Воспоминания (1915–1917). Том 3 - Владимир Джунковский

25-го числа, я вступил в должность и отдал следующий приказ по 131-й пехотной дивизии:

«Сего числа я прибыл и вступил в командование вверенной мне дивизией.

Временно командующему полковнику Буйвиду, обратиться к исполнению своих прямых обязанностей, по должности командира бригады.

Основание: приказ главкозапа от 12-го ноября с.г. за № 952».

«С гордостью вступая в командование дивизией, составленной из доблестных рот боевых корпусов: родного мне 3-го Сибирского, 9-го и 31-го и, отдавая себе ясный отчет в серьезности и трудности по формированию дивизии, я отлично сознаю, что, выполнить эту, возложенную на меня задачу, я могу только опираясь на дружную самоотверженную работу моих ближайших сотрудников.

Вот к этой дружной совместной работе я и призываю всех чинов вверенной мне дивизии, дабы общими усилиями и с полным сознанием важности дела и верой в ее успех, создать на страх врагу крепкую сплоченную одним духом и, сознательно готовую на всякие жертвы и подвиги, дивизию.

С твердой верой в Бога и его помощь, и во славу нашего державного вождя и матушки России будем же работать не за страх, а за совесть».

В этот же день я пригласил к себе командиров полков, чтобы познакомиться с ними и побеседовать. С тремя из них я уже был знаком – это были офицеры из 7-ой и 8-ой Сибирских дивизий – полковники Стукалов[499] из 26-го Сибирского полка, Элерц[500] из 27-го и Гулидов из 30-го, и только один из 67-й пехотной дивизии полковник Витковский[501] был для меня новым лицом, сначала он показался мне самым деловитым из всех командиров, но потом я должен был разочароваться в нем, т. к. он слишком много времени тратил на разные ненужные изобретения в ущерб делу.

Затем по опытности и выдающемуся благородству шел Гулидов. Элерц и Стукалов имели довольно крупные недостатки, свойственные характеру каждого и оставляли желать лучшего, но они все были люди безукоризненной честности, а для меня это было самое главное.

Так как две трети дивизии состояли из сибиряков, то я возбудил ходатайство перед главнокомандующим армиями Западного фронта о переименовании 131-й пехотной дивизии в 15-ю Сибирскую с наименованием полков 57-м, 58-м, 59-м и 60-м Сибирскими стрелковыми, послав дежурному генералу штаба фронта следующую депешу:

«Дежгензап. Командарм четвертой мне приказал представить соображения наименования полков формируемой мной дивизии. Представив свое мнение наименования Байкальским, Ангарским, Ачинским и Канским, я, с разрешения командарма, прошу не отказать в ходатайстве перед главкозапом о наименовании 131-й пехотной дивизии 15-й Сибирской стрелковой и полков 57-го, 58-го, 59-го и 60-го Сибирскими стрелковыми, так как в каждом полку по две трети сибирских стрелковых рот и только одна треть 3-й и 83-й дивизий.

В числе выделенных сибирских рот попало очень много кадровых офицеров и стрелков сибиряков и возвращение им названия сибирских стрелков несомненно способствовало укреплению духа части, так как именование сибирского стрелка составляет их гордость.

Позволяю себе ходатайствовать по бывшему примеру 25-го и 26-го Туркестанских стрелковых полков. 471.

Начдив-131 Джунковский».

Одновременно я написал и письмо вр. и. д. начальника штаба Верховного главнокомандующего генералу Гурко, прося поддержать мое ходатайство, получил от него очень любезную депешу в ответ, что он рад будет оказать мне содействие.

И действительно, в январе месяце последовал Высочайший приказ о переименовании 131-й пехотной в 15-ю Сибирскую дивизию, что привело в восторг и офицеров и нижних чинов дивизии.

Георгиевский праздник

Т.к. 26 ноября был день празднования ордена Св. великомученика Георгия, то я распорядился собрать в Койданово представителей от частей дивизии – георгиевских кавалеров, с целью отпраздновать с ними родной им праздник. Георгиевских кавалеров в дивизии оказалось: офицеров – 21, нижних чинов до 1200.

Все распоряжения свои по этому поводу я изложил в следующем приказе:

«25 ноября 1916 г.

Приказ № 6-а по 131-й пехотной дивизии

м. Койданово

Завтра, 26 ноября, в день орденского праздника Св. Великомученика и Победоносца Георгия, в полках дивизии после торжественного богослужения произвести парады, в которых все георгиевские кавалеры должны принять участие отдельной ротой или командой. После парада для георгиевских кавалеров устроить улучшенный обед, на который разрешаю израсходовать по 1 руб. 50 коп. на человека.

Порядок Георгиевского праздника в м. Койданово устанавливаю следующий:

В местной церкви, к 10 часов утра торжественное Богослужение.

После богослужения, на этапной площадке молебен, после коего я приму парад.

После парада георгиевским кавалерам, офицерским и нижним чинам будет предложен обед.

После обеда раздача подарков георгиевским кавалерам.

Для присутствия на богослужении и параде от каждого полка командировать всех офицеров, имеющих орден Св. Георгия, георгиевские кресты и георгиевские медали и по взводу георгиевских кавалеров нижних чинов, составив последний из представителей от каждого взвода полка, а всего следовательно по 48 человек от полка.

Четырем взводам георгиевских кавалеров составить Георгиевскую роту.

Начальствующими лицами Георгиевской роты назначаю:

Командиром роты – командира 523-го полка полковника Гулидова.

I полуроты – командира 522-го полка полковника Элерца.

2 взвода – 524-го полка штабс-капитана Куцевалова[502].

4 взвода – 524-го полка полковника Витковского.

Командовать парадом назначаю командующего бригадой полковника Буйвида.

На левом фланге роты стать всем гг. офицерам, имеющим георгиевские кресты и медали.

Нижних чинов георгиевских кавалеров вывести на парад с ружьями в караульной амуниции».

В самый же день праздника, 26 ноября, я обратился к георгиевским кавалерам со следующим приветствием, изложенным в приказе за № 7.

«26-го ноября 1916 г.

Приказ № 7 131-й пехотной дивизии

м. Койданово

«Сегодня, в знаменательный день орденского праздника Св. Великомученика и Победоносца Георгия, я всем сердцем приветствую всех гг. офицеров и нижних чинов вверенной мне дивизии, удостоившихся этой высшей почетной боевой награды.

От души желаю всем георгиевским кавалерам, гг. офицерам и нижним чинам здоровья, счастья и успеха, продолжать с гордостью носить этот высший знак храбрости, и беззаветного исполнения дела и в рядах новой дивизии служить примером доблестного служения царю и Родине.