Твое... величество! Anthology - Галина Дмитриевна Гончарова

- Ваше величество? - И откуда наглый шут достал пирог с ежовником. Словно из воздуха, ей-ей! - Мне ничего не нужно, я просто хотел вас порадовать!

Мария вздохнула.

И что делать?

Человек пирог принес, не выставлять же его за дверь? Тем более, прибежала Анна, увидела вкуснотищу, и захлопала в ладоши. Пироги местный повар делать умел, надо отдать ему должное! Корзиночка из теста, сильно напоминающего песочное, в ней чуточку кисловатое желе из ягод, или варенье, и сверху взбитые сливки. Пальчики оближешь!

- Проходите, эрр Демьен. Составьте нам компанию.

- О чем вам пошутить, ваше величество? Ваше высочество?

Мария махнула рукой.

- Не надо ни о чем шутить, эрр. Просто посидите с нами, выпейте лимонада и отведайте пирога.

Эрр Демьен кивнул, и словно перетек поближе к столу.

- Тогда позвольте хотя бы поухаживать за вами, ваше величество. Ваше высочество...

Мария позволила, и задумчиво наблюдала за шутом.

Вот ведь... Иоанн красивее... был, наверное. Он выше, он лучше сложен - и так себя распустил! А эрр Демьен горбат, явно от рождения, и использует свои данные по максимуму. Судя по тому, как он двигается, плавно, аккуратно, с невероятной точностью... Мария предположила, что не так прост господин королевский шут. Интересно, каким оружием он владеет?

Мария плохо знала, что тут есть, может, длинный кинжал? Или что-то метательное? И ведь он так старается казаться неуклюжим! Он носит эти жуткие наряды, которые скрывают его движения, он нарочно уродует себя, корчит рожи...

Интересно, какой он на самом деле? И что ему нужно?

Пирог жевали в молчании. Эрр Демьен пытался пару раз завести светский разговор, но Мария покачала головой.

- Не надо. Вы не хотите об этом говорить.

Спорить было сложно. Рене дожевал пирог, и решился.

- Ваше величество, вы действительно хотите развода?

- Да.

- Из-за Дианы?

- Нет, не только.

- Ваше величество, поймите меня правильно. Я... я только шут. Только голос. - Мария поняла правильно. Иоанн решил прощупать почву? Ладно, пусть его. Не срываться же на шута из-за того, что король глуп?

- Я понимаю, Рене, - Мария слизнула с пальца каплю сливок. - Нет, не из-за Дианы я хочу развода. Просто пусть даже Диана исчезнет, но потом будет Лизетта, Мюзетта, Жанетта, Жоржетта или кто там еще - неважно! Если король начал открыто унижать меня ради любовницы, он так и продолжит. Одна ли, вторая... неважно! Эта ситуация повторится. Сейчас я могу уйти с достоинством, потом у меня даже уважения к себе не останется.

- Его величество раскаивается. И... - шут недвусмысленно показал глазами на кровать. Мол, было же у вас! Было! И чего ты ломаешься?

Прямо хоть цитируй: постель не повод для знакомства! Так не поймут же! Дикари-с!

- И - что? - прищурилась Мария. - Это не любовь. Это просто чувство собственника. Добыча убегает, лови ее, ату! Через месяц королю это будет неинтересно, и появится новая продажная девка. Неважно, какая.

- Ваше величество, и все же?

Мария пожала плечами.

- Конечно, нет.

- Вы можете быть беременны.

Мария расхохоталась.

- Ни за что!

Даже будь она беременна тройней... да она лучше три раза в монастырь уйдет, чем с таким мужем останется! Эрр Демьен понял все правильно, но откланяться не спешил.

- Ваше величество, может быть, вы отложите развод на какое-то время?

- Я? Не я начала эту канитель.

Рене пожал плечами. Ну да, король погорячился, мужчины вообще бывают слишком импульсивными, но в храмах учат, что им надо прощать мелкие грехи. Что у Дианы сись..., то есть они не такие уж и мелкие? Эммм... может, и крупные грехи тогда тоже простите?

- Ваше величество, дайте его величеству полгода? Всего лишь полгода?

Мария вздохнула.

- Я подумаю, эрр Демьен. Я - подумаю. Но документы пусть канцлер готовит.

Рене просиял и откланялся.

Анна подошла к матери, обнять не решилась, но Мария сама притянула к себе дочку, погладила по волосам.

- Чего ты, малышка? Пирог же вкусный?

- Мама... мне тревожно.

Марии тоже было тревожно, но признаваться дочери она не собиралась. Родители должны быть каменной стеной для малышей, пока дети не вырастут. Пока не отрастят себе зубы и когти, не построят свои стены... грустно звучит? Зато они выживут. А это главное!

- Мы справимся, Анечка. Мы - справимся.

А если не справимся, я просто поползу - и всех перекусаю. Даже если отравлюсь! Вот!

Глава 2

Ночь.

Темная улица.

Две женщины, которые по уши закутаны в плащи, и боязливо оглядываются по сторонам. Эсси знала более-менее безопасную дорогу к колдунье, но все равно... мало ли, что может случиться?

Кинжал она держала наготове. Хоть ткнуть, ошеломить и завизжать погромче. Недаром же она выбрала именно эти улицы, тут стража ходит!

Диана вся дрожала, то ли от холода, то ли от страха - Эсси некогда ее было утешать.

Поворот, еще поворот, и вот небольшой домик с нарисованной на нем совой. Калитка не скрипнула - они тут не первые гостьи, и далеко не последние. На втором окне горит свеча, это хорошо. Если бы у колдуньи кто-то был, она бы переставила свечу на третье окно, и пришлось бы ждать. А она с Дианой. Одна бы Эсси подождала, но кузина слишком глупа... ладно!

Вот и дом, и дверной молоточек привычно ложится в ладонь, и колдунья открывает дверь.

Хотя на страшную и ужасную ведьму она вовсе не похожа, скорее, на трактирщицу. Стоит такая бой-баба, руки в боки, платье на ней чуть не лопается, три подбородка, щеки, как брыли, а вот глаза умные, яркие, острые.

- Эрра? Добро пожаловать. Опять за тем же самым?

- Нет, исса Тонли, - Эсмеральда вежливо покачала головой. - То самое у меня есть. Кузина хотела погадать...

- Хм. Ну... проходите, эрры.

Диана сморщила нос, но промолчала. Может, еще и потому, что Эсси сильно пихнула ее локтем в бок. Она предупреждала: молчи! Хочешь получить просимое - молчи, пока не спросят, эрр много, колдуний мало.

Комнатка, в которой они оказались, тоже не напоминала логово злой колдуньи, и Диана приободрилась. Все беленькое, чистенькое, стол скатертью вышитой застелен, вдоль стены полки, правда, они шторками задернуты, и ничего такого страшного, только чучело совы... ой?

Чучело открыло глаза, и поглядело на Диану.

- Айййй! - взвизгнула эрра.

Сова прикрыла глаза обратно. Много