Драконий день (СИ) - Янтарина Танжеринова

— Неужели? Я так понимаю, вы убили стольких из-за него?

— Именно. Весьма энергоёмкий артефакт получился. В него пришлось вложить очень много силы и горячей крови, выкачанной из жертв. Зато мой голубок получился просто великолепным. Если бы всё пошло, как задумано, от тебя, Кайнир, осталась бы кучка пепла. Ну и от Летнего дворца заодно, — неприятно улыбнулся Орминд, словно бравируя собственным злодейством. Впрочем, возможно, так оно и было. Раскаяния испытывать он явно не собирался.

— Вовремя я вмешалась, — спокойно сказала драконна. — В последнюю секунду, можно сказать.

Орминда перекосило от злости, а может, от новой волны боли, но он промолчал.

— Когда вы проклинали хряка, вы просто тренировались или преследовали иную цель? — решила кое-что прояснить для себя Айриэ.

— И репетировал, и развлекался, — охотно подтвердил Орминд. Кажется, ему доставляло удовольствие рассказывать о своих магических задумках. Ну ещё бы, он столько лет был вынужден всё скрывать, так хоть напоследок получить внимательных слушателей. — Скажите, мэора, разве это не забавно — хряк в фате невесты? Давно я так не веселился. Гнилые веночки мне безумно понравились. Сначала я накладывал на них проклятие, чтобы оно поразило всякого, кто дотронется до венка. Потом уже оставлял их просто так, вроде моей личной подписи. Мне нравилось думать, что вы, мэора, будете ломать голову над вопросом, безумен ли я или просто шучу?

— Я предполагала, что безумия и извращённого чувства юмора в вас примерно поровну. А почему вы выбрали объектом своих… шуточек именно Нарваса и его семью? Чем они вам досадили-то?

— Да просто под руку подвернулись, — повёл плечом Ормнид. — Я собирался проклясть мальчишку. Он был непозволительно дерзок со мной однажды… А из него можно было вытянуть немало силы. Ещё мне необходимо было научиться хорошо управлять своим вторым хогрошем. С первым я не справился…

— Это стоило жизни магистру Стейригу?

— Да. Жаль, он был неплохим наставником, с ним было интересно. И он служил нам верно, благодаря магической клятве. Он защищал меня до последнего, потому что мой хогрош взбесился. Вышел из-под контроля и напал на меня. Нового я смог создать лишь через три года. Зато он получился намного совершеннее первого.

— Рада за вас, — буркнула Айриэ. — Одного не пойму: когда хогрошей убили, как вы умудрились обойти последствия оборванной связи?

Герцогский сын рассмеялся, не скрывая злорадного удовольствия:

— Мэора, вы же такая могущественная магесса! Попробуйте догадаться сами!

— Делать мне больше нечего, — равнодушно ответила драконна. Играть в загадки она не собиралась. Не хочет говорить, и не надо.

Орминд презрительно скривился и хотел что-то сказать, но вскрикнул от острой боли и обхватил себя руками, будто стараясь защититься от пронзающих его раз за разом силовых нитей. Нити видела лишь Айриэ, но королю зрелище пусть даже тысячу раз заслуженных Орминдом мучений радости тоже не доставляло.

— Ну и что, стоило оно того? — спросил Кайнир безжизненно. — Прежних Файханасов в Юнгироде больше не будет. Ты погубил весь род, Орминд. Даже детей не пожалел…

— Мальчишки были моей страховкой… на чёрный день… Я не собирался их убивать… — через силу выговорил Орминд и с трудом поднял руку, чтобы вытереть пот со лба. Кажется, ему с каждой минутой становилось хуже, и слабость только увеличивалась. Он подумал и всё-таки спросил, не глядя на Кайнира: — А… ещё кто умер?

— Мэора Альдарра. Остальные тоже задеты проклятием, кроме виконтессы и жены Синтиона.

— И что, все обречены?.. — Он нервно потрогал пальцами горбинку на носу. — Что теперь будет с герцогством?

— Титул получит верный мне человек, выдам за него внучку Эстора. Их старший сын будет Файханасом.

— Хорошо, что я не доживу, — натужно пошутил Орминд. — А со мной что? Бросишь в тюрьму или…

— Зачем? — пожал плечами Кайнир и с силой провёл рукой по лицу. — Умирать ты будешь здесь. Прощай, Орминд. Сочувствую, что ты когда-то давно выбрал путь зла, но в своём нынешнем состоянии повинен ты сам.

— Не буду желать тебе удачи, Кайнир, не обессудь. И уж всего менее — вам, мэора. Я бы вас тоже с удовольствием проклял, если бы не знал, что это бесполезно. Надеюсь, вы свернёте себе шею самостоятельно, и как можно скорее!

Он скорчился от очередного приступа боли и зашёлся кашлем. Король отвернулся и вышел за дверь, ничего более не сказав. Ему предстоял гораздо более трудный разговор, и Айриэ взяла его за руку, посылая слабенькую, но довольно эффективную волну спокойствия. Король благодарно кивнул и решительно распахнул дверь в покои герцога.

Охранников заботливый Тианжер заранее отправил в коридор, и теперь вышел сам, повинуясь кивку Кайнира. Багиор вновь остался снаружи.

Комната была отделана в тёмных тонах, поэтому казалась чересчур мрачной. Ничего лишнего, только необходимое. Почти казарма, хотя высочайшее качество предметов обстановки скрашивало подобное впечатление. И ещё здесь висел большой портрет молодой женщины в кремовом платье — очевидно, покойной супруги Рольнира Файханаса. Женщина улыбалась так светло и чуточку лукаво, что, казалось, освещала мрачноватую комнату не хуже солнечных лучей или ярчайшего магического светильника.

Герцог встретил их сидя в массивном кресле из тёмного дерева с высокой спинкой. Он выглядел безупречно, как и всегда — истинный аристократ, потомок благородных предков. Смотрел прямо и высоко держал голову, готовый отвечать за свои действия и своих людей, как делал всю жизнь. Состояние его выдавали только расширенные от боли зрачки, излишняя бледность и впившиеся в подлокотники кресла пальцы.

— Приветствую ваше величество и вас, мэора, — вежливо наклонил голову он. — Сожалею, что слабость не позволяет мне встретить вас как подобает. Впрочем, я полагаю, мэора Айнура знает, как действует её проклятие и не осудит меня за то, что я не встал ей навстречу.

Айриэ в ответ наклонила голову, признавая его умение держаться с достоинством, даже проиграв всё. Герцог вежливо указал им на кресла напротив, и король, чуть помедлив, сел. Айриэ последовала его примеру, предчувствуя, что разговор со старым Файханасом будет долгим. И королю он обойдётся недёшево, хотя это необходимо. Чтобы увериться в своей пусть горькой, но правоте.

— Я ждал и надеялся, что вы придёте, ваше величество.

— Вы неплохо меня знаете, герцог. Я не мог не прийти. Мне нужно было посмотреть вам в глаза и спросить: зачем? Однако теперь, кажется, этот вопрос меня не так сильно интересует. После встречи с вашим сыном меня преследует желание покончить со всем как можно скорее… и вымыться дочиста.