Что-то кроме магии - Akana again

любой вопрос существует свой ответ. Обязан существовать. Вопрос без ответа бессмыслен, как замок без ключа. Северус механически отхлебнул из чашки и поморщился: чай давно остыл, пока он бился над замком, ключ от которого сейчас мирно спал (хотелось верить) в своем доме в Ньюарке.

По-хорошему, следует дождаться приезда Квиринуса в Хогвартс и тогда уже во всем разбираться. Но загадки, которые предложил Дамблдор, не желали ждать.

В справочниках об ауре волшебников информации нашлось немного. Не оттого, что была засекречена, а потому что предмет давным-давно изучен и ни для кого, кроме отдела Тайн, интереса не представлял. Да и те занимались исключительно прикладной стороной явления.

Магия, будучи энергией особого рода, испускает определенное излучение, образующее ауру. Невооруженным глазом ее не видно, но есть заклинания, помогающие ее обнаружить. Рисунок и цвет ауры индивидуальны, она проявляется у волшебника при рождении и остается некоторое время на месте его смерти. С возрастом или из-за болезни может немного тускнеть и менять оттенки. Всё. Ни о каких серых тенях ни слова. А между тем ее появление удивило даже Дамблдора.

— Господин Барон, а вы можете видеть ауру волшебников?

Северус спросил наугад, по привычке использовать все доступные источники сведений, но тут же сообразил, что может узнать гораздо больше. Ведь привидения наверняка видят мир не так, как живые люди.

— Вообще-то я только ее и вижу, — лениво ответил призрак. Он лежал на диване и делал вид, что дремлет. — Обычные человеческие цвета мне недоступны, я не могу сказать, например, какого цвета на тебе мантия или чашка на столе. Все вокруг бесцветное… Помнишь, когда меня мазнули магической краской для лопат? Такая яркая зеленая вспышка среди серого. Именно потому, что та краска была волшебной. А ваши ауры выглядят, как… — Барон приподнялся на локте и посмотрел на Северуса, очевидно, пытаясь поточнее передать свои ощущения. — Хм, как будто Пивз прижал каждого из вас к стенке и обвел по краю чем под руку попалось. Особо не старался, получилось вкривь и вкось. Но зато все разные. У тебя, например, линия вышла ближе к красному. Как углями присыпано.

— А у Квиринуса?

— Белый и немного золотой.

— А серый цвет в его ауре был? — Северус описал Барону то, что наблюдал в кабинете директора. Привидение задумалось.

— Серый — это значит никакой. Так у одних инферналов бывает… Ладно, пойду прогуляюсь. Спокойной ночи.

* * *

Тусклая электрическая лампочка, висящая на длинном шнуре, покачивалась от сквозняка, гулявшего в развалинах древнего строения. Завал, случившийся месяц назад, разобрали, раскопки продолжились, но сейчас на месте работ было безлюдно: весь археологический лагерь мирно спал. Остатки стен чернели на фоне затянутого облаками неба, в сохранившихся узких переходах клубился мрак.

Чья-то собака в лагере сонно взлаяла раза два и умолкла. Ветер шелестел высохшей травой, и это был единственный звук, нарушавший ночную тишину. Лампочка затрещала, вспыхнула напоследок и погасла.

Но темнота продержалась недолго: в то же мгновение из стены выплыла полупрозрачная человеческая фигура. Призрак остановился, точно раздумывал, в какую сторону направиться. Затем потек по ближайшему проходу, то и дело замедляя свое движение.

Скрылся, показался вновь, мелькнул в оконном проеме, опять пропал и возник уже в подземелье. Здесь он задержался. Что-то насторожило его, он даже потянулся к рукояти меча, висевшего на поясе, но скоро успокоился, покачал головой, как это сделал бы удрученный чем-нибудь человек, и растворился в сводчатой черноте.

* * *

— Прекрати немедленно, Пивз! Слышишь? Хватит безобразничать!

Моргана сердилась, топала ногами, но тщетно: полтергейст, не обращая на нее внимания и высунув от усердия кончик языка, методично запихивал в чернильницу декана дохлых мух. От этого занятия его отвлекло появление в кабинете Кровавого Барона.

— Ну как? — Пивз на всякий случай спрятал чернильницу за спину.

— В Даффусе никого нет. Все привидения покинули замок. Твои подозрения оправдались.

Пивз вполголоса выругался и, вытащив из-за спины чернильницу, досадливо отставил ее в сторону. Барон молча опустился в любимое кресло.

— Слушай, но ведь мы же предупреждали Квиринуса, чтобы он был начеку! И Северус предупреждал… Вот ведь жопа какая начинается, а!

— Значит, плохо предупреждали, — хмуро бросил Барон.

— Ты ему скажешь? — с несвойственной ей робостью спросила Моргана. Призрак ответил не сразу.

— Скажу. Хотя он непременно самолично захочет убедиться, что это Реддл. Да, никаких сомнений… Серая аура во всем Хогвартсе была только у него.

______________

[1] МакГонагалл и Дамблдор, будучи людьми образованными, используют для обозначения Философского камня более короткий алхимический термин.

Глава 48. Чужой почерк

— Ра-а-айни... Ох... Да-а...

Сивилла Трелони блаженствовала. Нет, два года назад тоже все было хорошо, но сегодня... То ли физический труд на него так подействовал, то ли удар по голове, но ее Квиринус стал неузнаваем.

Он первый попросил о встрече, осыпал ее комплиментами, признался, что страшно скучал — и вот они здесь, в маленькой гостинице на углу Косой и Лютного, на широченной двуспальной кровати в тихом номере «для романтических свиданий».

Простыня комом, подушки на полу — в самом деле соскучился! Чуть грубоват и временами будто легкий ступор на него находит, но то все мелочи, потому что хорошо, хорошо, хорошо-о-о!..

Сивилла благодарно потерлась носом о плечо лежащего рядом мужчины.

— Райни?

— М-м? — сонно откликнулся тот.

— Ты аб-со-лют-но феерический, знаешь?

Квиррелл довольно усмехнулся и заложил руки за голову, рассеянно разглядывая пухлых амурчиков на потолке. Трелони пристроилась у него на груди.

— А тебе в самом деле можно... — она хихикнула, — так активно двигаться? Голова не заболит?

— Ты даже не представляешь, что мне теперь можно, — он снисходительно посмотрел на нее. — И что я теперь могу.

— Оу, это точно!

— Я не о том, — Квиринус щелкнул пальцами, и разбросанные подушки взлетели обратно на кровать. Короткое движение кистью — ваза с цветами взмыла над столом, повисела в воздухе и аккуратно опустилась