Бордель: Призови мою боль - Lion_official

тёмные брови на переносице и начала загибать каждый пальчик, пока не остановилась на четырёх. Затем она подняла руку и показала папе.

— Покажи, сколько тебе! — потребовала и ожидала, что приказ должен быть выполнен сию секунду.

— Боюсь, малышка, мне не хватит всех пальцев, чтобы показать, какой я старый! — посмеялся в ответ, и небольшие морщинки собрались у его глаз. Тереза заметила их и невольно охнула. Иногда совершенно вылетает из головы, сколько ему, и какая разница у них в возрасте. Одиннадцать лет на сегодня — вот она, разница.

* * *

— Нет, давай ещё немного поплаваем… — попросила его, схватив под водой за руку. Изумруды удивлённо обратились на такую просьбу.

Яхта на некоторое время прекратила свой ход, чтобы гости могли провести время в открытом океане. И это время длилось для них вечность. Сначала они поплавали на гидроциклах, даже Ханна умудрилась выпросить поездку, но очень медленную, потому что за рулём был Гарри. А затем, как только довольная малышка сошла обратно на яхту, он лишь качнул головой на место позади себя, и Тереза всё поняла без слов.

С какой уверенностью он рассекал, заставлял её даже иногда вздрагивать от страха, но при этом держал всё под контролем. А сейчас она заставляла их задержаться в воде хотя бы на пять минуточек, и он сдался. Гарри подплыл ближе, чтобы поглядеть сквозь тёмные стёкла очков в её просящие глаза.

— Тебе ведь тут очень нравится, — усмехнулся мужчина, — Вся эта морская тема, жизнь на яхте.

— Да, — мягко улыбнулась, правда ощущая тёплое чувство внутри.

— Но почему? В детстве мечтала быть матросом-женщиной?

— Очень смешно, — Тереза наклонила голову чуть в бок, как бы строго окинув его взглядом, — Я чувствую здесь себя такой свободной.

— Не так, как в ЛА?

— Там работа, там папарацци, там ты постоянно занят.

— Думаешь, я не уделяю тебе достаточно внимания?

— Нет, я просто сильнее скучаю по тебе. Вот и всё.

Она первой поплыла к лестнице, чтобы выйти на яхту, а Гарри просто следовал за ней, наблюдая заинтересовано. Господи, как шикарно она выглядела в своём синем простом купальнике. Его взгляд опустился ниже положенного и впился в бёдра, которые медленно двигались, как только она поднимала ноги по лестнице. И этот вид полностью скрылся, как только Тереза юркнула в своё пляжное платье.

Ханна сейчас ужинала с Эмили, никого не было видно на горизонте. Поэтому он воспользовался моментом, и когда темноволосая плюхнулась на белый диванчик, Гарри сразу, в мгновение, нашёл себе место рядом. Вечерело понемногу, совсем скоро сумерки опустятся на эту яхту.

Ей сразу стало теплее, когда всё ещё влажное тело прижалось. Тереза продолжала держать глаза закрытыми, наслаждаясь последними лучами заходящего солнца, пока так блаженно его руки, словно лианы, не завладели полностью её телом. Тихое, но тяжёлое дыхание даже немного оглушало, потому что Стайлс близко-близко лёг и уткнулся носом в её ухо.

Не нужны были сейчас слова, чтобы понять, какое чувство овладело ими. Большая, крупная муха-любовь. И они наслаждались компанией друг друга, наслаждались тем временем, когда никого не было рядом, никто их волновал, не дёргал.

— Ты всё ещё хочешь поплавать? — осторожно прошептал, задумав небольшую аферу. Из головы просто не выходил один единственный образ.

— А ты хочешь? — не сразу сдалась, а затем подняла голову, — Мы уже отплыли.

— Так здесь есть бассейн, пойдём.

Гарри встал и протянул свои руки девушке, и она быстро последовала, вняв всему, что он предлагал прямо сейчас. Дорога вела к площадке наверху, где они вчера ужинали. Большой бассейн уже подсвечивался: становилось всё темнее и темнее. Тереза вновь стянула своё платье и отбросила в сторону, пока мужчина заходил в бассейн, отметив, что вода довольно тёплая.

Раздвигая руки, девушка опустилась в воду по подбородок и сразу устремилась к другому краю бассейна. Напоследок она игриво глянула на Гарри, как бы заманивая за собой. Её серые глаза сейчас излучали азарт и баловство, но ведь это только на руку мужчине. Поэтому он якобы послушно и лениво последовал за ней. Догнал у бортика довольно быстро, но поспешил припрятать свой план куда подальше, поэтому на губах застыла простецкая улыбка, а в глазах пустота и напущенное любопытство.

— Знаешь, — держась, как поплавок, Гарднер повернула голову и посмотрела на прекрасный вид океана, — тут так хорошо… — протянула последнее слово и продолжила, — Мы свободны здесь с тобой, наслаждаемся жизнью, предоставлены друг другу. Разве это не рай?

— Ты бы хотела тут остаться? — Гарри сделал попытку разгадать её мысли.

— Нет, я очень хочу вернуться домой. Я скучаю по нашему дому, по делам, по обыденности.

— То есть тебе не совсем понравилось быть со мной в поездке? Я всё-таки оторвал тебя от дома, и ты тоскуешь?

— Нет, эта поездка освежила меня, а время с тобой о многом напоминает.

— Например, о чём? — в его голосе проскользнул явный интерес. Тереза редко высказывала свои мысли так на духу.

— Например, о том, что ты любишь всё контролировать. Я также задумалась о том, как действительно дорожу нашей семьёй, и куча других моментов, — Тереза отмахнулась, не желая продолжать эту тему.

Да только Гарри был настроен на другое. Он прижал её к бортику и крепко обнял, скрывая свои руки под водой.

— Нет! Продолжай! Я хочу послушать.

— Ты хочешь услышать хвалу в свою честь? — хитро улыбнулась и подняла свои руки к его лицу. Аккуратно и осторожно она с задумчивым взглядом убирала шоколадные пряди со лба. А он ничего не ответил на вопрос, — Ты правда очень изменился, хоть и пытаешься иногда это отрицать. Поначалу, когда мы сошлись, я ожидала будто бы с нетерпением момента, когда ты оступишься. Мне не верилось, что ты можешь переобуться в ботинки честного человека. И вот посмотри на себя… — Тереза серьёзнее взглянула в изумруды, обхватив ладонями лицо крепко-крепко, — Ты очень хороший человек, и мне кажется, что всегда им был, на самом деле. А совместная поездка только показала, что ты хорош во всём.

— Как ты однажды сказала… — он быстро копнул в свои воспоминания туда, где она сказала одну странную, даже глуповатую вещь, — Я — фрукт?

Ах, да. Она сравнила его с Энди-овощем. Было дело. И сравнение не очень.

— Да, самый сладкий, самый вкусный… — ей нравилось хвалить его, потому что он сразу расцветал на глазах.

Его губы медленно опустились к щеке, затем прошлись по челюсти чуть ниже, пока он и вовсе не уткнулся в шею своими влажными поцелуями. Она смущённо прикрыла глаза, зажав нижнюю губу зубами. Чёрт… Это