Вся Агата Кристи в трех томах. Том 1. Весь Эркюль Пуаро - Агата Кристи

— Джепп! — воскликнул Пуаро, высвобождаясь из объятий графини.

— Пожалуй, мне лучше подождать в другой комнате, — сказала та и шмыгнула в дверь.

Пуаро направился в прихожую.

— Командир, — озабоченно просипел мистер Хиггз, — вы в зеркало-то гляньте, а?

Пуаро взглянул и отпрянул. Все его лицо было в слезах, губной помаде и румянах.

— Ежели это мистер Джепп из Скотленд-Ярда, так он все что угодно может подумать, — предупредил мистер Хиггз и, пока Пуаро под повторный трезвон лихорадочно пытался стереть с кончиков усов алые пятна, добавил: — А мне что делать? Тоже смываться? А пса куда?

— Если мне не изменяет память, — отозвался Пуаро, — Цербер вернулся в преисподнюю.

— Как скажете, — согласился мистер Хиггз. — Вообще-то он мне понравился… Но я таких не краду — в смысле для себя, — уж больно приметные — ну, вы меня понимаете. А уж на говяжью голяшку или там на конину никаких денег не хватит! Жрет небось как лев.

— От Немейского льва до укрощения Цербера, — пробормотал Пуаро. — Вот теперь все.

7

Неделей позже мисс Лемон подошла к своему работодателю с чеком.

— Простите, мосье Пуаро. Я могу это оплатить? «Леонора. Цветочный магазин. Красные розы. Одиннадцать фунтов восемь шиллингов шесть пенсов. Посланы графине Вере Росаковой, Центральный Лондон, Западная часть, Энд-стрит, дом тринадцать, „Преисподняя“».

Щеки Пуаро зарделись под стать красным розам. Он покраснел, покраснел до корней волос.

— Да, мисс Лемон, все в порядке. Небольшая… э-э-э… дань уважения… по случаю… Видите ли, сын графини только что обручился в Америке с дочерью тамошнего стального короля, на которого он работает. Насколько я помню, красные розы — ее любимые цветы.

— Совершенно верно, — подтвердила мисс Лемон. — Они в это время года очень дороги.

Эркюль Пуаро гордо выпрямился.

— Бывают случаи, — сказал он, — когда экономия неуместна.

Насвистывая какой-то мотивчик, он чуть ли ни пританцовывая направился к двери. Мисс Лемон уставилась ему вслед, позабыв о всех своих секретарских проблемах. В ней пробудились чисто женское любопытство.

— Боже мой, — прошептала она. — Неужто… В его-то годы! Быть того не может…

1947 г.

Перевод: С. Кулланда

Прилив

В делах людей прилив есть и отлив.

С приливом достигаем мы успеха.

Когда ж отлив наступит, лодка жизни

По отмелям несчастий волочится.

Сейчас еще с приливом мы плывем.

Воспользоваться мы должны теченьем,

Иль потеряем груз.

У. Шекспир. Юлий Цезарь[1359]

Пролог

1

В каждом клубе обязательно есть свой зануда. Клуб «Коронейшн» в этом отношении не был исключением. И то, что в данный момент происходил воздушный налет, не внесло никаких изменений в его рутинный порядок.

Майор Портер, ранее служивший в Индийской армии, зашелестел газетой и откашлялся. Все старательно избегали его взгляда, но толку от этого не было никакого — он все равно заговорил:

— В «Таймс» объявлено о смерти Гордона Клоуда. Правда, весьма скромно: «5 октября, в результате вражеских военных действий». Даже адрес не указан. Вообще-то он жил совсем рядом со мной — в одном из этих больших домов в Кэмден-Хилл. Должен признаться, меня это потрясло. Вы ведь знаете — я там ответственный за противовоздушную оборону. Клоуд только что вернулся из Штатов — ездил туда по поводу государственных закупок и женился там на молодой вдове, которая ему в дочери годится. Миссис Андерхей. Я был знаком с ее первым мужем в Нигерии.

Майор Портер сделал паузу. Никто не проявлял никакого интереса и не просил его продолжать. Все старательно прикрывались газетами, но этого было недостаточно, чтобы обескуражить майора. У него всегда имелись наготове длинные истории, в основном о людях, которых никто не знал.

— Интересно, — проговорил он, рассеянно глядя на пару остроносых лакированных туфель — тип обуви, который ему решительно не нравился. — Как отвечающий за ПВО, я должен сказать: никогда не знаешь, чего можно ожидать от этих бомб. Вот на этот раз был разрушен цокольный этаж и снесена крыша, а второй этаж практически не пострадал. В доме находились шестеро: трое слуг — супружеская пара и горничная, сам Гордон Клоуд, его жена и ее брат. Все собрались на нижнем этаже, кроме брата жены — бывшего десантника. Он предпочел комфортабельную спальню на втором этаже и в результате отделался несколькими ушибами. Трое слуг погибли сразу. Гордона Клоуда завалило — его откопали, но он умер по пути в больницу. Его жена тоже пострадала — на ней не осталось ни клочка одежды, но вроде бы она выкарабкается. Будет богатой вдовой — состояние Гордона, должно быть, превышает миллион.

Сделав очередную паузу, майор Портер поднял взгляд от лакированных туфель к полосатым брюкам, черному пиджаку, яйцевидной голове и огромным усам. Конечно, иностранец! Отсюда и туфли. «Право, — подумал он, — куда катится клуб? Даже здесь не избавишься от иностранцев!» Эта мысль не покидала его во время продолжения повествования. А тот факт, что данный иностранец, казалось, внимательно его слушает, ни в коей мере не уменьшил предубеждения майора.

— Ей вряд ли больше двадцати пяти, а она уже вторично овдовела, — сообщил он и умолк, надеясь на заинтересованные отклики слушателей. И хотя их не последовало, не угомонился. — У меня на этот счет есть кое-какие идеи. Вообще-то странная история. Как вам уже известно, я знал ее первого мужа, Андерхея. Славный парень — одно время служил комиссаром округа в Нигерии и работал добросовестно. Он женился на этой девушке в Кейптауне, куда она приехала с туристической группой. Хорошенькая, беспомощная и так далее. Послушала, как бедняга Андерхей распространялся о широких просторах в его округе, и залепетала, как это чудесно и как ей хотелось бы убежать в такое место от всех забот и хлопот. Ну и выскочила за него замуж — избавилась от забот. Бедняга был по уши влюблен, только у них с самого начала все не заладилось. Девица ненавидела буш,[1360] боялась туземцев и смертельно скучала. Ее представление о жизни заключалось в беготне по кафе и театрам, а также в болтовне и сплетнях. Solitude à deux[1361] в джунглях оказалось не для нее. Сам я с ней никогда не встречался — знаю об этом со слов бедняги Андерхея. Он тяжело это воспринял, однако повел себя достойно — отослал жену домой и согласился дать ей развод. Как раз после этого я с ним и познакомился. Андерхей пребывал