Чужое тело-1 - Изверин Сергеевич

— А так остальные что?

— А что остальные? Казначей наш пьет вина больше, чем иная лошадь воды. А графу Дюка лучше под руку не попадаться. Он быстрый, как Порождение. Вроде кланяешься ему, а он на тебя и не смотрит, и через пару вздохов получаешь пинок и на стене размазываешься.

Ага, это да. По губе он мне быстро сработал. Рефлексы воина, все ж. Жалко только, что они не по назначению применяются, а на детях да крестьянах. Вот, ещё какой-то бунт был недавно, сегодня слуги шептались…

Проснувшись, я пошел в душевую, умылся. Привел быстро форму в порядок. Повел влажными ладонями по воротнику, чтоб форму держал. Ну, теперь сдаем пост. А потом можно и домой, отоспаться.

— Доброе утро! — Раздался с лестницы голос Валерий Алексеевича. — Так, что в порядке, что не в порядке?

— Да все хорошо! — Вербицкий. — Даж никто не шарился. Один раз свет мигнул, ну так мы обход сделали дополнительный. Замки целы, печати нетронуты.

— Отлично.

Со сменой разобрались быстро. Зевающий Мишка пошел переодеваться, Лимон остался на контроле камер. Вербицкий сбежал быстрее всех, он и вечером-то на фургоне приехал.

— Валерий Алексеевич, вопрос можно?

— О? — Удивился заместитель генерального.

— Знаете, тут у меня друг один стрелять очень хочет научится… Что бы вы ему посоветовали?

— Ствол при тебе? — Деловито спросил Валерий Алексеевич.

— Нет, я его припрятал пока что.

— Вот это уже умно. Значит, для начала, возьмем наши ИЖ. И сходим с тобой в тир.

— Коньяк с меня! — Обрадовался я.

— И не вздумай ствол с собой таскать. — Предупредил меня Валерий Алексеевич. — Вообще, не знаю зачем оно тебе надо, но… Может, сбросишь его?

— Как клад закопать, что ли?

— Нет. Слишком уж понтовый ствол, на деле-то. "Чезетта". — Задумчиво сказал Валерий Алексеевич. — Слишком понтовый. Киллеры и прочее используют что попроще, например, ТТ китайский, их в стране как грязи. Завалил клиента и сбросил. А ствол ценой в две штуки долларов как-то бросать-то жалко… Так что хорошо подумай, что же ты со стволом будешь дальше делать.

Я и подумал. Вот уже неделю с ним сплю, разве что не как с женой, а толку-то чуть. Просыпаюсь, и сразу прятать подальше, чтоб мамка не заметила в кровати. Ещё и тайник сделал, чтобы домашние не дознались.

— И если узнаю, что ты его тут прячешь, на фирме…

— Не, у меня свое место есть.

Через пару дней мы уже стояли в около большого стадиона.

— Ствол свой не принес? — Подозрительно спросил меня замдир, пикая ключами сигнализации своей "Тойоты".

— Никак нет, Валерий Алексеевич! — Отозвался я. — Что мне вас подставлять-то?

— Отрадно. Ладно, пошли!

Стадион не самый большой в городе, но и не маленький. Раньше я тут мимо на троллейбусе ездил, но и подумать не мог, что за серым обшарпанным зданием столько всего есть. Сверху бегают спортсмены, справа стучат мячами не то волейболисты, не то баскетболисты, из коридора напротив слышится азартное хеканье и стук блинов на тренажере.

Царство спорта, короче.

И тир под стать.

Оплатив пять часов на двоих и патроны, прошли внутрь. Валерий Алексеевич отказался от инструктора, показали свои удостоверения охранников, получили под роспись сотню патронов. Надели белые защитные очки и наушники.

По раннему времени никого нету ещё, а тир здоровенный, в длину метров тридцать, а то и больше. И широченное здание, светильники забраны поцарапанными бронестеклами, над мишенями горит красное табло.

— Начнем со стойки. — Валерий Алексеевич выдал мне один ИЖ, наше табельное. Я взял ствол, направил его в сторону мишени, проверил предохранитель, выщелкнул магазин, передернул затвор, прицелился в мишень и дернул за курок. Пистолет сухо щёлкнул.

Валерий Алексеевич одобрительно посмотрел на меня.

— В армии мира есть несколько стоек с оружием. У нас и в Германии пистолет держат одной рукой. В США и прочей Европе двумя руками. Почему так? Так сложилось. Наши стойки все пошли от дуэльного кодекса царской армии. Становишься боком к противнику, вытягиваешь ствол на одной руке и палишь в него. У кого нервы крепче, рука не дрогнула и прятаться не начал, тот и победил. Сам понимаешь, что если я встану боком к противнику, то… — Валерий Алексеевич обвел рукой свою грудь, провел по бокам, не поднимая воображаемую линию к подмышкам. — Вот тут бронежилет. Гляди, если я становлюсь к противнику боком, то я уменьшаю площадь прицеливания, но открываю самые уязвимые части тела. Понимаешь?

— Примерно да. — Кивнул я.

— Потому будем учиться европейским правилам, не совсем азиаты. Становишься к противнику лицом, полностью. Голову чуть ниже. Пистолет держишь левой рукой, стреляешь правой. Правой только спуск жмешь.

Я взял. Левой рукой обнял правую. Валерий Алексеевич сжал мои руки своей лапой, чтобы между корпусом пистолета и моими руками не было свободного пространства.

— Ишак, конечно, не нормальный ствол. Но на первый раз будет нормально. Палец со спуска убрал, пока не стреляешь, то там пальцы не держишь. Значит, целишься ты как?

Я прищурился.

— О, вот так целиться нельзя. — Обрадовал меня Валерий Алексеевич. — Вот… — Он свернул в несколько раз листок обычной бумаги, прикрыл мне левый глаз. — Видишь что? Глаза оба открой.

— Вижу.

— Теперь вот так… — Картонка переместилась к правому глазу. Мушка чуть изменила свое положение, как бы смазалась.

— Съехала.

— О, понятно. Значит, — Валерий Алексеевич убрал картонку, — радую тебя, целишься ты правым глазом. Левый тоже не закрывай. Теперь заряжай. — Мне дали два пустых магазина.

Снарядил, по одному патрону.

— Теперь клади их на столик.

Я положил.

— По команде начинаешь заряжать пистолет и стреляешь, один раз. Поехали.

Левой рукой я взял магазин, защелкнул его в приемник, с силой хлопнул по донышку магазина, передернул затвор…

— Хреново. — Снова обрадовал меня Валерий Алексеевич. — Стреляй. Пистолет держи правильно…

Бахнул выстрел.

— Тоже хреново. Сбрасывай магазин.

Я зацепил снизу скобу, прижал. Поймать не успел, Валерий Алексеевич резко прикрикнул.

— Не лови, хай падае. Второй выстрел. Крепче держи, но не заходи пальцами на затвор.

Второй выстрел, пистолет подбросило вправо-вверх.

— Теперь вообще замри. Пистолет от мишени не убирай. Вот делай вот так. — Валерий Алексеевич. Он зажал мои руки, и начал ими руководить.

Взять магазин, пистолет наклонить. Потом приложить магазин. Наука оказалась довольно долгой и муторной. Взять магазин. Перезарядить выстрелить два патрона. Выкинуть магазин. Снова переснарядить. Ещё два патрона. Без наушников стало бы тяжко довольно.