Истории, связанные одной жизнью - Юрий Штеренберг

Как же живется в Америке моей жене, Нонне? Из того, что написано в последних главах, это себе нетрудно представить. Первые несколько недель были для нее непростыми. Не знаю, можно ли это назвать депрессией, но очень часто наворачивались слезы, были грустные воспоминания о том, кто и что осталось в России. Но очень скоро ее оптимистическая натура взяла свое. Она все больше и больше стала получать удовольствие от американской жизни и, особенно, от американской природы.

Наш дом, как я уже писал, в основном заселен американцами, во всяком случае, людьми, родным языком у которых является английский. У Нонны с английским языком дела совсем плохи. Но незнание на слух ни единого английского слова не мешает ей не только смотреть американские фильмы, но и общаться с американцами. Мне кажется, что за три года, что мы здесь живем, Нонна стала одним из самых популярных среди американцев русскоязычным представителем нашего дома. Меня иногда даже раздражает такое горячее проявление приязни, которое заканчивается поцелуями. (И при этом ни одна из сторон не плюется.) Что же касается русскоязычных соседей, то с этими у Нонны отношения сложились по-разному. Но зато те, кто понял, с кем он (предполагается, что это она) имеет дело, относятся к Нонне тепло. Совсем недавно одна женщина, встретив нас в нашем дворе, сделала мне замечание: “Ну, как вы можете ругать Нонну. Вы посмотрите, даже невооруженным глазом видно, как из нее излучается доброта”. Все было бы хорошо, если бы только здоровье было получше.

Путешествия для американцев являются обязательной составной частью их образа жизни. Наши русскоязычные американцы с удовольствием и даже с азартом пользуются представившейся им возможностью повидать то, о чем в России когда-то нельзя было даже помечтать. За примерами далеко ходить не надо. Мой двоюродный брат и его жена не брезгуют в течение года никакими приработками, чтобы хотя бы один раз в году поехать туда, куда им захочется, причем совсем не за малые деньги. Эту их страсть образно представил один из родственников на очередном юбилее, нарисовав известную округлую часть нашего тела, пронзенную гвоздем. Не менее, а может быть, даже более странствует по свету Ноннин брат, Юра, также имеющий небольшую постоянную трудовую добавку к своему пособию. Кроме того, жена Юры, Нелла, работает в одном из туристических агентств Нью-Йорка, и в качестве поощрения ей предоставляют ежегодно бесплатную или льготную путевку в самые экзотические места мира. Но даже те, кто не имеет дополнительных материальных возможностей, почти каждый год отрываются от засиженного за год места. Я практически не знаю ни одного человека из моих знакомых, кто бы не побывал хотя один раз в России, не был в Мексике, в Канаде и ни разу не путешествовал по такой замечательной стране, какой является сама Америка.

По приезде в Америку мы с удовольствием осознали, что такая возможность предоставлена и нам. Но мы не торопились c ее реализацией вначале, вроде, из-за отсутствия свободных денег, а потом. Короче говоря, нам не удалось достаточно попутешествовать по Америке и, тем более, за ее пределами. Однако даже те места, где мы побывали, далеко не самые экзотичные, оставили впечатления, которые обычно помогают нам восстанавливать хорошее настроение. Попробую коротко рассказать о наших путешествиях. Буду стараться, если у меня это получится, не использовать восторженных определений и эпитетов, хотя они до сих пор просятся наружу.

Наше путешествие на Бермуды в 2002 длилось ровно неделю: в воскресенье отплыли прямо из Бостона, и в следующее воскресенье были уже дома. Шли мы по Атлантическому океану, в оба конца около четырех суток. Теплоход компании Norwegian Cruise Lane имел девять палуб, наша каюта была на восьмой. Видимо для того, чтобы мы не забывали, где мы находимся, уже перед Бермудами, наверно, в том самом треугольнике, нас немного покачало.

На подходе к порту города St. Georges, мы увидели совершенно необычное зрелище — город был чисто белого цвета. Было впечатление, что это оптический эффект, но на самом деле оказалось, что крыши всех домов города, повторяю, всех, покрыты белой черепицей. Остров был открыт в начале шестнадцатого века испанским мореплавателем Хуаном де Бермудес, с конца семнадцатого входит в состав Британской империи. Это, в частности, проявляется и в том, что движение на острове непривычное для нас — левостороннее. Улицы и здания в городах острова чистые и аккуратные и напоминают, по нашему представлению, колониальные города прошлых веков.

Через несколько лет мы совершили следующее путешествие, на Ниагару. Мы подъехали с американской стороны и сели на небольшой пароход с пристани, расположенной ниже водопада. Это было в середине октября, погода была нормальной, можно сказать, даже хорошей, но когда мы подъехали к Ниагаре, а был уже глубокий вечер, она стала резко ухудшаться прямо на глазах: вначале пошел дождь, а на пароходе уже дождь смешался со снегом и подул сильный ветер. Нам еще на берегу раздали фирменные, ниагарские, плащи, но и они плохо нас защищали. Пароход начал подниматься вверх по течению, и мы подплыли, можно сказать, прямо к водопаду, снизу. Зрелище было просто фантастическим, и нереальность картины усиливалось злой непогодой, качкой и мощным едва переносимым рокотом падающей воды. Именно из-за этого рокота индейцы племени Ирокезов дали водопаду имя Ниагара, что на их языке означает “Гремящие воды”. К сожалению, эти обстоятельства не способствовали нормальным фото- и киносъемкам, но и те и другие все же были сделаны.

По дороге домой мы заехали в живописное ущелье с целой серией водопадов; в церковь, витражи которой были расписаны самим Марком Шагалом; в места, связанные с другим Марком, Марком Твеном — такая игра слов получилась сама собой.

Также лаконично я расскажу еще об одной поездке — поездке в долину реки Гудзон. Вот главное, что у меня осталось в памяти: военная академия Вест Пойнт; дом-музей Франклина Делано Рузвельта; знаменитый парк современной скульптуры — на своих почтовых марках я когда-то видел некоторые из этих скульптур. Обедали мы в японском ресторане, целиком вывезенном из Японии. Об обстановке и блюдах я не буду говорить, но удивила еще и подготовка мясных блюд на невидимой печке, встроенной в столешницу каждого стола. Причем, стол обслуживал свой, отдельный официант, который в процессе подготовки и раздачи блюд артистически жонглировал приборами и бутылками. Там я впервые попробовал горячую японскую водку — саке.

Следует, наверно, упомянуть и короткие поездки в пределах Северо-Восточной Америки. В Нью-Йорке мы были три или четыре раза, несколько раз в Провиденсе, где живет племянница Нонны, а также побывали в некоторых уютных городах, так называемой, Новой Англии: в Плимуте, Нью-Гэмпшире и Ньюпорте. Вот и все.