ромашкой в зубах для пущей красоты!

Ну а так я бодренько удрал за село без особых проблем с нашими постами (никому и дела не было, куда я попёрся) и, широко шагая, двинулся в сторону старого погоста. Чумчары по пути не попадались, а может, и сидели где-то в кустах, но не рисковали нападать, прекрасно видя, что я при оружии. Они ж хоть твари и злобные, но не без мозгов, что огорчает…

В голове бродили разные и противоречивые мысли, толкаясь, суетясь, перепихиваясь локтями и требуя к себе самого пристального внимания. Во-первых, стоило ли мне всё-таки бежать? Дядя мой будет в ярости, и первый, кому достанется, несмотря на всю болезнь, это мой преданный денщик. Он за меня в ответе, значит, он вечно крайний. Но у него и служба такая, не первый раз и не последний…

Во-вторых, если с другой стороны глянуть, может, Катенька меня и не выгонит, но к себе жить хоть на день-два она меня тоже ни разу не приглашала. А коли опять сюрпризом заявлюсь, так и не факт, что жутко рада будет, она у нас девица капризная. Воблу заберёт, а меня выставит взашей, это у неё запросто. И кстати, раз она девица незамужняя, так ей меня на ночь оставлять одно приличие не позволит, да и я сам не хотел бы и тень дурную на неё бросить…

Но, как ни крути, если останусь тут — родной дядя меня хоть бы и в кандалах с кляпом во рту под венец выставить не постесняется! Знаю я его, хрыча старого… Озаботился моим счастьем исключительно в своём понимании, и попробуй сказать при батюшке в церкви «не хочу жениться…», там же и убьёт об пол насмерть!

Дотопав до серых вязов старого кладбища, я ещё издалека узрел приветственно подпрыгивающих кровососов. И как только они сумели добраться сюда раньше меня? Наверное, им наши казачки нагайками скорости добавили, не иначе…

— Чудом вырвались, хорунжий, — радостно оповестил Шлёма, сияя широкой улыбкой, на два зуба меньше, чем было. — Ох и драчливый народ у вас на Дону, не глядя в рыло бьют и паспорт не спрашивают!

— Сами не порвали никого?

— Нешто мы псы цепные али чумчары беззаконные? — с мягким укором помотал головой Моня. — Вон сами все в синяках, а станичников твоих и в пузо не пихнули ни разу… Соображаем же!

Это правильно, покалечь они хоть одного, за ними бы наутро весь полк при пиках и знамёнах мстить заявился. У нас баловать не позволяют, кровь казачья не водица! А так упыри отделались потерей пары-тройки зубов, десятком синяков и шишек, порванными рубахами, да одному из дядюшкиных соглядатаев пополам нагайку перекусили. В отместку, чтоб уж не совсем с нулевым счётом партию проигрывать.

— Ща, погодь, слегонца в луже поваляемся, хоть чуток грязью морды освежим и махнём в Оборотный. Да, с тебя пара стопок у Вдовца!

Я согласно кивнул. Чего спорить, они свою водку честно отработали. Вниз по винтовой лестнице уже спускались с шутками и смехом. Драка с настоящими казаками, окончившаяся тактически успешным бегством по селу, перепрыгивание через кур и преследование со стороны деревенских псов до такой крайности возбудили начавших толстеть упырей, что они даже решили открыть для престарелой нечисти Оборотного города отдельные курсы общего омолаживания организма!

Чего уж проще, выходи к селу, строй рожи, ори дурным голосом, дожидайся первого лая и успевай унести ноги! Самое главное, что претензий от тех, кто не успел убежать, точно не будет. Собаки на селе такие, что если догонят, так уж… всё, ни клиента, ни претензий! Да и хоронить нечего, тоже со всех сторон экономия.

Шлёма с умным видом только кивал, дескать, зуб даю из немногих оставшихся, что спрос будет! Я также поддержал — дело хорошее, но с поправкой, ну их, собак, проще с казаками на ту же тему договориться. Если нашим хлопцам за приличную порку нечисти будут ещё и хоть по копеечке на руки приплачивать, так там весь полк втянется. Как на боевое дежурство очередь заведут, кому ж не в радость заезжему чёрту поперёк рыла накостылять!

У англичан это «бизнес» называется, так кто ж против подзаработать?! Вот только бы дядя не вмешивался, да царь-батюшка