'Фантастика 2025-170'. Компиляция. Книги 1-30 - Анатолий Анатольевич Логинов

произнёс я, имея ввиду, что начальник академии, похоже, не успел донести до Вяземского, что меня запрещено трогать. Теперь придется проучить этих глупцов. Главное — не убить никого…

Глава 12

Веселье начинается?

Ночная дуэль сильно отличается от сражения при свете дня. Уж кому, а мне было с чем сравнить. Особенно запомнились схватки в глубоких ущельях преисподней, где единственный свет — пылающие багровым глаза диких демонов. И в такой тьме приходилось сражаться, используя лишь свой верный меч и силу, потому как любое движение праны привлекло бы полчища адских жителей.

Правила академии запрещали устраивать потасовки на территории, но если такое происходило, наказание было незначительным. Но! Если учащиеся выясняли свои отношения без использования дара. В противном случае происходило расследование, и первый, кто применил силу стихий, с позором возвращался домой, а его род получал клеймо ненадёжного.

Поэтому, когда второкурсники с дубинками начали зажимать меня с двух сторон, я начал действовать. Двумя стремительными шагами сократил дистанцию с левым противником. Тот сразу же нанёс мне удар, целясь живот. Для меня его действия были ожидаемы, и дубинка не достигла своей цели — мне не составило труда перехватить её. Правда от этого почувствовал сильную боль в запястье, ну да ничего, потерплю.

Мощным ударом, с доворотом всего корпуса, я вбил локоть правой руки прямо в солнечное сплетение второкурсника. Того аж сбило с ног, швырнув на спину. Ну и дубинку он, разумеется, не удержал. Хороший удар, некоторое время противник подняться не сможет. Да и ближайшие минут пять дышать будет через раз.

— Ух-ты! — осмотрел я зажатую в левой руке дубинку. Прочная, легкая — как раз чтобы не убить, но причинить много боли. Такой хорошо наносить удары, удерживая и одной, и двумя руками.

Второй противник действовал осторожней. Сначала он попытался достать меня концом своего оружия, но я уклонился. Затем последовал удар по ногам, и это второкурснику почти удалось, мне с трудом удалось отпрыгнуть. А затем пришла моя очередь бить.

Дубинка со свистом рассекла воздух, и врезалась в левое плечо нанятого Вяземским второкурсника. Мне даже показалось, как у противника что-то хрустнуло. Противник вскрикнул и отшатнулся, отмахнувшись своим оружием. Неудачно — конец его дубинки врезался мне в скулу. На миг в глазах полыхнул сноп искр, и я вынуждено отступил, на миг потеряв ориентацию. А когда зрение вернулось, почувствовал, как рот наполняется солоноватой кровью. Впрочем, моему оппоненту было не до продолжения боя — его левая рука повисла плетью, а сам он, морщась от боли, прижимал её к телу правой. Всё что ли? Ну точно, вон, присаживается на корточки, видимо сомлел.

— Граф! — я сплюнул кровь, заполнившую рот. — Может вы сами попытаетесь решить свои проблемы? А то ведёте себя, словно какой-то торговец, но точно не дворянин.

— Конечно решу. Прямо сейчас. — даже в ночи я отлично рассмотрел хищную улыбку Вяземского. А в следующий миг увидел в его руках армейский импульсный пистолет. Почти бесшумный, и мощный, не ниже B класса. А это значит…

В следующий миг я уже навесил на себя «Кокон духа», и тут же сформировал «Огненную линзу». А следом раздалось два выстрела. Обе защитных способности снесло полностью. А ведь они были второго уровня. Минус четыреста частиц духа, а у меня и до этого энергоядро было не полное. Нет, так дело не пойдёт, он же меня прикончит.

— Ты смотри, сумел защититься. — Вяземский продолжал держать меня на прицеле.

— Ты что творишь? — я решил подыграть графу, подпустив в голос нотки страха. В это же время «призрачный воин» уже подобрался вплотную к врагу, и был готов вырвать оружие из его рук. — Это нападение на учащегося, такое не простят!

— Вот именно. Ты напал на моих друзей, избил их, а потом атаковал и меня. Пришлось защищаться. — ухмылка не сходила с лица Вяземского. — Я же не худородный граф, а сын влиятельного маркиза, так что мне поверят.

— Ну тогда защищайся. — настала моя очередь улыбаться. «Призрачный воин» сработал четко — один удар, и импульсный пистолет развалился на две части, превратившись в бесполезный кусок металла. Теперь мы почти на равных. Но помощь всё же позову, через нейросеть. А, нет, не позову, что-то блокирует любые попытки связаться с кем-либо.

— Мразь! Думаешь, что переиграл меня? — граф отодвинул полу камзола, и выхватил короткий клинок. Явно не простое оружие, глаз бога показал, что у клинка имеется аура. — Берги, за что вам платит мой отец? Хватит разлёживаться! Бейте его!

— Да пошёл ты! — зло бросил тот, которому я сломал руку. — Сам бей.

— Виконт Берг, вы только что подписали своему роду смертный приговор. — в раз изменившимся, ледяным тоном произнёс Вяземский.

— Плевать! Я больше не стану нарушать законы императора в угоду твоим желаниям. Попробуй хоть раз сам решить свою проблему.

— Решу. А позже займусь вами. Так даже интереснее получится. Этот худородный, — граф указал клинком на меня. — Сначала прикончил вас, а потом попытался убить и меня.

— Ты идиот. — произнёс я, и приказал «астральному воину» ударить по артефактному мечу. Эффект получился тот ещё. Вспышка, и моя способность развеялась. При этом клинок по-прежнему светился алой аурой, а у меня к этому моменту осталось всего сто частиц духа. Что ж, попробуем надавить на Вяземского морально, может нервничает, ошибается. Потому как мечник он хороший, и сражаться против артефактной стали обычной дубинкой — рисковое занятие. Неужели придется призвать Варду?

— Что, не получилось? — рассмеялся граф, и двинулся на меня, выставив меч таким образом, чтобы острие смотрело мне в грудь. — Сейчас посмотрим, какого цвета у Огнева внутренности.

— Трусливее тебя мне еще не доводилось встречать людей. — сообщил я противнику, и стал смещаться влево. — Видимо понятие чести для Вяземских не существует. У моих слуг достоинства больше, чем у тебя.

— Говори, говори, это твои последние слова, худородок. — ощерился граф. Однако я по сменившемуся цвету его ауры понял, что попал в точку. Что ж, продолжим.

— Наверное твой отец уже устал подчищать за тобой? Да, печально это, когда сын — никчёмный бездарь, не способный самостоятельно решить самую простую задачу.

— Сейчас ты сдохнешь! — прошипел Вяземский, стремительно сокращая дистанцию, и в следующий миг ударил. Ещё неделю назад такой удар прикончил бы меня.